Физрук-8: назад в СССР - Валерий Александрович Гуров

ушли в песок, смешанный с илом. Да, берег оказался топким. Оглядевшись, я увидел, что местность вокруг довольно странная, будто мы переместились на поверхность другой планеты или — очутились в начале времен. Если — не в конце. Неужели так выглядит берег Нового Мира?

Кое-где, правда, торчали стебли обычной жухлой болотной травы, но большая часть берегла заросла багровой травкой с пупырчатыми листочками на коротких жестких стебельках. Такая могла бы расти где-нибудь на Марсе. Разглядывая растительность у себя под ногами, я не сразу заметил сооружение, словно выросшее из-под земли. На первый взгляд оно напоминало руины заброшенного здания, но при ближайшем рассмотрении оказалось монолитом вытянутой куполообразной формы.

Подойдя к нему, я увидел сеть трещин, которые напоминали папиллярный узор человеческих пальцев. Поодаль торчало еще несколько таких сооружений, как будто великан пытался выбраться из-под земли, высунул кончики пальцев, да так и окаменел. Я ждал, что проводник сам объяснит мне, куда мы все-таки приплыли? Севка рассеянно бродил между «пальцев», словно искал что-то или пытался вспомнить. И я решил ему не мешать. Захочет, сам все расскажет.

А вообще, следовало признать, здесь было хорошо. Тишина, солнышко пригревает. На небе ни облачка, даже птиц не видно. И в самом деле, идеальное место для того, чтобы начать новую жизнь. Если, конечно, не задумываться о практической стороне дела — что есть, где спать, как согреваться от ночного холода? Да вот только почему-то не хотелось думать о житейских проблемах. Ясно, что берег, поросший «марсианской» травой предназначен не для обживания, а для осмысления пройденного пути.

Вдруг я почувствовал движение позади себя. Я отчетливо видел, что мой проводник и ученик бродит в нескольких десятках метров впереди, значит тот, кто сзади не может быть им. Не оборачиваясь, я медленно засунул руку за пазуху и нащупал пистолетную рукоять деморализатора малого радиуса действия. Убедившись, что смогу выхватить «домру» в любой момент, не спеша начал сдвигаться к «пальцу», чтобы иметь укрытие на случай нападения. Уходя с линии атаки, я стремительно обернулся.

Шляпа с обвислыми полями, прорезиненный плащ, из-под которого видны сапоги-болотники. С виду охотник или рыбак. Правда — ни ружья, ни удочки. Да и с лицом что-то не так, уж слишком плотная тень от полей шляпы, ничего толком не разглядеть. Только белки глаз поблескивают. Я вынул руку из-за пазухи. Угрозы от незнакомца не исходило. К тому же он был настолько тощим, что если него шпалер в кармане не завалялся, я его уделаю на раз. Пусть только дернется. Однако для начала следует наладить контакт.

— Привет! — сказал я. — Рыбачишь?

— Здесь нет рыбы, — ответил он, тихим голосом то ли больного, то ли крайне уставшего человека.

— Вот и я смотрю… Ни рыбы, ни мяса…

На мою неуклюжую шутку не последовало никакой реакции. Подошел пацаненок, встал рядом со мною. Молча глядя на чужака. Как ни странно, но его присутствие придало мне бодрости.

— Ты кто? — спросил я у тощего.

— Я так называемый «тонкий человек», информационный фантом, отвечающий на вопросы.

— Нихренасе…

— У вас слишком мало времени, чтобы тратить его на невразумительные восклицания, — сказал фантом. — Если есть вопросы, задавайте их.

— Где мы?

— Это старый карьер, как и тот, который вы преодолели пешком. Заброшенная и затопленная водой выработка.

Я покосился на Перфильева-младшего, но тот и ухом не повел.

— Кое-кто обещал мне показать Новый Мир, — не удержался я от ехидного замечания.

— Это и есть образ Нового Мира, который существует внутри Старого, но в скрытом пока виде, — ответил «тонкий человек». — Ничего другого вы не увидите.

— Это правда, что пацаны… — начал было я, но счел нужным уточнить. — Мои ученики из восьмого класса только лишь личинки каких-то сверхчеловеков?

— Деление на человека и сверхчеловека эта ваша, чисто человеческая условность. Люди находятся только на самой ранней стадии своего развития. Вам не хватит слов, чтобы дать определение каждой из них. Все изменения пока еще происходят на первой ступени. А переход на вторую произойдет не раньше, чем наступит новая геологическая эпоха. Ваш мир должен будет полностью исчезнуть, чтобы уступить место Новому.

— Что произойдет? Ядерная война? Экологическая катастрофа?

— Нет. Постепенная деградация. Вырождение культуры. Вымирание человечества.

— И это никак нельзя будет остановить?

— Нет. Да и незачем. Это ведь не впервые происходит. И каждый раз новая разновидность пережидает гибель предыдущей, как гусеницы в коконе пережидают летнюю грозу в шелковых коконах.

— То есть тринадцатилетние— четырнадцатилетние мальчишки переживут исчезновение человечества, чтобы населить опустевшую Землю?

— И девочки — тоже.

— А шестьдесят человек не мало ли?

— Шестьдесят — это только в этой местности. А таких зародышей новой цивилизации будет много. И не только — из этой эпохи.

— И им придется начинать с начала? С каменного топора?

— Нет. Никогда следующая стадия не начинается с того, с того же, что и предыдущие. У новых людей новые знания и новые технологии. Они будут развиваться, покуда не достигнут пика и совершенные ошибки не потянут новую цивилизацию вниз, к деградации и гибели. И тогда снова личинки пройдут стадию окукливания, чтобы через миллионы лет распуститься прекрасными бабочками будущего.

— Миллионы лет⁈

— Конечно. Вселенная существует вечно, жизнь и разум проходят через разные стадии своего существования, в том числе и — через вымирание, но никогда не исчезают насовсем.

— Фантастика какая-то…

— Не более, чем перенос сознания из тела человека двадцать первого века в тело человека века двадцатого.

Тут мне возразить было нечего. И я лишь хмыкнул.

— Ты получил ответы на свои вопросы, — произнес «тонкий человек».

Он не спрашивал, он констатировал. И я понял, что утро вопросов и ответов завершилось. Пора было возвращаться в Старый Мир и идти на работу. А кое-кому — в школу. Пусть поднакопит знания, покуда не окуклился. Я отвлекся, чтобы посмотреть на ученика, а когда снова поднял голову, то собеседника и след простыл. Я кинулся к месту, где тот стоял, но не обнаружил на топкой почве никаких следов. Похоже, все-таки опять померещилось. Ну да ладно.

— Поплыли назад.

Мы вернулись к лодке. Обратный путь, по моим внутренним ощущениям, занял куда меньше времени. Когда туман растаял, оказалось, что затопленная часть карьера не так уж и велика. Нам хватило и десяти минут, чтобы добраться до осыпи. Перебравшись через нее и оказавшись по