Медальон инквизитора - Наталья Александрова

– И тут этот взрыв, пожар, и деньги пропали! – договорила за него Оксана.

– Совершенно верно, – вздохнул Олег. – Деньги пропали, а я так и не выяснил, кому они предназначались.

– А ведь я слышала, как они его называли! – оживилась Оксана. – Когда меня допрашивали в подвале, я случайно подслушала их разговор. Они упоминали какого-то Михаила Степановича, говорили, что он им голову оторвет за эти деньги...

– Михаил Степанович? – переспросил Олег. – К сожалению, среди тех людей, которых мы разрабатываем, нет никого с таким именем и отчеством...

– Как же так? – расстроилась Оксана. – Я точно расслышала, как они его назвали... я не могла ошибиться...

– Не расстраивайся, я же не говорю, что ты ошиблась! Скорее всего, это просто не настоящее его имя, а кличка, условное имя, которым его называют подельники. Как говорят в нашей организации – оперативный псевдоним. Кстати, узнать его оперативный псевдоним – это тоже очень важно, так что я тебе благодарен за эту информацию...

– Не стоит благодарности, – фыркнула Оксана. – Лучше посоветуй, что мне теперь делать? Ведь за мной гоняются все, от бандитов до спецслужб...

– Я знаю...

– Откуда? И еще вопрос, как ты здесь оказался? Ох, кажется, я догадалась. Меня сдал Андрей Михайлович? Ну и старикан!

– Не сдал, а позвонил мне и предупредил, что тебе угрожает опасность. Он тебе плохого уж точно не желает!

– Ну ладно, и что мне теперь делать, раз уж вы решили меня опекать?

– Надо подумать... ситуация не такая простая...

Олег немного помолчал, затем снова оживился:

– Давай решать задачу по частям. Полиция тобой, скорее всего, больше не интересуется – ведь они передали тебя Конторе, и им ясно дали понять, чтобы они в это дело не лезли. Значит, остаются бандиты и сама Контора. Контора пока притормозит – этому греховоднику Игорю Ивановичу сейчас явно не до тебя.

– Надеюсь, – вздохнула Оксана.

– Бандитам ты нужна для того, чтобы отыскать деньги. Значит, если мы найдем деньги раньше их...

– Ты хочешь сказать, что отдашь им эти деньги? – ужаснулась Оксана.

– Не я. – Олег пристально взглянул на нее: – Ты.

– Что? – Оксана поперхнулась и изумленно уставилась на собеседника. – Ты шутишь, я надеюсь?

Олег свернул в первый попавшийся переулок и аккуратно припарковал машину.

– Разве можно шутить такими серьезными вещами? – Он повернулся к Оксане, и на лице его не было и тени улыбки.

– Ну, если ты не шутишь – значит, ты сошел с ума. Но я то пока еще в здравом уме...

– Послушай меня – и ты поймешь, что это лучший выход и для тебя, и для меня. – Олег набрал полную грудь воздуха и продолжил: – Мне нужно узнать, для кого предназначались эти деньги. Если деньги снова окажутся у бандитов – они наверняка доведут операцию до конца и передадут их тому, кого называют Михаилом Степановичем. Мне останется только проследить за деньгами.

– Но я то при чем?

– А при том, что, если деньги им принесу я, они мне не поверят. И никто бы не поверил. Сразу ясно, что это подстава. А вот если их принесешь ты – все будет очень натурально. Ведь они уверены, что ты украла эти деньги, так что будет вполне достоверно, если ты их и вернешь... на определенных условиях, конечно.

– И на каких же, интересно, условиях? – подозрительно осведомилась Оксана.

– Ну, все еще нужно продумать, но непременным условием должно быть, чтобы они оставили тебя в покое. Причем гарантировали это...

– Ну, это легче сказать, чем сделать! Как можно заключить договор с уголовниками и добиться его исполнения? Они не из тех людей, которые держат слово!

– На то и договора, чтобы их тщательно продумывать! – непонятно ответил Олег. – Впрочем, пока мы с тобой делим шкуру неубитого медведя. Денег-то у нас нет, и мы понятия не имеем, где они находятся и кто их на самом деле украл.

– Вообще-то кое-какие мысли на этот счет у меня имеются... – неожиданно для себя самой проговорила Оксана.

– Что ты говоришь? – уставился на нее Олег.

– Ты помнишь всех людей, которых вместе с нами допрашивали в Твери?

– Ну, конечно, помню, – снисходительно ответил Олег. – Замечать и запоминать – это моя профессия!

– А помнишь ли ты беременную женщину?

– Да, а что?

И Оксана рассказала ему то, что накануне узнала у Андрея Михайловича.

Олег выслушал ее очень внимательно и надолго задумался.

Наконец он поднял глаза на Оксану и проговорил:

– Пожалуй, в этом варианте все сходится. И подстаканники вписываются...

– Подстаканники? – удивленно переспросила Оксана, подумав, что ослышалась. – Какие еще подстаканники?

– Во время осмотра вагона после пожара в шестом купе, в котором перевозили деньги, нашли обгоревшие и покореженные взрывом подстаканники. Ты ведь знаешь, что на железной дороге чай и кофе до сих пор подают в стаканах с подстаканниками. Как в советские времена. А когда проводницу спросили, приносила ли она что-нибудь в шестое купе, она сказала, что ничего не приносила. Кстати, из-за этой нестыковки ее тоже взяли под подозрение. Я ее тоже сначала подозревал, навел справки, но ничего плохого за ней не числилось. А мне тогда еще, на месте аварии, показалось, что она не в себе. Я то подумал, что она, как только поезд тронулся, выпила с кем-то из коллег, почему и темнит, а теперь все получает другое объяснение...

Олег ненадолго замолчал. Оксана тоже не издавала ни звука, чтобы не сбить его с мысли.

– Значит, вот какая получается картина. Та женщина села в поезд в Москве под видом беременной, каким-то образом отключила проводницу. Для профессионала это не проблема. Люди из шестого купе заказали кофе, чтобы не заснуть. С такими деньгами, знаешь ли, спать не стоит. И друг другу они не слишком доверяли, так что решили напиться кофе и всю ночь чемоданчик с деньгами охранять.

Фальшивая беременная переоделась проводницей и принесла им кофе, в котором была лошадиная доза снотворного.

«А ты куда смотрел?» – вертелся у Оксаны на языке ехидный вопрос, но она решила его не задавать – зачем зря человека провоцировать? Он и так себя корит небось за то, что не углядел за деньгами.

– Воровка дождалась, когда пассажиры уснут, проникла в купе и украла деньги, – продолжал Олег. – Тут-то ее и увидел Андрей Михайлович. Когда она вышла из купе, чемоданчик с деньгами у нее был на животе, для чего, собственно, ей и понадобилось изображать беременную.

Заполучив деньги, она, скорее всего, собиралась выйти в Твери. Вряд ли она рискнула бы остаться в поезде до конца поездки – охранники могли проснуться и заметить пропажу денег, или в Петербурге на вокзале кто-нибудь мог поднять тревогу и перехватить ее. Значит, она должна была сойти с поезда в Твери и продолжить путь на машине или на другом поезде. Скорее всего, в Твери ее поджидал сообщник с машиной. Но тут произошел взрыв, смешав ей все карты...