Непридуманная история Второй мировой - Александр Никонов

В общем, творя по пути невероятные зверства, оставляя за собой красный след, Красная армия упорно продвигалась вперед, неся немилосердное счастье всему трудящемуся человечеству.

Трудящееся человечество спасло три обстоятельства — слабость Тухачевского как командира, нарастающее сопротивление поляков и вмешательство Запада, который решительно потребовал остановить вторжение Красной армии на так называемой «линии Керзона». Эта линия разделяла православный мир и католический. Вроде бы справедливо рассудил лорд Керзон. Но коммунистам-то религия была до фонаря! Тем не менее большевики заспорили — останавливаться или нет? Неугомонный певец мировой революции Троцкий был за то, чтобы остановиться и немного погодить с мировой революцией: за спиной Красной армии нарастало внутреннее сопротивление — это глупый польский народ никак не хотел осчастливливаться. Кроме того, растянутые коммуникации чрезвычайно затрудняли снабжение Красной армии.

Товарищ Ленин с этими доводами Троцкого соглашаться не хотел, он считал, что годом ранее в Венгрии революция была подавлена только потому, что большевикам не удалось тогда поддержать ее войсками. А теперь такой шанс удобный — наши войска уже в Европе. Надо наступать! Надо спровоцировать новый виток нестабильности в Европе. А нестабильность это и есть мировая революция! Вперед! Ура!

Пока они спорили, поляки разбили конников Тухачевского наголову. Польша спасла Европу от большевизации. Россия потерпела сокрушительное поражение, ей даже пришлось пойти на территориальные уступки Польше и выплатить ей контрибуцию. Ну, ничего! Мстительный товарищ Сталин ей потом отомстил в Катыни, этой Польше!..

Но Польша не была последней страной, куда большевики на штыках пытались принести социалистическую революцию. Еще до польской кампании Троцкий писал: «Путь на Париж и Лондон лежит через города Афганистана, Пенджаба и Бенгалии». Идея была не нова и состояла в том, чтобы ударить по передовым странам миры «с тыла» — через их колонии. В свое время именно так сделал любимый Сталиным Наполеон — он начал расправу над Англией, завоевав Египет.

Идею напасть на Индию Троцкому подал Михаил Фрунзе. А Троцкий ее творчески развил: «Нет никакого сомнения, что на азиатских полях мировой политики наша Красная армия является несравненно более значительной силой, чем на полях европейской… Дорога в Индию может оказаться для нас в данный момент более проходимой и более короткой, чем дорога в Советскую Венгрию. Нарушить неустойчивое равновесие азиатских отношений колониальной зависимости, дать прямой толчок восстанию угнетенных масс и обеспечить победу такого восстания в Азии может такая армия, которая на европейских весах сейчас еще не может иметь крупного значения… Нужно… сосредоточить где-нибудь на Урале или в Туркестане революционную академию, политический и военный штаб азиатской революции, который в ближайший период может оказаться гораздо дееспособнее исполкома 3-го Интернационала».

Было решено сформировать ударный конный корпус из 40.000 всадников и через Афганистан бросить его на Индию. Любопытно, что аналогичный проект предлагал своему союзнику — русскому царю Павлу I император Наполеон, давно грезивший о славе Александра Македонского и мечтавший об индийском походе. Павел I наполеоновский план принял и отдал приказ казацкому генералу Платову во главе 20-тысячного войска идти походом на Индию. Однако Павел был убит раньше, чем эта авантюра осуществилась.

Впрочем, почему «авантюра»? Под словом «авантюра» мы обычно подразумеваем нечто такое, что непременно закончится катастрофой. Но так бывает не всегда. Разве не авантюрой было завоевание целого континента несколькими сотнями (!) испанских конкистадоров? Безумная авантюра! Но если авантюра удается, она перестает быть таковой. Сколько подобных авантюр провернул гениальный Наполеон…

Бурные события Гражданской войны помешали планам Фрунзе-Тухачевского осуществиться. Но был ли у них шанс на успех? Сложно сказать, сколько красных конников из 40 тысяч дошли бы до Индии через перевалы Кандагара, но если учесть, что в Индии было всего 2 тысячи английских солдат… Правда, колониальные войска Великобритании включали еще 30 тысяч сипаев, но надежда на туземные войска сами знаете какая, ведь всего за полвека до того англичанам пришлось топить в крови восстание сипаев. И в Индии еще жили люди, которые помнили те события.

В 1920 году Гражданская война в России постепенно начала стихать. А на смену Индийскому проекту пришел проект Персидской революции. Впрочем, прежде, чем осчастливить Персию, сначала нужно было навести революционный порядок на юге России.

Красная армия «освободила» Крым и тут же, как водится, развязала там невероятный по своему размаху террор. Руководили террором два знатных большевика — венгр Бела Кун и его любовница Розалия Залкинд по кличке Землячка.

Пару слов об этих героях революции, поскольку и по сию пору их имена носят улицы в разных городах России. Бела Кун успел пару недель поработать министром иностранных дел в Венгерской советской республике. После разгрома этой республики он бежал в Австрию. Там его поймали и посадили в сумасшедший дом. Судя по тому, что он потом творил в Крыму, на излечение парня отправили не без оснований. Однако большевикам такой ценный кадр был очень нужен. Они обменяли психа на нескольких пленных австрийских офицеров и назначили его у себя на руководящую должность.

Любовница Бела Куна — Розалия в дурдоме не сидела, но революционеркой, тем не менее, была знатной — в партии большевиков она числилась аж с 1903 года. В Крым Землячка вошла, будучи в должности начальника политотдела 13-й армии.

Целью этой неразлучной парочки было полное осчастливливание трудящихся Крыма путем полной очистка полуострова от враждебного элемента. Точную цифру убитых и замученных во время этой благородной операции назвать сложно. Она гуляет от источника к источнику. И это понятно: кто их считать будет, этих врагов народа? В общем, по разным данным, с осени до весны 1920/21 гг. большевики убили от 80 до 120 тысяч человек.

Если взять верхнюю цифру, то получается по 650 человек в день. Адский труд! Ясно, за что Бела Кун и его подруга получили революционные ордена. Землячка потом всю жизнь с гордостью носила на грудях орден Боевого Красного знамени.

Приговоренные к казни крымчане сами рыли себе могилы — огромные рвы, на краю которых их и расстреливали сотнями. Залп, затем новая партия, снова залп… Раненые и убитые падают на еще теплые трупы. Новая партия… Глядишь, ров и заполнился. Присыпали землицей. И новый ров по соседству роют. А в коротких промежутках отдыха между залпами революционные красноармейцы прыгали в ямы на трупы, разжимали покойным и раненым рты, ища золотые зубы. И если находили, выбивали их камнями или выковыривали ножами.

Кого убивали? Сначала бывших офицеров, понятное дело. Потом террор перекинулся на гражданское население — чиновников, бывших дворян, попов. Любопытны обвинения в расстрельных приговорах:

«…за дворянское происхождение»,

«…за работу в белом кооперативе»,

«…за принадлежность к польской национальности».

Чекисты хватали людей прямо на улицах. Для того, чтобы быть схваченным, нужно всего ничего — быть прилично одетым и иметь умное лицо. Последнее — явная контрреволюция!

Но на улицах много не нахватаешь, тем паче, что горожане давно просекли фишку и из домов стараются носу не казать. Поэтому большевики стали применять иную тактику: оцепляли город кварталами, выгоняли всех из домов в фильтрационные пункты, после чего сортировали — кого на расстрел, кого в концлагерь. В горячке не только дворян, но и рабочих тоже постреляли немало. Скажем, полтыщи рабочих в севастопольском порту были казнены только за то, что они обслуживали корабли, на которых эвакуировалось за границу белое офицерство.

В ту пору в Крыму не осталось практически ни одной семьи, которая не потеряла бы кого-то во время этих чисток — брата, отца, сына, мать, сестру, дочь (примерно 10 % уничтоженных составляли женщины)

Маленькая деталь: в октябре 1920 года начальником отряда ВЧК в Крыму был назначен не кто иной, как будущая гордость советской полярной экспедиции Иван Папанин. Было ему о ту пору всего 26 годков. Он тоже ударно поработал на палаческой ниве и был награжден орденом Красного знамени, после чего попал в клинику для душевнобольных на реабилитацию. И было от чего двинуться умом старательному, но впечатлительному молодому человеку. Ведь большевики не только стреляли… Картины, которые могли открыться досужему путешественнику в городах Крыма, напоминали населенные пункты, через которые прошли опричники Ивана Грозного — кругом летали вороны и раскачивались повешенные с выклеванными глазами. Все главные и второстепенные улицы Севастополя были увешаны гирляндами трупов, распространявших ужасный запах.