РКВМФ перед грозным испытанием - Руслан Иринархов

— ослабление надводных сил и подводных лодок противника в его базах и на выходах из них ударами авиации, своих кораблей, минной войной, морской блокадой;

— завоевание господства в воздухе к началу операции путем уничтожения авиации противника на его аэродромах и в воздушных боях;

— поиск и уничтожение неприятельских подводных лодок, особенно в том районе, где намечено проведение операции;

— введение противника в заблуждение относительно выбранного операционного направления действий нашего флота;

— необходимую скрытую переброску сил в район проведения операции.

Мероприятия по непосредственному обеспечению операции включали:

— сосредоточение основных сил флота на главном операционном направлении;

— нанесение ударов по глубине расположения противника;

— обеспечение свободного выхода своих сил из баз и их развертывание;

— продолжение операций по подавлению авиации противника на его аэродромах и в воздухе;

— продолжение поиска и уничтожения вражеских подводных лодок.

Все эти мероприятия должны были обеспечить успех в проводившихся операциях флота. Большая роль в проведении операций отводилась и позиционным средствам борьбы — береговой артиллерии, минным заграждениям и сильно укрепленным минно-артиллерийским позициям, опираясь на которые флот мог действовать решительно и результативно.

Перед войной были пересмотрены взгляды на пропорцию кораблей, в которых отмечалось, что в связи со значительным ростом боевых возможностей авиации, подводных лодок, минного оружия уменьшилась роль крупных надводных кораблей как основной ударной силы флота. Эту роль теперь должны были выполнять подводные лодки и авиация, а из надводных кораблей — легкие силы и торпедные катера.

Все эти теоретические положения нашли свое отражение во «Временном наставлении по ведению морских операций» (НМО-40). В этом документе были впервые обобщены оперативные взгляды на характер современной войны, задачи и способы ведения боевых действий на море.

Отмечалось, что борьба с противником будет осуществляться методом проведения морских операций и повседневных боевых действий на море, в воздухе и на суше. Большое внимание уделялось использованию подводных лодок, авиации и торпедных катеров, которым отводилась роль ударных сил флота при проведении наступательных операций. Легкие силы флота нацеливались на систематические боевые действия против береговых объектов и кораблей противника, действия на морских коммуникациях.

В зоне противника операции должны были производиться силами подводных лодок, авиации и надводных кораблей в тесном и постоянном взаимодействии. В наставлении подчеркивалась важность сосредоточения руководства проводимой операцией в одних руках (общефлотского или морского командира) от начала до ее полного завершения.

В предвоенные годы были выработаны и другие руководящие документы, регламентировавшие боевую и повседневную деятельность флота. В соединения и части поступили «Наставление по боевой деятельности штабов соединений Военно-Морского Флота» (НБДШС-40), «Наставление по боевой деятельности подводных лодок» (НПЛ-39), «Наставление по боевой деятельности речных флотилий» (НРф-39), «Наставление по боевой деятельности минно-торпедной авиации» (НДМТА-40), Корабельный устав 1939 года, был откорректирован Боевой устав морских сил (БУМС-37), разработаны частные оперативно-тактические наставления и другие боевые документы применительно к различным морским и речным театрам.

Как недостаток можно отметить тот факт, что в соответствии с принятыми документами, нацеливавшими флот на ведение активных и решительных методов борьбы на море, оборонительные задачи предлагалось решать наступательными действиями. Руководящим составом ВМФ неверно были определены и возможные действия флотов потенциального противника[121], что повлияло на распределение сил и постановку не соответствовавших обстановке задач соединениям кораблей.

В конце 1940 года состоялось несколько совещаний руководящего состава флота с привлечением ведущих преподавателей Военно-морской академии, на которых был обсужден ряд докладов («Опыт современных морских операций», «Опыт использования подводных лодок», «Использование ВВС в морских операциях», «Вопросы общей тактики в войне», «Совместные операции на море» и др.) по проблемам флота.

Проведение в конце совещаний военных игр давало возможность руководящему составу получить необходимые навыки в управлении силами и средствами флота, в вопросах организации взаимодействиями между его родами.

Подводя итоги деятельности флота за 1940 год, народный комиссар ВМФ Н.Г. Кузнецов отметил, что существенных сдвигов после советско-финляндской войны не произошло. Адмирал с горечью признавал, что «боевая подготовка кораблей и авиации проводится в упрощенных полигонных условиях и оценивается формально. ПВО не гарантирует отражения внезапных ударов противника. Корабли подготовлены лишь к тактическим действиям одиночно и в составе однородных соединений. Взаимодействие между соединениями кораблей и морской авиацией, как показали учения, было еще неустойчивым»[122].

Нарком потребовал в 1941 году устранить имевшиеся недостатки и сделать флот «полностью боеспособным и готовым к решению возложенных на него задач на базе опыта современной войны»[123], обратив особое внимание на оперативно-тактическую подготовку.

Но времени до начала войны оставалось совсем немного, и устранить все недостатки и выполнить указания наркома так и не удалось.

Летняя подготовка на флотах в 1941 году началась раньше обычного и проводилась в соответствии с требованиями руководящих документов: Боевого устава Морских сил (БУМС-37), Временного наставления по ведению морских операций, Наставления по боевой подготовке ВМФ, Курса боевой подготовки боевых частей. Флот осваивал поступавшие на вооружение корабли, самолеты, артиллерию береговой обороны, совершенствовал свою специальную выучку.

Выработанные положения военно-морской науки проверялись и отрабатывались в повседневной деятельности, на различных учениях, групповых упражнениях и совместных маневрах армии и флота. Теперь ни одно морское учение не обходилось без участия в нем авиации и береговой обороны.

Надводные корабли учились выполнять плавание в сложных погодных условиях, отрабатывая боевые порядки[124] и маневрирование, проводили торпедные и артиллерийские стрельбы. Катерники продолжали осваивать морские театры, отрабатывали атаки вражеских конвоев в светлое время суток во взаимодействии с надводными кораблями, авиацией и береговой обороной, отражение ударов по своим кораблям и базам, несение дозоров. Весьма успешно проходила их подготовка на Черном море, где к лету 1941 года обе имевшиеся там бригады торпедных катеров представляли собой формирования, способные выполнить возложенные на них задачи[125].

Проводился эксперимент с использованием торпедных катеров на Севере, но своевременного решения об усилении этого театра столь необходимыми маневренными кораблями руководством флота не было принято. Находившиеся в составе Северного флота три торпедных катера были в 1940 году отправлены в Кронштадт на капитальный ремонт, где их и застала война. Только в августе флот получил пять больших торпедных катеров типа «Д-3», которые прекрасно зарекомендовали себя в боях.

Большое внимание уделялось подготовке соединений и частей флота к проведению минных постановок. Сложную работу, особенно на Балтике, проводили тральщики. В результате их боевой работы в навигацию 1940 года все фарватеры и районы, использовавшиеся для действий Краснознаменного Балтийского флота в Финском и Рижском заливах, были очищены от мин, поставленных нашими кораблями во время советско-финляндской войны. Весной 1941 года было проведено повторное траление этих районов и подходов к своим военно-морским базам. В мае 1-й и 2-й дивизионы тральщиков перебазировались в район Кронштадт— Ораниенбаум, откуда должны были приступить к тралению восточной части Финского залива.

Напряженная пора наступила и у подводников. Учиться освоению сложных кораблей, находившихся на их вооружении, организации их боевых действий подводникам было просто необходимо. Только 25% командиров бригад и подводных лодок, 36% командиров дивизионов имели стаж плавания и нахождения в своих должностях свыше двух лет[126]. А задачи, поставленные перед подводным флотом, ставшим ударной силой, были сложными и ответственными.