Элла. Путешествие в поисках себя - Анастасия Мандич

капучино и булочки я не откажусь, — подмигнув подруге, сказала Василиса, быстро определившись с заказом.

— Меня Андрей позвал вместе жить и ещё много чего непонятного говорил, — выдала на одном дыхании Элла, глядя в сторону, как только официант удалился, приняв заказ.

— От это поворот, — сказала Василиса, откидываясь на спинку уютного кресла из пыльно-розового велюра. — А вместе — это к кому? Куда?

— Он сказал, что хочет снять квартиру и жить вместе.

— А что с твоим-то гнёздышком?

— Останется мне, он поможет с коммуналкой, и за нашу квартиру, сказал, всё сам платить будет. Странно всё это, — как бы размышляя вслух, говорила блондинка, разглядывая, как за соседний столик присела парочка.

Молодой человек так нежно обнимал свою спутницу, что-то шептал ей на ушко, а она так заливисто смеялась.

— Не-е-ет, это хорошо. Поздравляю, подруга. Ты наконец встретила того самого принца. На чём он там ездит? Запамятовала, ну, не важно, главное, на колёсах.

Когда парочке напротив принесли заказ, парень жестом попросил счёт и указал, что платить со спутницей будут пополам. Это опечалило блондинку, и она перевела глаза на подругу.

— Ты что, серьёзно?

— Более чем. Ты, надеюсь, ему глупостей не наговорила?

— Не-е-е. Я съехала с темы и пошла на работу. Вот весь день об этом думаю. Боюсь.

Пылкое обсуждение прервал официант, поставив на столик поднос с огромными фарфоровыми чашками, до краёв наполненными бодрящим напитком с сиропом и огромной пеной. Василиса долго размешивала сахар и съедала пенку у пушистого капучино, наслаждаясь каждой ложкой.

— А чего бояться, дурочка? Он же тебя не съест. Ну если только нежно покусает в ваших игрищах. Ты уже взрослая самодостаточная женщина. Он позвал тебя жить вместе, при этом не покушаясь на твоё жильё. Это как минимум честно и благородно.

— Он ещё что-то говорил про то, какая ему женщина нужна и всё такое, — пыталась вспомнить обрывки утреннего разговора Элла.

— Да-а-а, очень интересно, — приподняв брови, сказала Василиса

— Что именно?

— Да ладно, ничего, поживём — увидим. Чего загадывать? Ты пока соглашайся и переезжай. На новоселье позовешь?

За столиком напротив девушка как-то сникла после того, как её кавалер «выступил на все деньги» со своей жестикуляцией. Жаль было бедняжку. В тот момент Элла, которая металась в раздумьях, съезжаться или нет с Андреем, окончательно решила сказать ему да. Хотя бы в жилищном вопросе. Довериться мужчине, к которому она так долго присматривалась.

Глава 36. Душевная идиллия

В огромной квартире было зябко. Слова риелтора отдавались гулким эхом, а на улице полным ходом валил крупными хлопьями снег. Элла подошла к окну и стала рассматривать, как на улочках стали загораться фонари, они тянулись, словно ниточки, и очерчивали светом грациозные силуэты города.

«М-м-м-м. Да, вид тут, конечно, намного лучше, чем в моей коробчёнке», — со вздохом подумала Элла.

Всё происходящее с ней за последние месяцы казалось сном. Вот они с Андреем стали выбирать квартиры. Вот им попался хороший вариант, прямо возле работы, недалеко от центра, целых четыре комнаты, со свежим ремонт, с высокими потолками и даже двумя балконами. Всё, о чём даже и мечтать не могла Элла.

— Ну что, тебе нравится? — подошёл сзади Андрей и приобнял за плечи.

— А тебе? — развернувшись, спросила Элла, всё ещё сомневаясь, что это не сон.

— Мы берём! — сказал Суховецкий и, не отпуская свою возлюбленную, повернулся к риэлтору.

Всю бумажную кутерьму Андрей, как настоящий мужчина, взял на себя. Он вообще всё старался брать на себя, что Элле моментами становилось неловко. «Что я, безрукая какая-то, что ли? — ругалась на себя она и тут же одёргивала, вспоминая, как раньше тащила всё за своих кавалеров и их в том числе. — Расслабиться надо. Расслабится и просто позволить себя любить», — повторяла она в эти спорные минуты, когда руки так и чесались сделать что-то, хотя бы украдкой, не показывая ничего Андрею, чтобы тот не начал ей помогать.

Чем ближе подкрадывались праздники, тем больше сомнений было в голове у Эллы. Католическое Рождество — это тот самый праздничный день, когда они собирались дома у родителей всей семьёй. Это была традиция, которая сложилась за долгие годы и почти никогда не нарушалась. Когда Элла жила с Сёмой, он как-то сам собой вписался в эту традицию, без лишних объяснений и представлений. Он сразу понравился маме за свой отменный аппетит, папе — за то, что он в принципе был мужчиной, хоть и тюфяком, но всё-таки материально делил с Эллой тяготы самостоятельной жизни. С Кириллом же внутри что-то протестовало, когда она думала о домашнем застолье, о том, как папа начнёт при нём называть её доченькой, а Кирилл опять будет сидеть с этой своей каменной ухмылкой. А дома закатит скандал о том, что она привела его в свою пафосную семью, где все её постоянно превозносят. Ну, а Костик. Костик хоть и успел пару раз наткнуться на её маму и очаровать своими речевыми способностями, был списан в утиль раньше, чем были запланированы домашние посиделки.

А теперь она с Андреем. Он старше. Спокойнее. Размереннее. Решительнее. Этот список Элла могла продолжать долго, но что-то всё-таки останавливало от разговора о праздниках. Он вообще казался ей атеистом, так как никогда не заходил разговор о вероисповедании и религиозных традициях. Он мало рассказывал о своей семье, но при этом часто звонил родителям. Элла украдкой подслушивала о чём идёт речь: в эти минуты его голос из басистого становился нежным и трепетным. Таким же голосом он всегда говорил с Эллой, и тогда её бурная фантазия успокаивалась и давала возможность наслаждаться их любовью дальше.

Так в один из декабрьских вечеров, пока Элла крутилась на кухне, изображая заправскую хозяйку, её телефон зазвонил, и на дисплее высветилось «мама». Андрей крутился рядом, помогая Элле справится с готовкой нового блюда. Она вычитала его в модном журнале, настолько модном, что блюдо никак не хотело получаться на их среднестатистической кухне.

— Подай, пожалуйста, телефон, — попросила Элла, вся перепачканная в соевом соусе.

— Тебе мама звонит, — сказал Андрей и помог прижать плечом телефон к уху.

— Да, мам. Что случилось? — спросила девушка настороженно, так как знала, что с матерью она чаще всего любила поболтать в рабочее время, без лишних ушей.

— Доченька, ты приедешь в пятницу? Я готовлю стол и не знаю, на сколько человек накрывать. Дри будет с мальчиком. Надеюсь, папино сердце выдержит, и он не будет такой разрисованный, как твоя сестра.

— А что у нас в пятницу? — спросила Элла, повернувшись к