Слепая ревность - Наталья Евгеньевна Шагаева

– Когда мы с тобой напились, я сделала запись на скрытую камеру у тебя дома. Думаю, эту запись или нарезки кадров показали Варваре.

– А смысл?

– Ну… Когда ты отключился в кресле, я сыграла на камеру сцену близости, и…

– Не продолжай! – резко обрываю я. – Сука! Зачем?!

Вопрос риторический. Я понимаю зачем. Не понимаю только, откуда такие твари, как Родион и Лена, берутся. Сжимаю переносицу, дышу, мне хочется отхлестать эту женщину по щекам. Пытаюсь подавить в себе агрессию к женщине.

– Какой интерес у Родиона? Так запал на Варвару?

– Он не умеет любить. У него свои счеты с Одинцовым. Это партия Белова, и в данный момент он выигрывает. Мы с тобой пешки, и Варвара тоже, – подавленно сообщает мне Лена.

– Ясно. Поехали! – иду к гардеробу, надеваю пиджак.

– Куда?

– На свадьбу, Лена, будешь каяться Варваре.

Иду к двери, а Лена так и стоит возле окна.

– Быстро! – рычу я.

Глава 28

Герман

Свадьба проходит в загородном комплексе. Выездная регистрация на берегу озера, с огромными белыми шатрами для банкета. На берегу того самого озера, где мы когда-то летали на шаре.

Кто, бл*ть, выбирал это место!

В моей голове его сейчас оскверняют этим событием. Я на взводе до такой степени, что не чувствую тела. Сердце херачит так, что уже отбило всю грудную клетку, в голове гул и мысли о том, что мы можем опоздать. Время нещадно уходит. Плана нет никакого, я буду импровизировать.

Тормозим на парковке. Народ постепенно собирается. Грандиозное мероприятие, пафосное и фальшивое.

О такой свадьбе ты мечтала, маленькая?!

Нет, на нашей свадьбе такого не будет.

– Туда! – указывает мне Лена и несется в сторону небольшого, полностью закрытого шатра. Ни хрена не понимаю, но доверяюсь ей. Лена быстро заглядывает в шатер. – Она там с бабушкой, иди, – подталкивает меня внутрь.

– Нет, хорошая моя, идём вместе, – сквозь зубы цежу я, хватаю Лену за руку и затаскиваю вместе с собой в шатер.

Время останавливается вместе с моим сердцем, все замедляется. Мне кажется, я умер на несколько минут. Ничего не вижу, глохну.

Только она.

Моя Варвара.

Волшебная, сказочная, нежная фея.

Боже, как ей идет белый цвет.

Невероятно.

Белоснежное платье.

Невообразимо шикарное. Снова эти голые плечи, пышная юбка, расшитая жемчугом. Волосы собраны в причёску, из-под которой струится длинная фата. Девочка стоит у зеркала, рассматривая себя. Встречается со мной взглядом, всхлипывает, закусывая сладкие розовые губы и замирает, смотря на меня через зеркало.

Все молчат. Такая дикая, звенящая тишина, или мне так кажется. Надо что-то сказать, но горло сводит, ладони потеют, ноги подкашиваются. Она нереально красивая, чистая, уязвимая.

– Варвара… – произношу ее имя, голос хрипит.

– Уходи! – надрывно отвечает она и закрывает глаза, вновь выстраивая между нами непробиваемую железобетонную стену. Но я не уйду. Беру себя в руки, делая пару решительных шагов к ней.

– Молодой человек, – её бабушка преграждает мне дорогу. – Вы, кажется, упустили свой шанс, – строгая, категоричная.

– Нет, шансов как раз мне не оставили. А свое я не упущу, – аккуратно отодвигаю старушку и подхожу к Варваре. Хватаю ее за плечи и разворачиваю к себе. Она, словно каменная, застыла с закрытыми глазами, холодная, вся дрожит, а из-под опущенных век слезы катятся. Что-то не рада наша невеста бракосочетанию. Твари. Мне хочется выбежать и разбить голову Белову, вправить мозги ее отцу, который такую нежную и искреннюю дочь отдаёт в лапы ублюдку.

– Нет, нет… – всхлипывает она. – Пожалуйста, уходи, – ведет плечами, начиная дрожать еще больше. Сердце, сука, разрывает на ошмётки, заливая кровью нутро.

– Варечка, девочка моя, – мой голос тоже дрожит. – Посмотри на меня, пожалуйста, – обхватываю ее лицо. Слушается, распахивая свои красивые глаза, и я захлёбываюсь в ее боли. – Послушай меня. Все это фарс. У меня никогда ничего не было с Леной. То, что ты видела, очень грамотная подстава Родиона, – задыхаюсь, выдавливая из себя слова. – Верь мне, маленькая. Я люблю тебя. Я не могу без тебя и никогда тебя не предавал.

Варя переводит глаза на Лену.

– Это правда. Родион заставил меня снять эти кадры, – подтверждает она. – Прости.

Девочка снова переводит на меня поплывший, ничего непонимающий от слез взгляд.

– Все равно уходи, они… Они… – всхлипывает. – Они лишат тебя всего.

– Варя! – встряхиваю ее. И плевать мне, что на нас смотрят посторонние. Бабушка, Лена. Я готов это все проорать на весь мир. – Я положу все к твоим ногам. Ты так и не поняла, что я, как мужчина, сам могу все решить. А ты просто должна мне довериться и быть рядом.

– Герман… – только и может произнести она и срывается в рыдания.

– Все, тихо, не нужно слов, иди сюда, моя маленькая.

Крепко прижимаю Варю к себе, ощущая ее дрожь. Варвара утыкается мне шею и заливает ее слезами.

И все.

Во мне что-то обрывается, по телу растекается горячая волна. Что бы ни произошло дальше, она моя. Не отпущу и никому не отдам.

– Герман, время, – предупреждает меня Лена.

– Послушай меня, – шепчу Варе на ушко. – Сейчас мы уезжаем. Ты идёшь со мной без вопросов.

– Я не могу. Они не дадут нам жизни! – снова срывается в истерику, а сама еще сильнее прижимается ко мне, цепляясь руками.

– Варя! Ты едешь со мной! – в голосе металл.

Девочка мотает головой и рыдает, разрывая мне сердце.

– Так! – вмешивается Ида Павловна. – Варя! Ну-ка успокойся! – строго наказывает она. – Ты любишь этого мужчину? Ты хочешь остаться с ним?

– Да, люблю. Да, хочу!

– Тогда поезжайте. Я сама тут разберусь.

– Бабуля, они тебя не послушают.

– Послушают. Давно у меня что-то сердце не болело, – усмехается женщина и наигранно хватается за грудь. – Не позволю