Песня Сирены - Виктория Роа

— Неужели наши совместные занятия йогой позволили тебе научится читать мои мысли? — он улыбнулся. — это ведь тот ответ, который я рассчитывал от тебя услышать. — Артур снова вернулся в свое кресло и затушил сигарету. — в таком случае, я изложу тебе мои требования. Итак, официантка должна носить одежду максимально показывающую ее женскую сущностью. Я не допускаю брюки и джинсы, и наоборот, поощряю истинно женские аксессуары — чулки, комбинации всякое такое. Побрякушки, которые вы так любите. На работе ты не носишь каблуки. Длина юбки может быть абсолютно различной, но не слишком короткой, а если юбка длинная, то обязательно с разрезом.

Я согласно кивнула. Наверное, в любой женщине есть малая толика эксгибиционизма.

— Знаешь, Нин, — прохрипел Артур. — я смотрю на тебя и представляю, как тебе пошла бы длинная юбка до колен с чертовски возбуждающим разрезом сзади. — он снова закурил. — но очевидно, что твои мнимые нравственные позиции, их можно назвать простым будничным словом — комплексы. Иначе, как объяснить, что за столько недель проведенных в «Пандоре» ты все еще на дне? Ты пытаешься разграничить сексуальные отношения от остальных, но критерии по которым ты это делаешь… — он выдохнул дым вверх. — я характеризую, как порнографию и похабщину. Некое дно напоминающее дешевый общепит, где нет совершенно никакого разбора и ты просто глотаешь обыденность, скудность, обгладываешь дозволенные кости сексуального поприща. К сожалению, а может и к счастью, но перед глазами именно всплывают эти милые мордашки девочек до тебя, что стали настоящей ошибкой в нашем закрытом обществе. Большинство девушек думают, что вешаться на хер своего начальника — приемлемая для всех норма, но для меня же отношения основаны на эротических инициаторах, и если по Фрейду в основе всех поступков лежит исключительно сексуальное начало, то я во многом должен согласится с таким вот постулатом. — резко затушив сигарету, он снова встал из-за стола и подошел ко мне со спины. Его ладони проникли под мою юбку нежно скользя по бедрам вверх. Игриво задевая большими пальцами лямки трусиков, он то и дело, что вдыхал запах моей кожи заставляя ноги буквально подкашиваться, но каждый раз ловил всю меня не позволяя падать…таить в его руках. — для меня женщина… — продолжил своим хриплым голосом Артур. — эротична и желанна. Источник всех моих действий, всех моих жизненных поступков. Знаешь, все что я сделал и чего достиг в этой жизни… — вздох. — все это было продиктовано моим интересом к женщине. — на секунду его голос начал рычать и я чувствовала, как возбуждение оседает внизу моего живота. — женщина — это источник творческой энергии, тонус, но понимаешь, интерес не в том, чтобы соединившись с ней получить обычный оргазм, или, как любят пытливые умы вроде тебя — высшую степень сладострастия. — его тонкие пальцы обвили мою шейку, и в секундах между его движений, я увидела еще одну небольшую татуировку на его кисти. Точь-в-точь изящные рога, как и рисунок на кисти Росс. — легкий флирт, прелюдия, игра по сценарию, перенос фантазий бытовые сцены, гораздо ближе и интереснее мне. Нин, моя партнерша — это мое полное отражение. Это личность, разделяющая в точности мои интересы, мои предпочтения в сексе, а не проститутка и те более не карьеристка, что не видит ничего кроме своей гребанной работы.

Я слушала. Слушала внимательно, впитывая в себя каждое сказанное им слово и думала о том, как многое из того, что сейчас говорит Артур совпадало с моим представлением об идеальном «сценарии». Идеальном…просто не нашедшей ранее отклика и где-то так долго дремавшее во мне. Чувство уважение и интереса нарастало во мне одновременно сливаясь с поток возбуждения и нужно признать, что меня приводит в экстаз одно только его желание объяснять, рассказывать, донести до меня. Приводит в бешенное возбуждение его стойкая позиция меня недооценивания, словно я глупая пташка, что так рано хотела расправить крылья и взлететь, но упала…только в его руки…крепки, сильные руки. Я сжала колени вместе, и только его ладонь продолжала наглаживать мой треугольник трусиков. Он не пытался меня удовлетворить, а скорее играл исключительно по своим правилам ловко маскирующегося под маской праведника, но на деле оказываясь истинным мерзавцем, что так умело играет на струнах женского естества.

— Знаешь, Нин… — вкусно прошептал он мое имя… — настоящая сила женщины в ее слабости. Ты можешь кричать, что хочешь быть независимой, но почему тогда сейчас в близости со мной ты такая беззащитная? Физически это понятно, но почему же морально ты так сломлена передо мной? Спроси себя, почему в каждом втором фильме, есть та самая сладкая сцена, которая заставит тебя скулить от желания оказать на месте героини? Знаешь, что это за сцена? — Артур облизнулся и я покачала головой сама не понимая, что хотела этим сказать…да или нет… — коньюктура подчинения, но только грубое насилие — грязная похабщина. Кроме демонстрации физического превосходства ничего за собой не несет, но разве невкусно, когда стойкий женский характер так громко ломается… — он клацнул зубами и с моих губ сорвался предательский, тихий стон. — ты становишься заложницей ситуации.

Я слушала его с закрытыми глазами и его слова проникали все глубже и глубже, словно нечто липкое, мягкое обволакивало всю меня. Мои фантазии…мои нереализованные с мужем фантазии были неким спусковым крючком. Именно те, которые мне так хотелось…МНЕ, черт возьми, хотелось, а не те, которые делал он. Сильнее сжимая колени, я чувствовала себя девочкой, что впервые ощутила сладкий вкус возбуждения. Артур знал, что я его пленница и была готова на все что угодно, только бы он продолжал держать меня в своих моральных клешнях, но еще больше я хотела ощущать его прикосновения на своем теле…Артур молча смотрел на меня, но его глаза выдавали все: прилив нарастающего адреналина, азарт, желание охоты, и только некий барьер не позволял этому хищнику напасть на меня. Я видела, как его возбуждение. Вдруг, он резко занял свое кресло и облизнулся. Какие возникают ассоциации, когда красишь яркой, красной помадой губы? Только одно маленько желание…прикосновение любимым мужчиной кончиками пальцев и заветное «Тсс». ведь с тем, кто с тобой на одной волне слова не нужны.

— Я больше тебя не задерживаю. — улыбнулся Артур.

— Ты знаешь, — вздох…я медленно подошла к нему, облокотившись ягодицами о стол. Игриво разводя в стороны ноги. Он не сдержался. Его ладонь прикоснулась к моему бедру и от удовольствия я просто