Корона из золотых костей - Дженнифер Ли Арментроут

и подпрыгивать, хлопая ушами. Второй ребенок, примерно на год старше, побежал рядом со щенком.

Кастил крепче сжал поводья Сетти, когда малыш закричал:

– Льесса! Льесса!

Льесса. Я слышала это слово, когда мне снился кошмар в горах Скотос, – его произнес голос Делано. Он сказал эти же слова. Или мне приснилось, что сказал.

Малыша схватил ребенок постарше и погнался за тем, который обернулся в вольвена. На тротуаре и на балконах появились молодые мужчины и женщины с младенцами на руках и опустились на колени. От остальных ледяными волнами катилось изумление, а возгласы «Льесса!» становились все громче.

– Что это значит? – спросила я Кастила.

Еще один малыш обратился в маленькое пушистое существо, которое оттеснил обратно на тротуар следующий за нами большой вольвен. Маленькая девочка или мальчик щелкнул зубами и принялся гоняться за собственным хвостом.

– Льесса? – уточнила я.

– Это на старом атлантианском. На языке богов. – Голос Кастила был взволнованным. Он прочистил горло и опять сжал мою руку. – Мейя льесса. Это означает «моя королева».

Глава 15

Дом Джаспера стоял на утесе, с которого открывался вид на море и значительную часть города. Выше возносился только роскошный дворец на соседнем утесе – как я предположила, резиденция короля с королевой. Я понятия не имела, приехали ли они в Бухту Сэйона и слышали ли приветственные крики.

Мейя льесса.

Моя королева.

Это была одна из трех тем, на которых мне удавалось не зацикливаться после того, как я проснулась в охотничьей хижине. Королева. Я не могла об этом размышлять и даже не пыталась. По крайней мере пока не искупаюсь, не высплюсь и не поем хоть немного. Поэтому я лишь рассматривала стебли белых и фиолетовых цветов, свисающих из плетеных корзин, которые украшали стены внутреннего двора.

Когда мы приблизились к конюшням, мое внимание переключилось на центр двора. Там журчала и плескалась вода многоярусного фонтана, высеченного из камня полночного цвета, который отражал свет еще сильнее, чем камни, из которых возводили храмы в Солисе.

Из одной конюшни выскочил мужчина в коричневых штанах и свободной белой рубахе. Он перевел взгляд с Джаспера и Киерана на Кастила и в нем вспыхнуло удивление. Он низко поклонился.

– Ваше высочество.

– Харлан, – сказал Кастил. – Знаю, ты довольно давно меня не видел, но не стоит ко мне так обращаться.

Я не могла представить, чтобы кто-нибудь из Вознесшихся, не говоря уже о короле с королевой, позволил себе подобную фамильярность. Люди, которые не поприветствовали герцога Тирмана должным образом, обычно бесследно исчезали.

Тем временем Джаспер спешился. Харлан кивнул.

– Да, ваше… – Он осекся с робкой улыбкой. – Да, довольно давно.

Когда он взял поводья Сетти, я увидела, что глаза у мужчины темно-карие. Он либо смертный, либо из линии перевертышей. Я хотела спросить, но такой вопрос казался невежливым. Он посмотрел на меня, на миг задержавшись на моем лице.

– Харлан, я хочу представить тебя кое-кому чрезвычайно важному для меня, – произнес Кастил, а Киеран повернулся к нам. – Это моя жена, Пенеллаф.

Моя жена.

Несмотря на все произошедшее, мое сердце глупо подскочило.

– Ваша жена? – Мужчина моргнул раз, другой, и его лицо расплылось в широкой улыбке. – Поздравляю, ваше… Поздравляю. Даже не знаю, какой сюрприз больше. Ваше возвращение или ваша женитьба.

– Он любит, чтобы было либо все, либо ничего, – заметил Киеран, похлопывая по боку свою лошадь. – На случай, если ты забыл.

Харлан рассмеялся, почесывая светлую шевелюру.

– Наверное, забыл. – Он опять посмотрел на меня. – Для меня честь познакомиться с вами, ваше высочество.

Он опять поклонился, на этот раз более изысканно.

Киеран посмотрел на меня, вскинув бровь, и произнес одними губами: «Ваше высочество».

Если бы я не так устала и стремилась не произвести во второй раз плохого первого впечатления, я бы соскочила с Сетти и врезала вольвену по лицу. Сильно. Но вместо этого я отклеила язык от нёба.

– Спасибо, – вымолвила я, надеясь, что мой голос не звучит для нового знакомого так же странно, как и для меня самой. – Но меня тоже не нужно так называть. Пенеллаф сойдет.

Мужчина ухмыльнулся, но мне показалось, что мое предложение влетело ему в одно ухо и вылетело из другого.

– Сетти довольно много времени провел в дороге. Ему может потребоваться дополнительный уход, – сказал Кастил, к счастью, отвлекая от меня внимание.

– Я позабочусь о нем и об остальных. – Харлан взял поводья и почесал морду Сетти.

Кастил грациозно спрыгнул на землю, что заставило меня удивиться тому, откуда у него берется энергия. Он сразу потянулся ко мне. Я взяла его за руки, он снял меня с седла и поставил на землю. Его руки скользнули на мои бедра и задержались там. Я посмотрела на него, а он наклонился и прижал губы к моему лбу. От сладкого поцелуя мое сердце дрогнуло.

– Еще пара минут, – прошептал он, убирая мне за плечо пряди спутанных волос, – и мы останемся одни.

Я кивнула. Его рука осталась на моей талии, когда мы повернулись.

Киеран и Джаспер остановились перед нами, но мое внимание привлекли вольвены не в человеческом облике. Они проследовали за нами во двор, и… боги, их были сотни. Они бродили мимо конюшен и по всему поместью. Несколько десятков запрыгнули на стены двора. Другие взобрались по широким ступеням особняка и стояли между колоннами. Они расступились, давая нам пройти к бронзовым дверям. Но прежде чем мы с Кастилом двинулись с места, они обратились. Все разом. Мех истончился и сменился плотью. Кости затрещали и стянулись, опять соединившись. Руки и ноги вытянулись, когти превратились в ногти. Спустя секунды они стояли перед нами в обличье смертных, демонстрируя свою наготу. Больше, чем мне хотелось бы видеть. К моим щекам прилил жар, и я попыталась не смотреть… никуда. Я хотела спросить Кастила, что происходит, но все вольвены одновременно зашевелились.

Сжав правые руки в кулаки, они прижали их к середине груди и опустились на одно колено, склонив головы – как делали люди на улице. Все вольвены – и во дворе, и на стене, и на ступенях, и между колоннами.

У меня слегка закружилась голова, а Джаспер с Киераном повернулись к нам и сделали то же самое.

– Меня они так никогда не приветствовали, – пробормотал под нос Кастил.

Киеран чуть приподнял голову, и я увидела, что он самодовольно ухмыляется.

– Я не знаю, почему они так приветствуют меня.

Кастил посмотрел на меня, сдвинув брови.

– Потому что в тебе кровь…

– Знаю. – Мое сердце опять заколотилось. – Знаю, но…

Как выразить, насколько это казалось мне диким? Раньше мне кланялись как Деве, но то было другое, и дело даже не в том, что передо мной теперь простерлись обнаженные люди.

Хотя это тоже играло роль.

Киеран поднялся, встретил взгляд Кастила и кивнул. Понятия не имела, как они поняли друг друга, если между ними больше не существовало уз. Проклятье, я не знала, как они общались и когда эти узы были. Киеран что-то сказал Джасперу, и тот снова принял облик вольвена. Остальные последовали его примеру, и я удивилась тому, как все они