Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи - Ирина Манаева

неправильным. Что за порез? Отчего у Виджена лихорадка? Вопросов много, например, где сейчас Найл?

Выбираюсь из аптеки прямо в чужие объятия. Руки в перчатках обнимают за плечи, и на меня глядят внимательные глаза эльфа. На его лице действительно шрам, довольно старый, потому что успел зарубцеваться. Косметической процедуры явно не было, в нашем мире можно было бы сшить куда аккуратнее. Здесь же, по всей видимости, стянули, как могли подручными средствами, и оттого линия неровная и довольно толстая.

- Прошу прощения, - бархатный голос обволакивает моё сознание. – Кажется, мы раньше встречались?

Он прекрасно знает, кто я, но предлагает мне первой ответить на вопрос: узнала ли я его. У меня пара секунд, чтобы принять решение. И отвечаю.

- Вы похожи на эльфа, - расплываюсь в улыбке, отстраняясь. – Я могу с уверенностью сказать это.

- Остроумно, - уголок его губ приподнимается, и делаю шаг вбок, оценивая его одежду. Заметить кровь на чёрном не всегда удастся сразу. Но с первого осмотра ничего не видно.

- Уже наслышаны о новом аптекаре? – решаю продолжить. Если Найл поранил Виджена, то отчего промолчал последний? Выходит, эльф только добрался сюда.

- Да, - согласно кивает. – Хотелось попросить настойку. Последнее время плохо сплю, - буравит от меня взглядом.

- Надеюсь, вам помогут, - ретируюсь, обходя его. – Всего доброго.

Иду, чувствуя, как спину прожигают чужие глаза, а под утро нас с Генри будит громкий стук в дверь.

Глава 56

Мои сомнения подтвердились, и, быстро умывшись, бросаюсь вон из дома, оставляя Элиану снова с орком, чтобы попытаться помочь Виджену. Лихорадка усилилась, и он мечется в бреду, пока я осматриваю его рану. Порез глубокий и неровный, если бы в руку впилось неправильной формы стекло. Кровь, как только я разматываю тряпку, принимается снова сочиться из едва успевшей соединиться кожи, а ладонь выглядит опухшей.

Если это сепсис, я бессильна. Нет возможности сделать ни один анализ или же использовать антибиотики, противомикробные средства, известные мне. Необходимую терапию или же операцию. Есть лишь руки Эдельвеи и знания, которые мне вряд ли помогут без должных препаратов.

- Пришёл эльф, - рассказывала мне Эдда, пока мы бежали по ещё тёмной улице, а на горизонте только-только показывалось солнце. – Прожигал меня взглядом, и казалось, что видит насквозь всё.

- Говори о Виджене, - важно узнать, что с ним и как, чтобы не терять время в аптеке.

- Да, - сосредотачивалась Эдда, - они говорили, и эльф просил поторопиться. Обошёл дом, размышляя, верно ли они сделали ставку. Вдруг всё же искать следует в другом месте. Как ты думаешь? – обратился ко мне, и внутри всё обомлело.

- Эдда, Виджен!

- Да, - возвращалась к разговору. – Мы занялись поисками, конечно же, желая попасть сразу за ту самую дверь, но аптека снова пришла в движение, сражаясь до последнего за право хранить секреты. Виджен чувствовал себя неважно, а вот Найл вынес дверь и спустился вниз. Он, как и многие эльфы, стихийник, маг ветра.

- Он добрался до сферы? – останавливаюсь, смотря на неё в недоумении. И что теперь?

- Наверное, я не следила, что именно он там делал, потому что аптекарь прислонился к стене, намереваясь сползти по ней вниз. Да и оставаться наедине с неприятным эльфом желания не было. Кто знает, может ему нужна была жертва. Я же не в курсе.

- Я подхватила Виджена, помогая переступать, и убедила его подняться наверх, в постель. А сама бросилась за тобой. Найла больше не видела.

Мы добираемся до аптеки и входим внутрь.

- Выходит, он сейчас может быть внизу? – прислушиваюсь, но звуков никаких не доносится до моих ушей. Ладно, с ним разберёмся потом, а пока у нас больной с лихорадкой. Следует как-то сбить температуру.

- Цветы липы, девясил, ивовая кора, ромашка, - перечисляю, когда усаживаемся у его кровати, - нам нужно хоть что-то.

Многое я выбросила из запасников, потому что пришла пора, срок годности давно закончился, и даже не могу представить, что делать дальше. Возможно, у кого-то в городе найдётся желаемое, но не стану же я бегать утром, стуча по окнам, с просьбой выдать мне хоть что-то. Или стану?

- На время ты сама справишься с болезнью, но отвары необходимы, - соглашается Эдда. – Я попытаюсь разыскать хоть что-то, да прибудет со мной сила обоняния. Только не пойму одного, - внезапно замолкает.

- Чего?

- Для чего мне это нужно?

- Потому что у тебя доброе сердце, - горько улыбаюсь, а она принюхивается и тут же сбегает. Уверена, её знаний хватит, чтобы принести что-то стоящее, тем более примерно через полчаса город проснётся.

Набираю воду, смачивая в ней тряпки, и протираю больному лоб, руки, ноги, грудь, чтобы хоть как-то сбить жар. Рану следует обработать, и я открываю саквояж, с которым приехал аптекарь. Нахожу его в одной из комнат. К моему удивлению, внутри не пусто. Сумка раздвигается на две половинки по две полочки, и я вижу целый ряд склянок с различным содержимым. Он что и правда разбирается в травах?

- Эдель, - зовёт меня Виджен, и я отвечаю, что здесь. – Там есть початый пузырёк с мерзко пахнущей жидкостью. Дайте его мне.

- Могу поинтересоваться что в нём? – вытаскиваю каждый принюхиваясь. Улавливаю мятный аромат, горечь полыни, медовый запах луговых трав. И несколько склянок пахнут, мягко говоря, не очень. Но какой из них?

- То, что поможет, - не выдаёт мне название или состав. Ну и ладно, даже если он требует яд, его право. Но что-то мне подсказывает, что всё же ему хочется излечиться.

Подношу три разных пузырька, и он выбирает с коричневым содержимым. Помогаю ему приподняться и выпить до половины, а потом он закашливается, и я тороплюсь подать воды. Видно, что горло обожгло горечью, и он жадно глотает жидкость.

- Спасибо, - смотрит на меня, а на лбу снова проступает испарина.

- Чем можно обработать рану? – интересуюсь. Наверное, он уже что-то предпринял, но стоит снова сделать новую перевязку, предварительно занявшись раной.

- Я не знаю, - качает головой.

- Но это же ваше?

Молчание становится мне ответом. Ясно, из двадцати пяти пузырьков ему известен лишь один. Решаю