Кора. Новая кровь - Анна Чарофф

отстранили от прошлой работы за то, что во время командировки она переспала с инопланетянином.

— Все так уверены в этом, интересно, это правда?

— Как думаешь, она мне даст? Я вроде так-то получше, чем синие слизняки, — парни рассмеялись.

Рема, подслушивающая разговор в очереди в столовую, вздрогнула от мысли о том, как чья-то синяя скользкая часть тела может проникнуть к ней внутрь. Подождите, а инопланетяне правда синие?

— Нет, Берни, тебе не даст.

— Это ещё почему?

— Потому что ты идиот! — снова смех и недовольное бурчание парня по имени Берни.

Расплатившись, Рема взяла поднос и уверенно направилась в сторону столика, за которым сидела Эмили. Девушка с мрачным видом безучастно расковыривала вилкой печоночный пирог. Она совсем не заметила, как к ней подошла Рема, и очень испугалась, когда та её окликнула.

— Привет, можно? — с улыбкой наклонилась Рема, чтобы подвинуть стул. Эмили повела рукой, предлагая сесть, и молча кивнула.

— Ты здесь новенькая, правильно? — продолжила Рема, — я никогда тебя здесь не видела, — она положила в рот кусочек брюссельской капусты, и вилка испачкалась в ярко-красной помаде.

— В этом корпусе — да, в Пустыне — нет, — ответила Эмили, не поднимая на собеседницу глаз.

— Меня зовут Рамилия Уилсон, когда-то фармацевт, — усмехнулась она.

— Эмилия Паркер. Когда-то экзогеолог, — Эмили с заинтересованной улыбкой взглянула на Рему, — значит, ты тоже недавно сменила лабораторию?

— Да, — Рема задумчиво кивала, — не знаю, возможно, кому-то удается уйти на хорошей ноте, но, к сожалению, это не мой случай, скажу честно. Однако, — она наигранно улыбнулась, — всё, что ни делается — всё к лучшему. Признаться, в новой лаборатории мне нравится гораздо больше.

— Оу, поздравляю, — Эмили хмыкнула, — Новые лаборатории… — она помотала головой, — пока не знаю. Столько проектов. И все такие разные. Я еле успеваю со всем справляться, — она натуженно улыбнулась, поджав губы, и Рема явно это заметила, однако не сдалась.

— Не хочешь сходить сегодня куда-нибудь после работы, отметить переход на новое место?

— Ну, а почему бы и нет, наверное, пора развеяться…

***

Несколько недель назад Рему уволили — сразу после того, как она создала препарат, вызывающий быстро прогрессирующий бронхолитиаз. Следующим шагом её исследований должно было быть создание лекарства от этой болезни, но этому, видимо, не суждено было случиться. Без каких-либо объяснений ей закрыли доступ к любым разработкам, связанным с этим проектом. Ей дали две недели на то, чтобы сделать выбор: либо продолжить работать в Пустыне, но на совершенно других проектах, либо уходить совсем. Рема не знала, что делать. С одной стороны, она осознавала, что её просто использовали для создания биологического оружия, следы которого практически невозможно обнаружить: заболевание начинало проявлять себя лишь через несколько лет, и убивало человека буквально за несколько месяцев. С другой стороны, исследования и наука были всей её жизнью, и она не представляла себя вне Пустыни.

Однажды вечером она сидела в кафе Южная площадь на окраине Сан-Мирэль. Это было её любимым местом для отдыха. Она пила кофе, пытаясь разобраться со своими мыслями. Внезапно к ней подошёл мужчина лет тридцати, со сверкающим бриллиантом в одном ухе и с не менее сверкающими глазами. Он был одет в дорогой костюм и из-за этого плохо вписывался в атмосферу заведения.

— Рамилия Уилсон?

— Что? А, да. Это я. Что-то случилось?

— Здесь свободно?

Рема поморщилась, не понимая, что происходит, не успела ничего ответить, и Брайс сел за стул напротив и заказал себе кофе.

— Для меня большая часть познакомиться с вами, — он протянул руку, и Рема неуверенно ответила на рукопожатие.

— Простите, — засмущалась Рема, — но…

— Брайс Венгер. Мы не знакомы, но я наслышан о ваших потрясающих исследованиях, проведённых в Пустыне.

— Я рада это слышать, — Рема разочарованно опустила взгляд обратно в кофе.

— Итак, до меня дошли сведения, что вы сейчас в поиске нового проекта.

Рема тяжело вздохнула.

— Знаете, мне кажется, я не готова пока что это обсуждать…

— То, как вас вышвырнули из лаборатории — вопиющий случай. Они попросту воспользовались вами, а потом выкинули, как надоевшую куклу, — он покачал головой, — я и подумать не мог, что люди, в наше-то время, всё ещё на такое способны. Цивилизация, интеллигенция, — он гордо развёл руками, — впрочем, не буду тянуть кота за хвост. Как вы уже поняли, я предлагаю вам работать на меня.

Рема не успела открыть рот, как Брайс добавил:

— В обмен на сведения. Вы ведь хотите знать, почему всё произошло именно так?

— Что?..

— Я рассказываю вам всё, что знаю, а вы… Вы возглавите мою лабораторию.

— Скажите сначала, что вы знаете.

— Как вы понимаете, никто и ничто уже не сможет предоставить вам доступ к вашему старому проекту. Думаю, вы догадались, что кому-то не выгодно, чтобы лекарство от заболевания кто-либо когда-либо создал. Некоторые люди, ответственные за это, свято верят, что кроме вас, никто не способен это сделать.

— Просто скажите, кого они хотят убить этим. Как его зовут?

— Её. Её зовут Эмилия Паркер. По неизвестным причинам отстранена от работы в отделе экзогеологии, и теперь работает в отделе чёрных и белых дыр, который, по счастливой случайности, находится в том же корпусе, что и моя лаборатория.

Рема зажмурилась, и из-под густых ресниц по раскрасневшимся щекам покатились горькие слёзы.

Дорогой дневник!

Не знаю, зачем я делаю это. Зачем я общаюсь с Эмилией Паркер?

Из чувства вины? Из интереса? Мне противно думать, что это так.

Эмили оказалась очень приятной и умной девушкой, только немного мрачной. Я очень надеюсь, что мой препарат не сработает. Всё-таки так не бывает, чтобы что-то получилось с первого раза. Я почти уверена, что и в