Солдаты далеких гор - Александр Александрович Тамоников

Разведчики вскочили и, отстреливаясь, стали отбегать дальше к скалам. И тут до Броза дошло, что он не видит Машу. За камнями вместе со всеми ее не было. Маршал замешкался, и тут же Шелестов закрыл его собой и стал бить длинными очередями в сторону немцев, оттесняя югослава к новому укрытию.

— Вы что! — закричал Максим. — Отходите назад, назад!

— Маша пропала! — почти в ухо крикнул ему Броз, послушно отходя на новую позицию.

Шелестов бросился за ним, споткнулся и рухнул в траву лицом вниз. Чьи-то сильные руки втащили его в укрытие. Знакомые голоса стали слышнее. Стрельба поутихла. Сидя в укрытии, разведчики шумно дышали, отплевывались, вытирали со лба пот и проверяли оставшиеся в магазинах патроны.

— Товарищи, — снова подал голос Броз. — Где Мария? Мария пропала. Ее нет здесь.

— Как нет? — удивился Шелестов. — Кто ее видел в последний раз?

— Она же с маршалом здесь оставалась, когда мы в перестрелку ввязались, — нахмурился Сосновский, приподнимаясь и озираясь по сторонам.

— Не видно. — Буторин выглянул из-за камней, но тут же автоматная очередь ударила в камни, и он поспешно спрятался. — Нет ее тела. Она или убита, или ранена, или оглушена. В какой момент это все произошло?

— Не знаю! — со злостью бросил Броз и ударил себя кулаком по колену. — Она все время была со мной, за моей спиной. Я даже сюда ее толкал сам. А потом она как будто просто исчезла!

— Ничего не поделаешь. Мы не можем сейчас искать ее, — проворчал Шелестов и строго посмотрел на югослава. — Что бы ни случилось с каждым из нас, остальные выполняют приказ, доводят операцию до конца. Будет информация, узнаем, тогда и будем принимать решение. А пока…

Пулеметная очередь прошла над головой, и от ударов пуль в дерево на всех посыпалась хвоя. Немцы поднялись, накопив силы, снова пошли в атаку, передвигаясь перебежками между камнями, прячась за стволами деревьев. Теперь силы уравнялись, теперь никто не находился выше или ниже относительно рельефа местности. Выше было не подняться по отвесной скале. Наступать снизу — самоубийство. И узкая полоса наступления давала разведчикам шанс отбиться. Но что дальше? Патроны уже кончаются. Еще час или два, и все, отбиваться придется камнями. А стоит подпустить врага ближе чем на тридцать метров, и сюда полетят гранаты. Чтобы держать его на расстоянии, чтобы наносить урон, нужно автоматическое оружие и запас патронов к нему.

Разведчики снова дружно открыли огонь, держа десантников на расстоянии, не давая им подойти. Немцы действовали умело, передвигались перебежками, часто меняли позиции и активно прикрывали продвижение друг друга огнем автоматов и пулеметов. Хотя нет, пулемет был только один. Это Шелестов определил точно. Пулеметчик был слева. Наверняка хотел подняться выше и ударить сверху, но не смог.

— А, черт! — вскрикнул вдруг Буторин, и Шелестов сразу бросился к нему.

— Виктор?! Ранен?!

Буторин держал ладонь на шее, но кровь между пальцами не просачивалась. Шелестов оторвал руку друга от шеи и заметил там красную глубокую царапину. Улыбнувшись, он похлопал Виктора по плечу.

— Осколок камня! — пояснил он. — Понимаю, самому не хотелось бы пулю получить, когда и так каждый человек на счету.

Максим схватился за автомат и снова открыл огонь. Он боковым зрением заметил, что Коган перестал стрелять и роется в вещевом мешке. Борис вытащил что-то и уставился на находку.

— Это как сюда попало?

— Что у тебя?

— Дымовая шашка!

— Что? — Буторин повернул голову. — А это кстати! Идея есть, командир.

Шелестов стрелял, экономя патроны, и слушал Буторина. Дикость, но сейчас каждая выходка, какой бы она нелепой ни выглядела, могла помочь. У каждого осталось по несколько магазинов к автоматам. Этого не хватит и на полчаса серьезной атаки. Немцы были и так уже слишком близко, и особого выхода не было. Надо рисковать.

— Дым, командир. За дымом подобраться к их позиции, собрать патроны, гранаты. А вы прикроете, если что!

— Нельзя, — крикнул Сосновский, услышавший предложение Буторина. — Ветра нет, полосы дыма не получится, да и не добросить ее до немцев так, чтобы к ним подойти. Надо за дымом отходить еще дальше. Наверх надо возвращаться, на гряду.

— Не пройти здесь, — возразил Коган. — У немцев под носом? За спиной скала. Ее обойти можно только снизу.

— Правильно, Борис! — обрадовался Шелестов. — Гениально! Мы совсем вниз уйдем за дымом. Они даже не поймут, куда мы делись. Не поверят, что мы вниз ушли.

— Маршалу плохо, — кивнул на Броза Буторин.

Шелестов обернулся и посмотрел на бледного югослава, у которого на лбу появились капельки пота. Да, все-таки ранение, хоть и неопасное. Но вниз все же легче, чем вверх. На гряду они его точно не поднимут. Покрутив головой, Максим все же уловил щекой направление пусть слабого, но все же ветерочка. Он дул вдоль склона. Теплый воздух натыкался на горную гряду и немного поднимался по ее склону.

— Приготовились, Виктор, Борис! Помогаете маршалу. Ориентир — скальный зуб внизу склона у самой дороги. Там есть ниша. Я бросаю шашку, а ты, Михаил, прикрываешь. Вести особо активный огонь, когда пойдет дым. Не додумался бы кто из десантников за дымом проскочить. Внимание, я пошел, всем огонь, и как только столб дыма закроет нас от немцев, быстро вниз!

Сосновский посмотрел на Броза и покачал головой. А ведь больно маршалу знать, что где-то здесь мы бросили девчонку. Ладно, если убитую. А если раненую? Если она лежит сейчас и шепчет «помогите»? Наверняка ведь именно такая картина сейчас в его голове. «Держись, солдат, — подумал Михаил. — Тебе не привыкать терять близких людей. Война, она такая. Сейчас важнее твоя жизнь, важнее для Югославии. Мы уже потеряли Митю Пряхина, Букина. А скольких еще потеряем?»

Автоматные очереди звучали не умолкая. Разведчики не давали немцам поднять головы, и в этот момент Шелестов проскочил чуть ниже по склону, упал за камень и поджег дымовую шашку. Сейчас немцы догадаются, что к чему, а он лежит, открытый со всех сторон. Эта мысль мелькнула в голове лишь на миг. Толстый хвост дыма начал бить из шашки, и, повинуясь интуиции, Максим бросил ее вперед так, чтобы шашка упала между камнями и не скатилась вниз. Получилось!

Стрельба еще грохотала вокруг, несколько пуль ударились в землю возле Шелестова, но он начал уже сползать по склону вниз. Вот и Буторин с Коганом, придерживая Броза, стали спускаться. Сосновский отчаянно палил в сторону немцев, поводя стволом автомата из стороны в сторону. Отсоединил магазин и вставил новый. И снова огонь по немцам прямо через дым. Со стороны немцев огонь