Непридуманная история Второй мировой - Александр Никонов

На XIX партийном съезде, который состоялся в 1952 году, было четко постулировано: первое в мире социалистическое государство — СССР возникло в результате Первой мировой войны. Вторая мировая привела к построению социалистического лагеря. А вот после Третьей мировой на всей планете воцарится полнейший социализм. На этом послевоенном съезде товарищ Сталин сказал то же самое, что говорил и до войны: советским людям нужно готовиться к войне, а бояться войны, напротив, не нужно, пусть ее боятся империалисты!

Третья мировая война не состоялась по технологическим причинам — из-за появления в мире ядерного и термоядерного оружия. Но отступать СССР совершенно не собирался. Он взял на вооружение фрунзе-троцкистскую идею о том, что захват мира нужно начинать с «тыла», то есть с недоразвитых стран, империалистических колоний. Эта идея — наступать на свободный мир через его колонии — была стратегически одобрена руководством КПСС в 1961 году. Именно тогда началась массированная экспансия СССР в недоразвитые страны и строительство в них социализма. Африка, Юго-Восточная Азия, Южная Америка, Центральная Америка, Ближний Восток — красная чума вместе с советским оружием и советскими военными все больше расползалась по миру. В 1978 году после «революции» в Эфиопии Брежнев удовлетворенно воскликнул в кругу друзей: «Смотрите, и в джунглях хотят жить по Ленину!» А до этого знаменательного события, приключившегося в джунглях, советские эмиссары-советизаторы в погонах успели повоевать и во Вьетнаме, и в Африке, и в Корее…

Иными словами, после Второй мировой политбюровские геронтократы — практически все сплошь бывшие современниками и выдвиженцами Сталина, ничуть не изменили своей агрессивной политики, лишь чуть-чуть ее подкорректировали в соответствии с новыми веяними. Иначе и быть не могло, поскольку отвечали в СССР за идеологию люди-кремни типа Суслова, который, как известно, был несгибаемым ленинцем-сталинцем, а умер только в 1982 году на боевом посту.

И упомянутое мною нападение на Афганистан в 1979 году случилось именно в русле распространения мировой революции. А началось оно совершенно классически — с разжигания «революции» советскими эмиссарами: президент страны Амин был физически уничтожен русскими коммандос, которым у нас до сих пор почему-то поют славу, хотя стоило бы их судить как военных преступников. Они свергли законное правительство Афганистана и посадили на афганский «трон» советскую марионетку — агента КГБ Бабрака Кармаля.

То, что этот секретный военный переворот в Афганистане сделан руками советским военных, СССР яростно отрицал. Так же, как отрицал существование Секретных протоколов 1939 года о совместном с Гитлером разделе Европы… Так же, как отрицал расстрел польских офицеров в Катыни. И многое другое.

Короче говоря, после того, как товарищ Сталин перестрелял старую большевистскую гвардию и на словах отрекся от ленинизма, в стране наступило кажущееся затишье в вопросе о мировой революции. Но то было затишье перед бурей! Потому что в самом конце тридцатых годов в миролюбивом Советском Союзе вдруг начали как вши размножаться стихи, типа таких:

«Наперевес с железом сизымИ я на проволоку пойду,И коммунизм опять так близок,Как в девятнадцатом году».

Сочинил эти известные строки в 1939 году молодой, подающий надежды поэт Михаил Кульчицкий. Как все молодые, он экспериментировал со строкой, подражал старшим товарищам. Например, Павлу Когану. Тому, который написал для нашей книжки эпиграф к третьей главе.

Впрочем, о поэзии мы с вами поговорим попозже. А сейчас речь пойдет о грубой исторической прозе.

Часть III

Освободители

Глава 1

Кавалергарда путь долог. И очень непрост

«У нас идут сейчас бои… По радио передают, что народ Финляндии решил сбросить с себя иго Капитала. Если ранее все были уверены, что мы победим, потому что мы сильны и морально, и физически, то теперь можно прибавить, что мы победим скоро…»

«Сижу и пишу на колене. Ну, милые мои, дела идут так, что, по-видимому, я больше вас не увижу. По-видимому, близок и наш конец. Из нашего старого состава остались несколько человек. Война идет очень кровопролитная, и если кто останется живым из находящихся на фронте, то будет счастье».

А вы знаете, уподобление Сталина царю многим не нравится!

Не верят люди. Говорят: не может быть, чтобы из таких глубин истории тянулся сталинский империализм! Ведь и идеология у Сталина была другая, чем у царей, и время совсем другое уже было. Не вяжутся в голове у граждан танки, реактивные самолеты, ракеты, водородная бомба с каким-то полусказочным императором Александром в ботфортах, с крепостным правом, турецкими войнами, Царьградом и янычарами.

Обывательским сознанием исторические события не воспринимаются в своей генетической цельности. И чем моложе люди, тем меньше разные исторические события в их мозгах связываются.

Я однажды пришел в среднюю школу, где провел следующий эксперимент. Спрашивал детей от 9 до 13 лет, знают ли они, кто такой Сталин, кто такой Ленин, что такое коммунизм? Ответы были удивительными…

— Ленин? Это писатель. (Таких ответов было целых два. — А.Н.)

— Сталин? Президент был такой до Путина.

— Коммунизм? Не знаю такого термина.

Какие счастливые дети! Они не знают такого термина!..

Вообще, для детей все, что было до их рождения, одинаково учебник истории — будь то Ельцин или Кутузов.

И я тоже воспринимаю Великую Отечественную как исторический эпизод из учебника. Она для меня так же мертва, как война 1812 года. Это все было еще до меня! И только вместе со мной началась Вселенная. История, которую ты не пережил вместе с планетой, не связывается в голове неисторика — так же, как не связывается в одно целое в голове город, который ты видишь отдельными местами, вылезая каждый раз из метро. Многие приезжие и молодые люди именно так воспринимают Москву — лоскутами, никак не связанными друг с другом. Точнее, связанными только «подпространством» метро. Чтобы связать в голове город воедино, нужно его пережить, то есть просто пройти по нему. Либо взять карту и изучить маршрут. В контексте нашего разговора «карта» — это тома исторической литературы, которые нужно изучить, если не довелось пережить события самому. Но мало кто их читает. Зачем, если есть детективы и фантастика?

Ну, была какая-то Крымская война. А еще была Первая мировая. Потом Вторая мировая. Это все разные войны. У них разные причины. Именно так эти войны я и воспринимал когда-то. Но однажды профессор Капица бросил мне интересную фразу про две несвязанные (в моей голове) войны, связав их в один узелок:

— Первая и Вторая мировая война — это не разные войны. Это два боя одной войны.

Но чтобы сказать такое, нужно быть очень пожившим, очень мудрым или обладать перспективно-историческим мышлением.

Для детей, которых я опрашивал в школе, Ельцин, Горбачев, Брежнев — никак не связанная между собой древность, лежащая за пределами их жизни. А для меня все это — моя жизнь. Я помню все, что было двадцать лет назад так, как будто это было вчера. И мои оценки не изменились. Путч 1991 года как был для меня коммунистическим переворотом, попыткой спасения издыхающего коммунистического режима, так и остался красной хунтой. И второй красный путч 1993 года я тоже помню, как сейчас. Когда по телевизору я увидел движущиеся по Москве грузовики с солдатами под красными знаменами, остро понял: Россия — на пороге гражданской войны. И действовать нужно предельно быстро и очень решительно, чтобы минимальной кровью предотвратить великую кровавую реку. И, слава богу, это было сделано.

Для меня вся история, легшая на мою жизнь, неразрывна. Я помню мучительное голодное угасание красной империи. А все, что было до меня — книжный исторический пунктир.

У моего отца неразрывность гораздо длиннее моей. Как все старые люди, он прекрасно помнит детство и юность. Довоенное колхозное детство и позднесталинскую юность. Большая часть XX века неразрывно прошла на его глазах.

А неразрывность Сталина началась еще раньше — в 1879 году, в царствование Александра II. Именно в это царствование Россия недополучила Босфор и Дарданеллы, Боснию с Сербией и выход на Адриатическое море. Англия отняла у нас победу над Турцией и почти уже наш, готовый пасть Царьград!.. Во времена сталинского взросления все эти события были еще очень горячи. Как и вообще все события и свершения царя Александра II. Подавляя польское восстание, царь проявил свои тиранические черты, залив Польшу кровью. Этот современник Сталина покорил Кавказ, при нем был пленен чеченский полевой командир Шамиль. При нем же был присоединен к России Туркестан… Государственный банк, железные дороги, телеграф, правительственная почта, городские и сельские народные школы, заводы и фабрики — все это возникло при Александре II. И жизнь Сталина также началась при нем. После убийства Александра II на престол взошел Александр III. Потом Николай II. Трех царей пережил сын горийского сапожника…