Неоткрытая планета - Борис Ляпунов

Когда ареологи («Арей» — Марс) произведут разведку, когда будут собраны марсианские гербарии, образцы марсианских пород, придет пора сделать следующий шаг. Возникнут первые марсианские поселки.

Вот один из проектов.

Купол из прочной пластмассовой пленки, края которого немного углубляются в марсианскую почву. Под куполом, словно в воздушном пузырьке, — дом обычный, земного типа, дом из металла и пластмасс.

Там же — мастерские, различные вспомогательные сооружения и даже… животноводческая ферма. Можно понять автора проекта: ему хотелось, чтобы люди на чуждом Марсе чувствовали себя как на родной Земле. Поэтому в отгороженном куполом замкнутом кусочке искусственно созданный привычный мирок, с кондиционированным воздухом, зеленью, может быть, даже пением птиц…

Все, однако, под купол не упрячешь. Поблизости — аэродром, гараж для вездеходов, зеркала мощной гелиостанции, завод-автомат, добывающий из почвы воду и кислород. Высятся гигантские радиоантенны. И здесь же поля — поля, где растут растения прямо под марсианским небом. Их специально вывели ботаники, создав выносливых «марсианок», которые, кстати, прижились и на горах, либо в пустынях Земли. Там они тоже полезны.

Скупо светит здесь Солнце, и тепло бывает лишь в разгар дня. Поэтому обогревом дома заведуют тепловые аккумуляторы. Это легкоплавкие вещества, которые, становясь жидкими, вбирают в себя теплоту солнечных лучей. Застывая, они возвращают его обратно: ночью во всех помещениях и под куполом не приходится страдать от холода.

Этот проект появился еще до того, как «Маринер» передал по космовидению снимки Марса. Думали, что людям, покоряющим Марс, не придется зарываться в глубины, как это должны делать покорители Луны. Атмосферная броня на Марсе существует, метеорная опасность не столь уж велика. Поэтому и предполагали, что дом можно построить наверху, под открытым небом.

Но изобилие кратеров наводит на размышления. Не придется ли все же последовать примеру будущих лунных поселенцев и обосноваться под поверхностью планеты?

И думали, что если приживутся растения либо удастся, получив воду, устроить водоёмы, заселить их водорослями, то марсианская атмосфера насытится кислородом. Из азотно-углекислой она станет кислородно-азотной, почти что земной.

Тогда долой кислородные маски! Долой купола над домами марсианских поселенцев! Марс превратится в благоустроенную планету, на которой можно будет жить…

Небезынтересно послушать химика — академика, лауреата Нобелевской премии Н. Н. Семенова, который говорит:

— Подсчет показывает, что если построить на Марсе такое количество термоядерных электростанций, которые вырабатывали бы энергию в десять тысяч раз больше, чем на Земле, использовать эту энергию для электролиза воды, то накопить нужное количество кислорода можно было бы в течение нескольких Десятков лет. Я не знаю, понадобится ли человечеству осваивать Марс, но привожу этот пример лишь для того, чтобы вы почувствовали, сколь грандиозные цели может ставить человечество, обладающее неисчерпаемыми источниками энергии.

Проект, по определению самого автора, «фантастичен». Но в наше время подобная фантазия опирается на возможности техники, а ей нельзя заведомо ставить предел. И стоит, быть может, вспомнить, что одно из богатств Вселенной, которым предстоит овладеть, — это энергия Солнца. Она колоссальна, и не поможет ли заатмосферная гелиоэнергетика преобразованию природы Марса?

Люди займутся переделкой природы соседнего мира, если, конечно, таким дерзким планам суждено осуществиться когда-нибудь. Но еще и до того, как за… (чуть было не написал по привычке: «зеленеют»)…голубеют марсианские пустыни, своими неотложными делами займутся ареологи. Вот здесь уже можно ставить задачи, вполне реальные для космонавтов, чьи корабли совершат посадку на Марс.

Им необходимо уточнить карты, сделать зримым невидимое — отметить, где и какие скрывают залежи и кора и глубины. Они должны проследить историю планеты от рождения до наших дней, обследовать ее недра.

Может быть, их ждут и неожиданные находки — неизвестные нам минералы: из одних и тех же кирпичиков-элементов во власти природы возвести различные постройки.

Впрочем, не стоит пока давать мысли слишком большой простор. И, не найдя ничего нового в недрах марсианских, новое мы все-таки найдем.

Мы познакомимся как бы с упрощенной моделью Земли — Земли, вероятно, более гладкой, сухой, безоблачной и спокойной. Иногда за деревьями не видно леса: он чересчур густ. Уйдет лишнее, и основа, главное станет яснее. Марс будет планетарной лабораторией ученых Земли.

Однако это не все. Для нужд хотя бы тех, кто обживает соседнюю планету, понадобится не только кислород, пища, вода. Потребуется сырье — химическое, минеральное. Не везти же его по длиннейшему, в десятки миллионов километров, космическому пути! Это ведь не Луна, до которой в сравнении с Марсом просто рукой подать.

Марсианские поселки должны быть вполне самостоятельными филиалами Земли. Об этом позаботятся не только биологи, но и разведчики недр.

Что найдут они, сказать сейчас трудно. Если там океаны, скрытые толщами льда, пробиться к тверди будет сложно. Не придется ли привозить туда установки для бурения не только пород, но и ледяной коры да еще глубоководные аппараты?

Впрочем, вершины гор выступают местами наружу. Там тогда развернутся работы по освоению недр.

Если же по-иному устроена планета, ареологи легче доберутся до нужных глубин. Лучи квантовых генераторов, пучки ультразвуковых и электромагнитных волн, направленные взрывы помогут им проникнуть в кладовую глубин.

На долю Марса, возможно, выпадет и другая роль, кроме геофизической лаборатории и наглядного пособия для геологов.

Рядом с ним (в масштабах космоса, конечно) — пояс астероидов, крошечных планеток. Сколько им лет, откуда возникли эти небесные глыбы?

Пока они странствуют в космосе, излучения могут переделать их поверхность. Вместо одних элементов родятся тогда другие.

Атомные часы позволили определить возраст Земли. Космические часы позволяют узнать, сколько лет метеоритам:*чем больше образовалось рожденных в космосе элементов, тем они старше.

Веществу метеоритов столько же лет, сколько Земле и всем остальным спутникам Солнца, это показали атомные геологические часы.

Но не надо спешить с выводами. Слой, где происходят ядерные превращения — обожженная космосом оболочка — тонка и на Луне не превышает двух-трех метров. Что такое два-три метра для лунного шара? Сущие пустяки! Не проникают космические излучения и сквозь крупные метеоритные осколки.

А мелочь? Иное дело. Мелкий кусочек был бы отмечен печатью радиоактивных превращений с первого дня рождения — весь, целиком. Изобилие изотопов покажет, что мы столкнулись с камешком, видимо внезапно появившимся в момент, определенный по атомным часам.

Сколько времени прошло? Полтора миллиарда лет. Не четыре с половиной!

Вывод? Сами метеориты, сами осколки родились после протопланет. Их родина — взрослая планета, которая была когда-то соседкой Юпитера и Марса.

Думают и другое: не планета, а астероиды породили камни, падающие с неба. Они дробились, сталкиваясь между собой. Миллионы и миллионы тонн обломков устремлялись из пояса астероидов к Земле.

Тысячи и тысячи глыб роятся поблизости от орбиты Марса. И с марсианских ракетодромов полетят к ним межпланетные корабли.

Циолковский мечтал о том, чтобы космический стройматериал не пропадал даром. Из астероидного сырья можно добывать металл, из металла (и сверхпрочного стекла) построить внеземные станции, жилища, которые станут путешествовать вокруг Солнца.

Именно в таких жилищах, превращенных в межзвездные корабли, думал он, люди отправятся к другим звездам, когда начнет угасать наше собственное светило.

Но и не заглядывая в столь туманную даль времен, мы все же должны иметь в виду астероиды. Интереснейшие наблюдения небесные геологи проведут на осколках, быть может, когда-то распавшейся большой планеты.

О родословной маленьких планеток строились предположения и догадки задолго до первых посещений «чудесной страны», как говорил о поясе астероидов Циолковский. «Чудесной» — потому что там тяжесть ничтожна.

На Земле приходится бороться с властью тяготения, чтобы подняться ввысь. А на некоторых из астероидов пришлось бы, наоборот, остерегаться, чтобы неосторожный прыжок не унес в мировое пространство.

Но это не будет неодолимым препятствием для космонавтов-геологов. Им ведь крайне важно близкое знакомство с небесными камнями.

О транспорте на астероидах заботиться не надо. Никакой вездеход не пройдет по сверхбездорожью маленькой планетки. Да и самые крошечные из них легко обойти пешком, предварительно обвязавшись тросом.