Королевский Совет - Ричард Швартц

ворот грязь, песок, пыль, траву и цветы и бросив всё это чуть ли не к нашим ногам. Слетела даже часть зелёного налёта, как будто по священным воротам ударил могучий молот. Пока мы моргали и у нас звенело в ушах, тяжёлый ключ повернулся, словно его направляла невидимая рука, и храмовые ворота распахнулись, с последним глухим стуком ударившись о колонну, ограничившую ход двери.

За этими воротами ничего не было видно, кроме теней и глубочайшей темноты.

― Если вы намеревались скрываться, то делаете это необычным способом, маэстра, ― заметил я, поправляя одежду, которую с меня чуть не сорвал порыв ветра.

― Здесь вы правы, ― ответила она. ― Но я не смогла устоять. ― Она взглянула на брата Мирчу, который стоял перед воротами с открытым ртом. Было поздно, уже за полночь, и на большой площади всего несколько прохожих, но те, что находились поблизости, самое позднее после грома Аселы поняли, что здесь что-то происходит, и подошли.

Также подоспело отделение Быков.

― Кто из вас вызвал гром? ― вежливо спросил сержант, посмотрев на звёздное небо. ― Люди пугаются, когда гром гремит без грозы.

― Я приказал открыть ворота храма, ― объяснил первосвященник, расправляя плечи. ― Но не для того, чтобы остановиться здесь и поболтать, сержант. Но раз вы уже здесь, можете быть полезными. Успокойте людей и позаботьтесь о том, чтобы никто, кроме нас, не входил в храм.

― Да, сэр! ― сказал сержант, низко кланяясь перед священником.

Мы последовали за братом Джоном внутрь. На пороге нам навстречу повеял затхлых, прохладный воздух, смешанный с запахом старого ладана. Я прикоснулся к рукоятке Искоренителя Душ, и у меня появилось представление о зале перед нами, но в тот же момент первосвященник сделал жест рукой, и вокруг возник рассеянный свет, мягкий и без теней, но достаточно яркий, чтобы можно было видеть.

Внутри этого храма всё было выдержано скромнее, чем в храме Сольтара. Большой зал с центральным закрытым куполом, окружённый могучими стенами. В решётке, высеченной из камня, над нашими головами покоились огромные глыбы кварца, сверкающие на свету.

Как и в храмах его детей-богов, статуя всеотца стояла на островке со рвом, который когда-то был наполнен святой водой. Здесь тоже была лестница, у которой не хватало последней ступеньки, а перед лестницей находился большой алтарный камень из розового кварца. В дальней стене была видна тяжёлая дверь с золотой отделкой.

Но статуя бога заставила меня внезапно забыть об окружении.

Существовали религии, которым нравилось изображать своих богов выше, чем они были на самом деле, но это было не в нашем стиле. Астарта, Сольтар и Борон были вырезаны из камня не выше натуральной величины, но это были боги людей. А вот всеотец очевидно нет.

И я сомневался в том, что это вообще была работа каменщика…

По форме бог напоминал нас, людей ― или мы его. Он стоял перед нами на двух ногах, благородное лицо смотрело поверх наших голов через высокий прём ворот на площадь. В высоту он имел добрых восемь шагов, стоял в расслабленной позе, опираясь одной рукой на тяжёлый посох из тёмного дерева и, казалось, слегка улыбался, в то время как его золотистые глаза были наполнены внутренним светом. Но эти глаза были странными и имели вертикальные зрачки.

Черты лица своей чёткостью напоминали лица эльфов: высокие скулы, узкий рот, за которым угадывались острые зубы. Основание шеи, а также лёгкий наклон головы, были очень похожи на то, что часто демонстрировала Зокора, когда вопросительно смотрела на кого-то…

Здесь пред нами стоял родоначальник эльфов, но он не был эльфом.

Бог был обнажён, его половой орган не менее явный, чем остальные части тела. И в то время, как у нас, людей, была гладкая кожа, бог был покрыт чешуёй с тёмно-синими, бирюзовыми и золотистыми крапинками, которые мерцали на свету так, словно двигались.

Не похоже, чтобы это была статуя, скорее сам бог. В восприятии Искоренителя Душ он был наполнен слабым свечением, которое хоть и исходило от статуи, но наполняло светом всё вокруг неё.

На руках и ногах было по шесть пальцев, ногти напоминали когти рептилии, только как у кошек, они втягивались и поблёскивали, словно тёмная сталь. То, каким он казался странным и в то же время знакомым, пугало меня и внушало благоверный трепет.

― Боги, ― выдохнул я. ― Кто… что он такое?

― Бог первых существ, которые появились в этом мире, ― прошептал первосвященник. Его голос в этих старых стенах разнёсся далеко, все хорошо его услышали. ― Старше, чем титаны, жившие первыми. Многое в древних писаниях указывает на то, что он принадлежит к расе драконов.

― Драконов? ― тихо переспросила Серафина. ― Я думала…

― Видимо, существовали разные виды, ― объяснил первосвященник. ― Такие, что обладали интеллектом и другие, больше похожие на животных, но все они владели магией, а некоторым приписывали способность менять свою форму. Возможно, здесь он предстал перед нами в своём человеческом обличии.

Я подошёл к статуе, и чем ближе подходил, тем яснее Искоренитель Душ демонстрировал мне величие этого существа.

― О, ― прошептал я, потому что, когда посмотрел наверх, бог моргнул веком, появившимся с боку, а во второй раз веком, как у человека.

― Он… он… ― Голос отказал мне.

― Да, ― сказал первосвященник. ― Но давайте не будем нарушать его покой. Время для его пробуждения ещё не пришло… Следуйте за мной.

С панцирем, нечеловеческим ростом, когтями, способными разорвать на куски, существо должно было наполнить меня страхом, но я почувствовал скорее ауру благожелательного терпения. Он ждал…

Я осмелился посмотреть на него в последний раз, затем быстро отвёл взгляд и последовал за первосвященником, который провёл нас к двери за алтарём. Я почти ожидал, что бог повернётся, чтобы проследить за нами взглядом, но он этого не сделал. Он спал с открытыми глазами и видел каждого из нас.

Что, если имелась в виду буквальная дочь дракона? Тогда это не могла быть Лиандра… Однако Астарта была его дочерью.

На тёмной родине Зокры Соланте была богиней воительниц, но у нас, людей, она олицетворяла возвышенные идеалы. В то время как её братья наносили раны, Астарта заботилась о прощении и исцелении всех страданий. Она была самой миролюбивой из всех богов, и всё же тёмная Соланте была её аспектом. Это ей предстояло убить императора-некроманта? Но тогда Коларону не было бы надобности из-за этого пророчества