Вторая Академия (СИ) - Ольга Дмитриевна Силаева

— Твой союзник — куда худший предатель, чем тебе кажется, Фаэль. — Мой отец словно бы не заметил выплеска Рэя. — Пять лет назад он перешёл черту и совершил то, за что ты никогда его не простишь. И, как бы он ни изворачивался, однажды ты узнаешь правду — и не только про его собственную семью.

Я бросила быстрый взгляд на Рэя. Его лицо заметно побледнело.

— Я дам тебе один шанс ради дочери, Рэй. Одно-единственное предупреждение: отступись. Оставь мне мою анонимность и мою свободу. Если ты винишь меня в смерти семьи, вспомни, что это твоя собственная вина: у тебя было три года, чтобы повлиять на отца и брата, и ты не сделал ничего.

Лицо Рэя страшно исказилось.

— Ты ждал, пока мой отец захватит тело Джейена, — произнёс он низким угрожающим тоном. — Ты прибыл именно в тот момент, когда это случилось. Не отрицай.

Тишина, повисшая за этим, была такой звенящей, словно из зала разом выкачали весь воздух.

— Что ж, — медленно произнёс мой отец. — Я хотел узнать, как далеко он зайдёт, это так. Но если бы у меня была возможность…

— Врёшь, — жёстко обрубил его Рэй.

— То есть ты мне никогда не поверишь?

— А зачем? — Лицо Рэя вновь исказилось судорогой. — Ты виноват в любом случае. Если бы не было тебя, если бы Эоран не узнал о твоём секрете, не было бы и резни.

— Но это в прошлом. Перед тобой будущее, — голос призрака был спокоен и печален. — Хочешь стать таким же одержимым, как твоя семья? Потерять голову от жажды мести? Ты сам знаешь, к чему это приведёт.

Я сжала губы. Проклятье, неужели поиски бессмертия и впрямь приносят лишь горе и боль? Горе, боль, смерть… и безумие. Может быть, мой отец был прав сейчас, в эту минуту, и нам стоит оставить его в покое, дать ему жить дальше другими жизнями, зная, что теперь он будет охранять свою тайну куда тщательнее?

Но был ещё некто, натравивший на нас монстров. И, судя по лицу Рэя, сдаваться так просто мой наставник точно не собирался.

— Нет, — холодно произнёс Рэй. — Я не отступлюсь. Не могу.

— Почему? — серьёзно спросил призрак. — Ты боишься проиграть? Уверяю тебя, я не стану уважать тебя меньше. Что до Фаэль, она будет лишь тебе благодарна.

Тёмно-синее стекло едва уловимо замерцало. Я вздрогнула, представив неимоверное количество энергии, затраченное на этот разговор.

Но он был нам нужен. Всем троим. Тем более что он вполне мог оказаться прощанием. Прощанием с моим отцом, которого я никогда больше не увижу.

— Потому что ты убиваешь, — резко произнёс Рэй. — Потому что ты не остановишься. Потому что ты можешь занять чьё угодно место, даже моё.

— Может быть, он не совсем неправ, — робко произнесла я. — Рэй… он ведь мой отец.

— Всего лишь ещё одна маска, — незнакомым холодным голосом произнёс Рэй. — Маска, которую я сорву.

Призрак неожиданно расхохотался. У меня мурашки пошли по спине от этого хохота.

— Кому бы говорить о масках, как не тебе, — отсмеявшись, произнёс он. — Ты ведь уже соблазнил мою дочь, не так ли?

Глаза Рэя сузились. Я замерла.

Призрак вздохнул.

— Гриссёнок, когда он говорит о масках, он говорит о себе. Он использует тебя, чтобы подобраться ко мне, и прикрывается тобой, как щитом, — это всё, для чего ты ему нужна. Ты думаешь, что нашла его уязвимое место, заглянула за непроницаемую маску, нашла в нём человечность? Посмотри на него.

Я с трудом отвела взгляд от туманного призрака внутри статуи и посмотрела в бледное и бесстрастное лицо Рэя.

Он не отвёл взгляда. Но выражение его лица сказало мне всё, что я хотела знать.

Я внезапно поняла, почему вчера уловила чувство вины в его глазах. И почему я, неопытная девчонка, так неожиданно и так чрезвычайно удачно застала искушённого агента разведки врасплох посреди душещипательного разговора с мёртвым братом.

Он снова меня подловил. А я даже не поняла, как это случилось.

— Твой ночной разговор с Джейеном, — прошептала я. — Ты дал мне его подслушать, правда? Это всё было подстроено!

Едва заметный наклон головы.

Он мог бы всё отрицать. Но это бы ничего не изменило.

Двое самых близких мне людей. Один угрожал меня убить, чтобы я не раскрыла его тайну, а второй использовал, привязав к себе, зная, что отец не убьёт единственную дочь.

Я была нужна Рэю лишь за этим. Лишь за этим.

— Ты… ты… — Я задыхалась. — Дал мне в руки ниточку, из-за которой я поверила, что ты страдаешь, что тебе тяжело, что тебе нужна помощь, а я…

— Ты увидела всего лишь ещё одну маску, — беспощадно произнёс мой отец. — Я знаю об этом, потому что сам учил его учителя. Зеро должен был натаскать Рэя для переворота и за несколько недель обучил его так, как не смогли даже годы, проведённые при дворе. Если ты хоть на мгновение подумала, что добралась до его настоящих чувств, — поздравляю, ему удалось тебя одурачить.

— Не до конца, — прошептала я. — Всё не могло быть ложью.

— Но было. Да, ты раскусила его двойную игру, гриссёнок, — голос отца не был насмешливым, скорее, он был мягким и сочувственным. — Ты поняла, что за его бравадой скрывается ранимое и искреннее сердце, способное испытывать чувства. Вот только это была не двойная игра, а тройная. Он манипулировал тобой, а за маской пряталась ещё одна маска. Как бы ты ни пыталась его догнать, он всегда будет на шаг впереди.

«Всё, что хозяин говорит тебе, — ложь. За маской всегда скрывается ещё одна маска. И не говори, что я тебя не предупреждал».

Голем был прав. Вейра была права. А я ошибалась.

По моим щекам потекли слёзы. Я даже не пыталась их скрыть: зачем?

Но мне всё ещё нужна была информация.

— Чья это гробница? — спросила я. — Что за символы здесь были?

Холодный смешок.

— Ты же не думаешь, что я открою тебе свои тайны так просто?

— Но ты знал, что мы окажемся здесь. Как?

— Я оставил сигнальный артефакт в архиве под документами, касающимися этой гробницы. Именно так я понял, что вы направляетесь сюда. А уж ловушки стояли здесь давным-давно.

— Кто ещё знал, что мы направляемся сюда? — глухо спросила я. — Кто натравил на нас хамелеодров?

— Не скажу. Поверь, я разберусь сам.

— Разберёшься? Или попробуешь убить нас уже наверняка?

— Настоящее зло жертвует даже теми, кого любит, — прозвучал голос моего отца с грустью. — Я всегда мечтал быть ненастоящим злом: уничтожать без разбора тех, кто встанет на