Солдаты далеких гор - Александр Александрович Тамоников

кто должен был лететь с Брозом в самолете и сопровождать его до аэродрома в Тушино. Кроме основной группы, здесь сидели и Лиза, и Федор Крылов.

— Завтра на рассвете «дуглас» должен взлететь и доставить нас вместе с Иосипом Брозом на советский прифронтовой аэродром. Это уже территория, контролируемая войсками Красной Армии, это наша территория. И на этом закончатся все самые опасные этапы операции.

— Но это же хорошо? — спросила Лиза, но, посмотрев на товарищей, поняла, что риторические вопросы здесь неуместны.

— Мы в этом самолете не полетим, — добавил Шелестов, проигнорировав замечание девушки.

— Я так понимаю, что на нем не полетит и Иосип Броз, — вставил Сосновский. — Фокусы с липовыми колоннами продолжаются? Что на этот раз, есть сведения?

— Есть здравое рассуждение, — возразил Шелестов. — Немцы для уничтожения лично Иосипа Броз Тито организовали уникальную и довольно замысловатую и во многом успешную тактическую операцию. Агентурная осведомленность, как показали результаты этой операции, у них высокая. Что спасло Броза? Немцы ошиблись? Опростоволосились? Нет, его спасла случайность. Ну, может, еще наш опыт и наше умение не совсем стандартно мыслить в таких условиях. Поняв, что Броз ушел из расставленных капканов, они бросят все и утрутся? Ничего подобного. Они будут стараться достигнуть своей цели до конца. До тех пор, пока будут реальные предпосылки достичь ее. Насколько сложно сбить транспортный самолет в прифронтовой полосе? При хорошо организованной схеме нападения и при условии, что немцы знают, когда и откуда взлетит «дуглас», шансов долететь у самолета нет. Мы можем дать гарантию, что здесь на станции Потоци среди югославов нет немецкого агента? Не можем.

— Согласен, — поддержал Шелестова Буторин, — прорваться сюда трем-четырем истребителям типа «фокке-вульфов», имеющих не только пулеметное, но и пушечное вооружение, пара пустяков. Три будут отвлекать, а один из-под туч в нужный момент, я бы сказал миг, спикирует и собьет неуклюжий и неповоротливый транспортник.

— Ваше решение, теоретики? — нетерпеливо вставил Коган.

— Самолет взлетает в назначенное время, мы уходим верхом на лошадях через Карпаты, — стал рассказывать Шелестов. — Броз в курсе, и он со мной согласен. Семь лошадей с верховыми седлами и две лошади с вьючными готовы и ждут нас. На рассвете самолет взлетает, а мы уходим в составе каравана. Людей, которые в курсе этой подмены, минимум. Только доверенные люди и люди, которые представления не имеют, что это и для чего.

— Одежда? — осведомился Сосновский, разглядывая свою ногу, ботинок на которой уже два дня как «просил каши».

— Лошадь, одежда, провизия и оружие приготовлены и ждут в пяти километрах отсюда в доме лесника. Утром, пока еще не рассвело, выезжаем отсюда на трофейном «додже». Машина сюда не вернется.

— Значит, это новая идея, а не наш запасной вариант? — спросил Коган. — Значит, готовиться надо к тому, что за нами будет погоня. Рано или поздно. Маршрут-то хоть никто не знает?

— С маршрутом мы сейчас с вами разберемся сами, — улыбнулся Шелестов. — У нас в запасе пять дней. Учитывая, что лошади у нас не отборные, а просто хорошие и здоровые, а идти нам придется в том числе и через горы, то в день мы сможем проходить километров семьдесят — восемьдесят. Наш маршрут и контрольные точки я укажу в радиограмме. Сегодня ночью отправлю шифровку для Платова. Он обещал, что нас по пути подхватят и переправят. Они готовят несколько разведгрупп со знанием местности и языков.

— Нельзя сразу было собрать такую группу, — проворчал Коган. — Со знанием языка, местности…

— Не ворчи, Борис, — рассмеялся Шелестов. — Ты же знаешь, что тогда был цейтнот и Броза надо было срочно выводить. Мы и так чуть не опоздали. Немцы успели начать свою операцию «Ход конем». Давайте займемся планированием маршрута. А потом придумаем пароль. Может получиться, что группа, которая выйдет на нас, застанет… э-э не всех. Поэтому пароль должны знать все члены.

Утро было темным и пасмурным. На затянутом пеленой небе не было ни звездочки. Дождь прекратился еще в полночь. Облачность, как и обещали синоптики, увеличилась. Можно было взлетать. Самолет стоял на взлетной полосе у края поляны. В ангаре два пилота и штурман сидели на пустых ящиках и курили в рукав. Шелестов и Броз вошли в ангар как привидения, в брезентовых плащах, накинув на головы капюшоны. Командир экипажа подозрительно посмотрел на незнакомцев, но, когда Броз сбросил с головы капюшон, пилот подскочил и вытянулся, отдавая маршалу честь. Броз остановил его доклад, осмотрелся в полумраке ангара и подвинул ближе к летчикам еще один ящик. Он сел и предложил командиру тоже садиться.

— Вот что, товарищи, — заговорил маршал. — Боевая задача у вас будет необычная. Я даже не хочу вам приказывать. Но если вы откажетесь лететь, то я пойму и никаких последствий для вас из-за отказа не будет.

— Мы не понимаем, — заговорил пилот. — У нас есть приказ, и мы его должны выполнить. К чему эти разговоры, товарищ маршал?

— К тому, что самолет полетит пустым, — ответил Броз, терпеливо выслушав летчика. — Ни я, никто другой на нем не полетит. И скорее всего, вас по дороге атакуют немецкие истребители и попытаются сбить.

— Приманка, значит, — засмеялся второй пилот, блеснув в темноте белыми зубами. — Кошки-мышки. Они за вами охотятся? Думаете, что фашисты пронюхали про этот рейс?

— Не исключено.

— Нечего тут обсуждать, товарищ маршал! — Командир экипажа строго посмотрел на своих подчиненных. — Приказ получен, вы взлетаем. На войне в воздухе случается, что вражеские истребители нападают на наши самолеты.

— Хорошо, спасибо, товарищи! — кивнул Броз. — Слушайте еще приказ. Штурману заранее определить на всем протяжении маршрута возможные места, подходящие для вынужденной посадки. Это первое. Второе, если вас атакуют истребители, вам нужно продержаться всего одну их атаку. Маневрируйте, выполняйте все виражи, которые у вас предусмотрены на такой случай. Но только одну атаку! Потом, если даже в самолет не попало ни одной пули, ни одного снаряда, вы уходите на вынужденную посадку. Садитесь, включаете радиомаяк и уходите подальше от самолета. Пробирайтесь в сторону наших частей или партизан. Приказ ясен?

— Так точно, товарищ маршал. — Командир экипажа поднялся. — Разрешите выполнять?

— Выполняйте, товарищи! — Броз пожал руки каждому члену экипажа, продолжая повторять: — Бросаете самолет и уходите. Самолет это всего лишь техника, железо. Вы дороже этого железа, ваша жизнь важнее. Только сымитировать вынужденную посадку и сразу уходить.

Пилоты ушли, и вскоре в поле заработали моторы самолета. Шелестов и Броз продолжали стоять в ангаре, глядя на темнеющий невдалеке самолет. Шелестов посмотрел на часы, но маршал сказал ему:

— Не спешите, успеем. Пусть взлетят, мне хочется пожелать пилотам успеха. Они рискуют жизнью только из-за