Пока корабль плывет - Эмилия Остен

Таннерс непрерывно жаловался, что по десять раз на день встречаются куски суши, не нанесенные на карту. Так и заблудиться недолго. Но Мэгг ему не верила. По словам Рэнсома, «Счастливица» ходила здесь уже много раз, а сомневаться в способности команды справиться с любыми неожиданностями Мэгг даже и не собиралась. Однако в темноте капитан предпочитал бросать плавучий якорь, сбавлять паруса и ждать рассвета. Это было разумно: уже несколько раз «Счастливица» проходила в виду остовов кораблей, севших на мель.

Мэгг встала и высунулась в открытое окошко в надежде глотнуть хоть немного свежего воздуха. Бесполезно. Придется выйти на палубу. Как же хорошо, что она послушалась совета капитана и поручила Хатти переделать несколько платьев. Иначе сейчас просто расплавилась бы от жары! К тому же горничная, по просьбе Мэгг, слегка «усовершенствовала» платья, так что теперь они застегивались на груди, а не на спине. Мэгг ловко облачилась в один из этих нарядов и поднялась на палубу. Несмотря на то что капитан строго приказал в подобных случаях сразу же идти на мостик, девушка решилась слегка ослушаться. Ей не хотелось никого видеть. Даже Рэнсом сейчас окажется лишним. Особенно он.

Мэгг осторожно, стараясь держаться в темноте, пошла на нос. Она знала, что в те ночи, когда судно стоит на плавучем якоре, дежурят всего два матроса: один на носу, другой на мостике. Но на мостике вполне может оказаться Таннерс или боцман, а вот на носу будет только один матрос, можно ограничиться простым приветствием.

На палубе было лишь слегка посвежее, чем в каюте, но Мэгг стало немного лучше. Если бы еще спала жара… Девушка подошла к борту, крепко ухватилась за какую-то снасть и вгляделась в звездное небо. Чужие южные созвездия казались загадочными и даже немного пугающими. Да и сами звезды здесь были огромными, яркими и лучистыми, словно бриллианты. Роскошество тропической природы казалось Мэгг чрезмерным, иногда даже вульгарным. Все это буйство заставляло чувствовать себя песчинкой в океане мироздания, а не венцом творения. Вода тихо плескалась внизу, накатывая мелкой рябью на борт, «Счастливицу» почти не качало.

Мэгг отошла от борта и продолжила путь на нос. Выйдя на площадку, где должен был находиться матрос, она остановилась и огляделась: вахтенного нигде не было видно. Неужели и в идеальной команде капитана Сильверстайна возможны нарушения дисциплины? Или же матрос просто-напросто отправился в обход? Мэгг не особо вникала в тонкости несения корабельной службы, но отсутствие матроса ее и радовало - о, желанное одиночество! - и беспокоило. Мэгг подошла к борту, совсем уже было собралась вернуться в каюту, как вдруг почувствовала, что ее рука, лежавшая на перилах, прикоснулась к чему-то влажному и липкому. Вздрогнув, Мэгг поднесла ладонь к лицу. В слабом свете звезд и умирающей луны она увидела, что пальцы испачканы чем-то черным. Медленно и неохотно темная капля поползла вниз, пощекотала запястье и упала на доски палубы. От пальцев исходил слабый металлический запах, словно Мэгг прикоснулась к нагретому железу в теплый летний день. Девушка судорожно сглотнула. Однажды в детстве она сильно порезала руку, когда попыталась помочь на кухне доброй миссис Риттерс. Тогда пахло точно так же. И в тот раз Мэгг незамедлительно рухнула в обморок и пришла в себя лишь тогда, когда рана была уже обработана и перебинтована.

Перед глазами тут же сгустился туман, во рту пересохло, а в ушах взвыла буря. Мэгг продолжала держать руку перед собой, а ужасный запах крови, казалось, заполнил все вокруг. Стараясь не дышать и не упасть в обморок, девушка отпустила руку и осторожно сделала несколько шагов к мачте - ноги не держали. До перил казалось ближе, но ведь именно там была кровь. Несколько минут Мэгг боролась с приступами дурноты и желанием рухнуть на палубу. Но постепенно в голове прояснялось, и возник закономерный вопрос: откуда на перилах кровь? Кровь была свежей. Мэгг снова привалилась к мачте, с которой вроде бы сумела расстаться минуту назад. Свежая кровь - какая… тошнотворная мысль. Вспомнилась рана Сильверстайна, о которой он так и не сказал ни слова. Хорошо, что Мэгг не видела его крови. Неизвестно, что бы с нею сделалось. Но это было давно, а сейчас…

Тень от мачты надежно скрывала девушку от посторонних глаз, именно поэтому она и осталась в живых. На площадку на носу вышел незнакомец, обвешанный оружием. Казалось, у него не меньше десятка пистолетов и пяток-другой ножей. В лунном свете Мэгг хорошо его разглядела, тут же ужаснувшись, что может в такой момент обращать внимание на детали. Но пистолеты и ножи - это важно. Двигался незнакомец бесшумно, словно кошка, держался в тени и внимательно оглядывался по сторонам. Подойдя к борту, он свесился вниз и тихо, едва слышно свистнул. Оттуда ответили.

И тут Мэгг сделала то, чего сама от себя не ожидала. В те короткие мгновения, пока незнакомец крался через пустое пространство, девушка нашарила какую-то короткую, но тяжелую палку, стоявшую у мачты. Неосознанно она крепко ухватилась за нее двумя руками, а теперь, когда стало понятно, что намерения у незваного гостя совсем недобрые, Мэгг действовала, не задумываясь. Подняв палку так, словно это был молоток для крикета, девушка бросилась к вооруженному до зубов человеку и изо всех сил наотмашь ударила его по голове. Не издав ни звука, бандит рухнул за борт, в непроглядную тьму. Секунду спустя через фальшборт перелезли уже пятеро не менее злобных персонажей, но Мэгг этого не видела. Вопя что было сил, она мчалась на мостик. Что-то ударило в доску совсем рядом с ее головой, однако Мэгг продолжала бежать. Сообразив, что нечленораздельные вопли могут быть не поняты, она набрала побольше воздуха в грудь и закричала:

- Пираты! Тревога! Пираты!

За спиной тут же раздались злые крики на непонятном наречии. Сообразив, что их присутствие раскрыто, пираты сочли излишним сохранять молчание.

У дверей, ведущих к каютам, Мэгг столкнулась с Рэнсомом и едва не упала, но капитан подхватил ее твердой рукой. Времени на разговоры не было, поэтому Сильверстайн втолкнул Мэгг внутрь и захлопнул за ней дверь. Девушка буквально скатилась вниз по лестнице и осталась сидеть на полу, не в силах встать. Дверь в ее каюту была распахнута, и там мирно светила оставленная на произвол судьбы масляная лампа. Сочетание ровного света и того ада, что, несомненно, творился сейчас на палубе, потрясало.

Наверху грянули выстрелы. Мэгг вспомнила, что Рэнсом был немного не одет, но вооружен до зубов: два пистолета за поясом и сабля в руках. Кажется, на «Счастливице» все спят с оружием. Прогремело еще несколько беспорядочных залпов, а потом, судя по звукам, пираты ринулись в рукопашную. Мэгг надеялась, что матросы успели выбраться из кубрика на помощь капитану. То есть, если подумать логически, они выбрались, ведь не могли пираты палить в одного Рэнсома столько раз, а тот отвечать им из десятка пистолетов сразу. Прямо над головой Мэгг кто-то тяжело рухнул на палубу, посыпалась пыль. Мэгг вздрогнула и поднялась на ноги. Она не знала, что делать. Можно ли достаточно грубый толчок в спину счесть за приказ оставаться внизу? Наверное, можно. Не в силах справиться с совершенно неуместным любопытством, Мэгг сделала пару шагов и оказалась у самого основания лестницы. Именно это спасло ей жизнь во второй раз за эту ночь.