Порванный шелк - Барбара Майклз

Но худшие опасения оказались напрасными; после основательных торгов миссис Гроссмюллер согласилась на предложенные ей условия и убрала в сумку отвергнутый товар.

— А вы умнее, чем я думала, — заметила она. — Вас не удалось надуть. Но я считала, что попробовать все равно стоит.

Мило улыбнувшись, она села и стала пересчитывать деньги, которые ей дала Карен.

— Как вы нашли меня? — спросила Карен.

Ответ был именно таким, какого она ждала:

— Ваш адрес был на чеке. Как-нибудь я принесу вам еще.

— Нет, не надо! — воскликнула Карен. — Я хотела сказать — я скоро переезжаю.

— Куда?

— Еще не знаю. А почему бы вам не оставить свой адрес и телефон, тогда я вам позвоню.

— Разумно, — согласилась миссис Гроссмюллер, засовывая руку в портмоне вместительных размеров. — Вот моя карточка.

Это действительно была визитная карточка, пожелтевшая от времени и обтрепанная по краям, но великолепно выполненная.

— Благодарю вас, — сказала Карен. — Ну что ж, я как-нибудь с вами свяжусь.

— О, а я еще не ухожу, — сказала миссис Гроссмюллер, усаживаясь поудобнее. — Мое подвенечное платье еще у вас?

— Э... нет. Его здесь нет. Оно... оно в чистке.

— А... Очень плохо. Мне хотелось еще раз на него взглянуть.

Карен посмотрела на Черил, которая тупозачарованно таращилась на миссис Гроссмюллер, словно цыпленок, загипнотизированный холодным взглядом удава. Сама она чувствовала, что испытывает непреодолимое желание разразиться диким хохотом.

— Сожалею, что мы не можем просить вас остаться, миссис Гроссмюллер. Мы уходим.

— Когда?

— Прямо сейчас, — твердо ответила Карен.

— А. Что ж, полагаю, в таком случае вы не пригласите меня остаться обедать. А то я могла бы обидеться.

Собрав свои сумки, миссис Гроссмюллер поднялась и осторожно перешагнула через Александра, лизавшего ее туфли.

— Думаю, сейчас я сгоняю до Висконсина, поглазею на витрины. Возможно, там и пообедаю, раз уж я такая богатая. Здесь где-нибудь поблизости есть «Макдональдс»?

Карен проводила ее до двери, затем бегом вернулась в гостиную, откуда они с Черил, встав у окна, стали смотреть, как миссис Гроссмюллер пересекла улицу, подошла к припаркованному — в неположенном месте — автомобилю и села в него. Машина стремительно рванула в транспортный поток, не обращая внимания на «камаро», водителю которого пришлось что есть силы надавить на тормоза, избегая столкновения, и виляя умчалась прочь.

— С тобой все в порядке? — спросила Карен, подталкивая свою парализованную подругу.

— Ущипни меня, — выдохнула Черил. — Я не верю, что это действительно произошло. Ты разглядела ее машину? У нее «мерседес». И Александр... Она зачаровала его!

— Черил, возьми себя в руки. Это всего лишь бедная чудаковатая старуха. Чем она на тебя так подействовала?

— Понимаешь, я знакома со многими чудаковатыми старыми дамами. Никто из них так себя не ведет. Я ничего не могу с собой поделать. Меня от нее бросает в дрожь. Скажи по-честному, Карен, что бы ты подумала, если бы проснулась среди ночи и увидела, как это лицо заглядывает в твое окно?

— Я решу, что мне это снится. Она не может добраться до окна второго этажа без приставной лестницы...

— Или метлы, — пробормотала Черил.

— Сожалею, что не могу остаться и оберегать тебя от ведьм, но я и так уже ужасно опаздываю. У меня нет времени даже на то, чтобы переодеться. Ты уверена, что не будешь слишком нервничать?

Черил встряхнулась.

— Не говори глупостей. Мне хватит дел, чтобы не скучать ни минуты. Но все же я запру все замки.

— Непременно сделай это. Мне хотелось бы остаться и помочь тебе. Ладно, это продлится недолго, Джули вернется через несколько дней.

Но Джули пришлось вернуться гораздо раньше.

Карен не очень удивилась, но пришла в ярость, увидев, что в магазине еще темно и стальная решетка, закрывавшая дверь, по-прежнему заперта. И, только начав отпирать замок, она обнаружила, что его дужка вставлена в отверстие не до конца...

— Это становится однообразным, — сказал Тони Кардоса.

Положив руки на узкие бедра, он смотрел на сидящую за столом Карен.

— Это не моя вина, — проворчала Карен. — И если ты позвонил Марку...

— Я не звонил Марку, — Тони присел на угол стола.

— И не звони. Я не хочу, чтобы он прибегал на помощь каждый раз, когда что-то происходит.

Усмехнувшись, Тони сдвинул шляпу На затылок, затем, опомнившись, поспешно ее снял.

— Прошу прощения.

— О, во имя всего святого, какие сейчас могут быть приличия? Только скажи этим идиотам, чтобы они перестали сыпать свой порошок на товар. Мне потом целый день придется его очищать.

— Они ищут отпечатки пальцев, — мягко возразил Тони.

— Знаю. Эти чертовы чернила я никогда не отмою с пальцев.

— Когда закончишь орать, может быть, позволишь мне задать тебе несколько вопросов? У меня на сегодня есть еще кое-что — знаешь, незначительные делишки вроде расследования нескольких убийств.

— Ну хорошо, хорошо. — Через какое-то время Карен добавила: — Извини, Тони. Я ценю, что ты так быстро приехал.

— Не стоит. У меня просто выработался условный рефлекс. В последнее время я так часто встречаю твою фамилию в сводке происшествий, что автоматически перехожу к действию. Ты уже звонила этой — как там ее — владелице магазина?

— Ее не было на месте. Я попросила оставить для нее записку у портье гостиницы.

— Которая называется?..

— Я уже сказала следователю.

— А теперь скажи мне.

— Зачем тебе это? — удивленно спросила Карен. — Черил сказала, что ты из отдела по расследованию убийств, так что это дело не для тебя.

— У меня обеденный перерыв, — сказал Тони. — До того, чем я занимаюсь в свободное время, моему руководству не должно быть никакого дела. Итак, ты собиралась сказать мне название гостиницы.

Карен откинулась на спинку кресла. Ее дурное настроение постепенно развеивалось; спокойный, дружеский профессионализм Тони действовал успокаивающе на ее натянутые нервы.

— Когда ты спросил, нет ли у кого-нибудь на меня зуба, я подумала о Джули, — призналась Карен. — Она была просто взбешена, когда я отказалась передать вещи Рут в ее магазин. Я так понимаю, что это тебе известно; похоже, обо мне тебе известно и все остальное.

— Черил много говорит, — сказал Тони. — Слушай, Карен, я занимаюсь этим, потому что хочу, — понятно? Никто меня не заставляет. Так почему бы тебе не успокоиться и не позволить мне делать то, что я хочу?

— Ну...

— Вот идет парень в синем, сейчас он спросит у тебя, что пропало. Будь с ним ласкова.

— Я не знаю, что пропало. Здесь все перевернуто вверх ногами... О черт, Джули просто взорвется!

Джули действительно взорвалась. Она позвонила уже ближе к вечеру, и стало ясно, что ей уже известны плохие новости, ибо она разразилась площадной бранью, как только Карен сняла трубку. Карен собиралась выразить ей сочувствие, но нелепые обвинения в небрежности и кое в чем похуже взбесили ее; безуспешно попытавшись вставить слово, она в конце концов положила трубку. Затем, заперев магазин, она вернулась домой.

Черил предложила ей чай со льдом и сочувствие, и Карен высказала ей свою новую версию:

— Во всем виноват Роб. Он так и не показался сегодня в магазине, и никто не ответил на мои звонки. Я сказала об этом Тони, но тот только таинственно улыбнулся и не сказал ни слова.

— Я могла бы ему позвонить, — начала Черил.

— Нет. И Марку тоже не звони. Расскажи лучше о том, как прошел твой день. Я по горло сыта Джули и ее проблемами. Одно только хорошо — я развязалась с ней. После того, что она мне наговорила, я не чувствую себя обязанной с ней оставаться.

— Тебе следовало сказать, что ты увольняешься, — поддержала ее Черил.

— Я так и сделала. Трижды. Но не думаю, что она меня услышала. Вероятно, она потом приедет сюда: не будь излишне вежливой и не оставляй нас наедине. Мне понадобится твоя моральная поддержка.

— Если она станет приставать к тебе, я ее поколочу, — пообещала Черил.

— А черт! — воскликнула Карен, услышав телефонный звонок. — Готова поспорить, это она.

Это был Марк. Он спросил, может ли он поговорить с Черил, и Карен передала трубку. Черил прикрыла микрофон рукой.

— Я могу?..

— Ну конечно, валяй. Тони наверняка уже все ему выложил.

Она ушла на кухню и начала чистить картошку. Черил присоединилась к ней через несколько минут.

— Марк спрашивал, — начала она, — не хотим ли мы пойти...

— Ему придется довольствоваться гамбургерами и картофельным салатом, — Карен махнула ножом на груду овощей. — И скажи, чтобы он захватил своего молчаливого друга. Возможно, когда Тони не на службе и с полным желудком, он более общителен.

Тони был полон желания говорить.

— В этом нет никакой тайны. Вам не надо меня подкупать. Но я рад, что вы это сделали, — добавил он, принимая добавочную порцию овощного салата.