Когда развеются миражи - Оксана Хващевская

казалась светлой, просторной и уютной, располагающей к приятному времяпровождению в кругу семьи. Как и все в этом доме, Юля нашла ее очаровательной.

Когда она спустилась и вошла, Матвей, Ариан и Аделина уже сидели за столом и непринужденно разговаривали. Еще в холле девушка услышала голос мужа, которому вторил Ариан, и переливчатый смех Аделины. В компании мужчин она чувствовала себя легко и непринужденно, более того, их общество было для нее приятнее и предпочтительнее, чем общество Шараповой. Юлька поняла это еще в Москве, хоть Александрова и пыталась завуалировать сей факт хорошими манерами, предупредительностью и умением вести беседу. Это было притворством чистой воды, но Шараповой все равно. Ей не было никакого дела до Аделины Александровой, в замужестве Старовойтовой. Не было ни ревности, ни зависти. Просто чувство жалости. Жена Ариана была ангелом, только муж ее не любил.

Когда Юлька вошла, они замолчали. Это было неприлично, ведь она могла подумать, что они говорили о ней. Но и на это девушка не обратила внимания. Она сразу встретилась с зелеными глазами Ариана. И его взгляд, в котором промелькнула нежность, затмил собой все остальное. Улыбка не коснулась ее пухлых губ, только в темно-серых глазах зажегся ответный огонек.

Аделина, конечно, успела переодеться к ужину и привести себя в порядок, и, глядя на нее, вряд ли можно было предположить, что почти сутки она провела в дороге. Девушка выглядела свежей и отдохнувшей, дорогая косметика и средства по уходу за кожей творили чудеса. Да еще была в ней трогательная беззащитность, которую, несомненно, подмечали мужчины, и она была не менее действенна, чем ее красота, манеры и прочее, что прилагалось к совершенству по имени Аделина. Садясь на стул, предупредительно отодвинутый мужем, Юля невольно вспомнила, о чем час назад разговаривала с Матвеем. Он хотел бы знать, что скрывает улыбка супруги. А ей было интересно, какая Аделина настоящая, что прячется за милой оболочкой и таится в глубине глаз.

Впрочем, развивать эту мысль дальше девушке не позволила появившаяся в дверях домработница с подносом в руках. На нем стояла небольшая фаянсовая супница, блюдо с лепешками, или чапати, так они называются здесь. Стол был сервирован ранее. Из кухни повеяло пряностями и приправами, которыми славилась Индия, и Юля почувствовала, что проголодалась. Расстелив полотняную салфетку, Шарапова чуть отстранилась, позволяя женщине беспрепятственно поставить поднос. За столом царило молчание. Все взгляды были устремлены к домработнице и ее неспешным движениям. А возможно, и к ужину, который ожидали с любопытством и некоторым недоверием. Индийская кухня троим за этим столом казалась весьма подозрительной. А Юлька не могла оторвать глаз от рук женщины. Темные, обветренные, загрубевшие руки крестьянки, познавшие самую черную работу, и все же красивые, узкие, тонкие, с аккуратно подпиленными ногтями, украшенные серебряными браслетами, которые издавали негромкий перезвон при каждом движении. Девушка едва сдержалась, подавляя желание коснуться браслетов, перебрать их пальцами, погладить гравировку замысловатого рисунка.

А меж тем на тарелках появилось куриное карри с шампиньонами, источающее божественный аромат, к нему чапати и фрукты, сок, вино. Пока Матвей, Ариан и Аделина ломали голову, какие же приборы использовать, Юля, не церемонясь, взяла в руки лепешку и, обмакивая ее в карри, стала есть. В Индии ели руками, это не считалось неприличным. Аделина, не сказав ни слова, последовала примеру Шараповой, а за ней и мужчины.

Ужин затянулся. И, несмотря на усталость, перелет и трудную дорогу, расходиться не спешили. Домработница давно убрала со стола и принесла девушкам чай с молоком, который назывался малагой, а к нему десерт — молочную помадку с кешью, которой они с удовольствием полакомились. Мужчины предпочли бренди. Они оживленно что-то обсуждали. Девушки около часа поддерживали весьма занимательную беседу ни о чем. Потом Аделина, пожелав всем спокойной ночи, поднялась к себе. Юля незамедлительно последовала ее примеру. И в своей комнате смогла свободно вздохнуть. Предполагая, что муж еще долго будет занят бренди, сигаретами и обществом друга, Шарапова, не торопясь, приняла душ, переоделась в шелковую пижаму цвета мокрого асфальта, отделанную тонким кружевом. Закрутила волосы на макушке в узел, сунула ноги в комнатные тапочки, набросила на плечи шаль, раздвинула створки окна и вышла на просторную террасу.

Влажный, прохладный воздух, наполненный запахом хвои, сырой земли, далеких ледников и неведомых цветов, принял Юльку в свои объятия. Она поежилась, плотнее закутавшись в шаль, и подошла к балюстраде. Давно перевалило за полночь. В саду стояла звенящая тишина. Слабый шорох, вздох, даже дыхание здесь могло показаться оглушительным. Фруктовые деревья были еще голыми, и сквозь замысловатые узоры их ветвей ей виделись причудливые и величественные очертания гор. Свет, рассеивающий ночь, как будто отражался в заснеженных далеких вершинах. Ночь не была темной, хотя и луны не было видно. Сначала девушка даже решила, что это отблески снежных вершин рассеивают темноту, а потом подняла глаза и все поняла.

Она никогда раньше не видела такого звездного неба. Звезды источали свет и рассеивали темноту ночи. Они мигали разноцветными огоньками, дрожали и вспыхивали, походя на волшебный восточный ковер какого-нибудь древнего махараджи, расшитый драгоценными камнями. Никогда прежде не приходилось девушке видеть подобного завораживающего зрелища. Это было каким-то невероятным светопреставлением, от которого невозможно оторвать глаз. И, позабыв обо всем на свете, Шарапова смотрела на небо.

И вдруг всплеск воды нарушил тишину. Он прозвучал слишком громко, заставил Юльку вздрогнуть и очнуться.

Перегнувшись через балюстраду, она взглянула вниз и увидела, что мерцающие звезды отражаются в воде. За домом, в саду, был бассейн. Он будто нависал над склоном, поросшим деревьями, и вода переливалась через край при малейшем всплеске.

— Чудная ночь, не правда ли, дорогая? — донесся до нее голос мужа.

Скользнув взглядом по поверхности воды, Юля увидела его силуэт. Облокотившись на край бортика, он курил и смотрел на нее.

— Такое звездное небо! Никогда не видел подобного. Впрочем, я давно вообще звезд не видел. Думается, над Москвой они и вовсе уже не светят. Газы, копоть и электричество их просто уничтожили. А тут такая благодать. Кстати, чисто случайно наткнулся на бассейн. Вышел покурить, решил пройтись вокруг дома и не смог избежать соблазна. Представляешь, вода здесь с подогревом. Этот бассейн — лучшее, что есть во всей нашей поездке, честное слово! Кстати, ты еще долго будешь там стоять? Спускайся, — скомандовал он.

Юлька отшатнулась от балюстрады.

— Матвей, я устала и иду спать! — ответила она.

— Да ни фига ты не устала. Я ведь наблюдал за тобой. Если бы не случайный всплеск воды, ты бы до утра так и