Ходок - Василий Седой

В консульство пошёл на следующее утро. С собой взял чемодан, в котором хранился автомат, предварительно уложив туда бумаги с описанием будущего, начиная с этого времени. Если эта подборка документов, где есть даже картинки будущей бронетехники (и не только), попадёт в нужные руки — я сейчас говорю про Сталина, — думаю, им хватит времени на то, чтобы, как-то изменить будущий неблагоприятный расклад. Автомат отдам в качестве подарка. Вряд ли до войны наши начнут его выпускать, но пусть будет, может, и сгодится на что.

В здание консульства вошёл, как к себе домой, проследовав под невидимостью за каким-то плотным мужиком. В кабинет консула проник без стука и, никого там не застав, удивился местной безалаберности. Как так, никого нет, а дверь даже не на замке. Только успел положить на стол чемодан, а сверху лист бумаги, где большими буквами написал, что его содержимое должно быть в кратчайшие сроки доставлено товарищу Сталину, как в кабинет буквально влетел невысокий полненький мужик. Этот дядька в строгом дорогом костюме и с очками на глазах мгновенно увидел на столе мой подарок и не стал к нему даже приближаться. Вместо этого выглянул в коридор, что-то крикнул кому-то и принялся ждать.

Минут через пять в кабинете стало тесно от набежавших сюда людей, которые начали обсуждать, что с этим чемоданом делать.

В итоге конец этим дебатам положил строгий худощавый мужик, который твёрдо попросил всех покинуть помещение и, оставшись один, очень аккуратно, страхуясь всеми возможными способами, открыл чемодан и заглянул вовнутрь. Там на самом верху лежала короткая пояснительная записка, в которой я сообщил, что содержимое чемодана — это подарок Советскому Союзу от путешественника во времени.

Мужик с недоумением прочитал эту записку, и ему, видимо, её показалось мало, потому что он начал доставать содержимое чемодана. Бегло просмотрел лежащие там бумаги, покрутил в руках автомат, потом сложил всё обратно, закрыл чемодан и позвал в комнату переминающихся в коридоре товарищей.

Когда он сказал, что содержимое действительно нужно как можно быстрее доставить товарищу Сталину, я со спокойной совестью покинул кабинет, а потом и здание.

Всё от меня зависящее я сделал, теперь осталось только потратить оставшиеся деньги, грабануть два намеченных магазина, и можно возвращаться домой.

Два дня мне понадобилось, чтобы совершить всё, что я запланировал, и закончить здесь все свои дела. Старик-переводчик и ранее смотрел на меня, как на придурка, удивляясь разнообразию покупок, а к концу этого затянувшегося шопинга и вовсе уверился в моём сумасшествии. Тем не менее, он честно отработал выплаченные ему деньги и, прощаясь, со смешком пожелал мне удачи.

Мне, как вы понимаете, от его иронии было ни холодно ни жарко, поэтому, избавившись от лишнего внимания, я с вечера перегнал к нужным магазинам оба свои грузовика, благо там нашлась подходящая стоянка, где хватило места для парковки обоих автомобилей. Затем забрал из двух гостиниц все чемоданы, тоже, надо сказать, не пустые, а наполненные ювелиркой, которую я не рискнул оставлять в кузове грузовика и, устроившись в кабине одной из машин, принялся ждать ночи.

Грабёж прошёл удачно, правда с напряжением всех моих физических сил.

Магазины вскрывал ломиком, находясь в невидимости, и торопился вырубать охранников до того, как они поднимут тревогу. Больше намаялся с погрузкой. Сначала в прицеп складывал ящики, кофры, чехлы и даже шкатулки с оружием и боеприпасами, а сверху — снаряжение и одежду из туристического магазина. Брал всё и много, палатки-спальники, рюкзаки, да кучу всякого, замучаюсь перечислять. Только разной тёплой одежды, пуховиков и кожаных меховых курток, нахапал больше полусотни.

Вообще затарился на славу, как никогда раньше.

Переход в мой мир тоже прошёл буднично и ненапряжно, привычный миг невесомости — и я возле стеллы, а рядом со мной два раритетных грузовика.

Интерлюдия.

Пока наш герой развлекался добычей всего и вся, среди обывателей инопланетян ой цивилизации назревал буря.

Зрителям, настроившимся подсматривать за необычным ходоком в надежде понаблюдать за его приключениями, полными немыслимых трудностей и преодолений, вообще не нравилось, с какой лёгкостью он справляется с возложенными на него задачами.

Ещё больше им не нравилось, что он, вместо того, чтобы тратить всё свое время на спасение своей планеты, занялся обычным ничем неприкрытым грабежом.

Итогом продолжительных дебатов, развернувшихся в галасети, стало требование к администрации проекта о немедленной организации турнира среди ходоков, в котором смогут принять участие только добровольцы (так необходимо было поступить, чтобы не нарушить основополагающие законы).

Чтобы интересующий общественность ходок обратил внимание на турнир и точно принял в нём участие, главной наградой победителю решили сделать одноразовый артефакт, способный омолодить за раз любое количество людей, собранных на ограниченной площади.

Чтобы уравнять шансы всех желающих принять участие в турнире, было принято решение лишить их всех их способностей на время проведения соревнований.

Другими словами, ходоки, перенесённые, как и ранее, каждый в свой мир, должны изменить там историю, опираясь только на свои силы, без применения каких-либо способностей со стороны.

Конец интерлюдии.

Глава 14

Мне снова повезло появиться в своём мире днём. Возле стеллы в это время никого не было, только метрах в семидесяти куда-то тихонько ковыляла, опираясь на клюку, баба Нюра. Она была, что называется, человек без возраста. Сколько ей лет, она, наверное, и сама уже не помнит, но я ещё лет тридцать назад слышал, что ей больше семи десятков. Тем не менее, несмотря на возраст, она сейчас довольно бодро ковыляла куда-то по своим делам. Я, осмотревшись, решил сразу перегнать грузовики к дому.

Проезжая мимо бабули, я остановился и спросил:

— может, подвезти куда?

Баб Нюра подслеповато на меня посмотрела, потом подошла на пару шагов ближе и прошамкала беззубым ртом:

— А, это ты, что ли, Санёк? Не, никуда не надо подвозить, ты бы лучше как-нибудь заглянул к старушке, я бы тебя своим фирменным самогончиком угостила.

Когда я встретился с ней взглядом, меня аж передёрнуло от появившейся в её глазах непонятной плотоядности. Так смотрит хищник на добычу. С мыслью «да ну его нафиг» я снова поехал, ответив бабуле, что не до гостей мне нынче, времени ни на что не хватает.

По дороге, хоть ехать было всего ничего, успел подумать: «мало было озабоченных малолеток, так теперь ещё и старушки начали проявлять интерес. Только вот такого внимания мне и не хватает для полного счастья».

Дома всё было без изменений, будто я и не уходил в прошлое.