Песня Сирены - Виктория Роа

добавляло колкость моему наслаждению. Он начал глубокие, но не быстрее движения проникая на всю глубину моей промежности массируя головкой шейку матки. Я застонала не скрывая всех своих чувств. Это сносило мне голову. Я хотела больше…еще большего.

— Быстрее… — прошептала я чувствуя слюнки у уголков губ.

Артур не слушал меня, и с нескрываемой улыбкой лишь еще больше расширил мне ноги не увеличивая темпа проникновения. Сильнее надавливая ладонью на поясницу он дал мне понять свою полную власть надо мной. Я попыталась двигаться ему на встречу, но он строго зафиксировал меня в стойке. Одной рукой Артур обхватил мою талию, а другой спустился к истекающей страстью девочке. Пальцами играя с клитором он одновременно глубоко насаживает меня на свой каменный член доводя до настоящего экстаза. Я почувствовала нежное прикосновение к своей жемчужине…прикосновение сменялись легкими шлепками и поглаживаниями. С моим телом происходило нечто странное…странное настолько, что я никогда не ощущала ничего подобного. Двойная молния прошла сквозь всю меня…неожиданно…незнакомо. Я не всегда знала, когда приходит оргазм и никогда не заостряла на этом внимание, но сейчас…лавина внутри моего тела, которой я не способна сопротивляться…я подалась этой буре. Артур, почувствовав вибрации моей промежности, резко вынул из меня свой член позволив окропить каплями страсти его бедра, ноги. Никакого стыда…только немыслимое удовольствие слились в рассудке.

Артур резко повернул меня к себе лицом и подняв сильной рукой одну из моих ног резко вошел спереди, жадно целуя мои губы так, что я скулила от боли укусов, но он увеличил темп от чего я застонала в полный голос срываясь на настоящее рычание. Я снова в плену его натиска. Волна наслаждения подкатывает из глубины лоно готовясь накрыть все вокруг, но и Арту уже ощущал этот вулкан, что готов взорваться в любую секунду. Он закрыл мой рот своими губами…я дышала его дыханием. Словно вдыхая в меня жизненную зависимость от него. На секунду я замешкалась. Не могу дышать, но это еще больше обостряет кончики моих оголившихся от секса нервов. Все мое тело сжалось в его руках, и я чувствую, как до придела раскрылись мои глаза. Судорога прошила всю меня позволив ощутить самый яркий оргазм за всю жизнь. Артур позволил мне кричать, и вдруг я ощутила внутри себя взрыв его вулкана, чувствуя, как огненная струя спермы поток обрушилась внутрь моей распухшей девочки. Все померкло в глазах, и он нежно отпустил мою ногу позволив навалиться на него всем телом.

Атлас так уверенно не держал землю, как уверенно держит меня Артур. Сознание пришло постепенно, когда он аккуратно посадил меня в свое рабочее кресло. Я подняла на него глаза, и он улыбался, шептал какие-то слова любви и целовал мой лоб, щеки. Сквозь помутнение я отчетливо почувствовала, как потоки его лавы стекают по бедрам. Вот он…мой самец, мой мужчина…такого у меня никогда не было и, наверное, больше не будет. Артур вышел из кабинета забыв на столе телефон. Спустя несколько минут пришло сообщение от Лины, и я протрезвела…Я люблю его, но новая я просто не способна сделать подлость. Завтра я начну новую жизнь.

Эпилог

В суматохе праздника мне было так легко сорвать пальто с вешалки, и проплыть сквозь толпу, что столпилась у сцены дабы насладиться эротическим танцем юной звезды Весты. Среди гостей я не заметила Росс или же Николь, и только столкнувшись в дверях с Линой поняла, как сильно мне больно. Нет, не обидно…сейчас я уверенна в происходящем и в том, что контролирую ситуацию, а просто по-женски больно. Набросив на плечи пальто, я выпорхнула из бара «Вегас» оставив на столе Артура заявление по собственному желанию и одну простую приписку — «Не ищи меня». А почему больно? Почему так странно осознавать, что игра с мальчиками столкнула с тем, кто мнит себя мачо и теперь ты, как женщина, коя вошла в число «многие» поняла, как можно высоко летать, но не рассчитала, что чем выше летаешь, тем больнее падаешь о землю разбиваясь на осколки, что однажды пронзят тебя насмерть. Сейчас тебя пронзили лишь на несколько сантиметров, но черт возьми, они прошли сквозь сердце оставляя после себя гадкое, цинковое послевкусие на губах.

По мере того, как незаметно для меня несли меня сквозь улицы собственные ноги, я и не заметила, как прошла в квартал «продажной любви», где завлекающие мужчин женщины тесно работали под прикрытием полиции, но это совершенно другая история. История не моей жизни. В спешке пробираясь сквозь толпу совершенно нетрезвых выпускников, я заметила, что дождь усиливался с каждым шагом ударяя все жестче, все хлестче, все сильнее. Ударяя, сука, по самому больному. Я продрогла. Остановившись напротив магазина с зеркальной витриной, я посмотрела на свое промокшее отражение. Было больно…перед глазами всплывало все: его уверенный шаг в гостиничный номер в самый первый раз, игра его рук на всех моих чувствах, эмоции на грани жуткой агрессии, что сменились на нежность при виде меня, и его мурчащих голос…голос, что мог возвысить до самых небес, чтобы спустя секунды со всей силой внедрить тебя в тиски ада, чтобы ты знала свое место. Было больно от осознания, что мужчина, которого я так поспешно нарекла «мой» оказался совершенно «чужим»…я должна была это не забывать. Согнувшись у столба пополам, я еле сдержалась, чтобы не закричать…не закричать истошно с ноткой мольбы о помощи, ведь все мои воспоминания за последние полгода были связаны только с Артуром и тут такое…

Тело ведь еще долго будет помнить прикосновения: как Артур крепко сжимает в объятьях, как нежно целует в лоб и млеет под натиском моей настойчивой ласки. Тело будет скулить от воспоминаний, как этот мужчина помог мне испытать настоящее наслаждение секса, как помог стать желанной. Схватившись за сердце, я начала осознавать, что все происходящее со мной было реальным. Не будет, как это было раньше…нет, я сейчас не проснусь, не проснусь в постели с Сергеем, не проснусь под его суровое сопение. Не проснусь с осознанием, что еще час и я помчусь в «Кофчег», чтобы обслуживать клиентов Влада. Теперь все будет по-другому. Несколько раз я сбросила входящий вызов Регины и после ее очередной попытки просто выключила телефон. В этом квартале всегда было мало людей, редкие заблудшие души ступали по дороге сквозь эту улицу, ибо боялась местных маргиналов, но