Сабина изгоняет демонов - Галина Куликова

Смородинцев остро взглянул на нее и молча отступил в сторону, давая ей возможность войти. Сабина ожидала обнаружить внутри холостяцкий кошмар, но квартира оказалась практически пустой. Диван, телевизор, несколько стульев, жалкие занавески. Все говорило о том, что здесь не живут, а прячутся.

Войдя в комнату, Сабина круто развернулась, и Смородинцев, следовавший за ней по пятам, вынужден был резко остановиться.

– Вы! – сказала она обвиняющим тоном и ткнула его указательным пальцем в солнечное сплетение. – На что вы надеетесь, Смородинцев? Вы забились в эту щель и думаете переждать неприятности в безопасном месте? Но для вас не существует безопасных мест!

– Меня преследуют, – ответил Смородинцев. И неуверенно добавил: – Меня преследуют демоны.

– Каких демонов вы имеете в виду? Тех, которые убили Вадима Борисова? Вы ведь думаете, что это суккуб прикончил его? А поскольку суккуб являлся не только ему, но и вам, и Крокотову, и Ясневу, вы сидите тут, трясетесь, как студень, и гадаете, кто будет следующей жертвой?

– Да кто вы такая?! – прошептал Смородинцев, отступая от Сабины и жадно вглядываясь в ее лицо.

– Я просто человек, у которого есть здравый смысл. Я готова поделиться им с вами. Не существует никаких суккубов! Это маскарад, розыгрыш. Есть преступники, которые воспользовались вашими страхами и обратили их против вас.

Смородинцев закрыл глаза. Кажется, на его лице отразилось облегчение. Однако Сабина еще только начала свою речь.

– Настоящие демоны терзают вас больше двадцати лет, Сергей, – продолжала она. – А те муки, которые вы испытываете с февраля месяца, после вечера выпускников, лишь усилили ваши прежние страдания.

Смородинцев медленно поднял ресницы:

– Вы знаете, как действует суккуб? Мы все находимся на грани…

– Кто такие «мы все»? – жестко спросила Сабина. – Члены тайного общества?

Смородинцев сжал губы.

– Молчите? Конечно, вы молчите. Потому что нет никакого тайного общества! Вы придумали его после того, как совершили убийство. Двойное убийство. – Сабина уже выстроила собственную версию событий, поэтому говорила очень уверенно. – Да, вы действительно собирались вместе, но вовсе не для того, чтобы произносить заклинания. Если бы кто-нибудь узнал, чем вы с друзьями занимались на самом деле, возникли бы подозрения. Вы не могли этого допустить. Поэтому вами срочно были пущены слухи, заведена папка с уставом и клятвой… В школе стали шептаться о том, что вы умеете вызывать духов. «ASSIDUUM MIRABILE NON EST», – возвестила она. – Привычное не прельщает!

Смородинцев сделал шаг назад, словно не желал находиться слишком близко от обвиняющей его девушки. Грудь его начала бурно вздыматься, рот приоткрылся.

– Вы сами и ваши друзья воспитывались в благополучных семьях. Элита! Цвет школы! – продолжала между тем свою обличительную речь Сабина. – У вас было все, чего душа пожелает: развлечения, уважение учителей, внимание девочек. Вам все давалось слишком легко. Поэтому вам стало казаться, что в жизни не хватает драйва. Вам захотелось чего-то запретного, опасного. Верно? Верно, Смородинцев?!

Сабина сократила расстояние и снова приставила указательный палец к вибрирующей груди обвиняемого.

– Что это было, Сергей? Вы ведь все занимались спортом, поэтому вряд ли банально кололись.

– Таблетки, – прохрипел Смородинцев. – У Ваньки Крокотова появился канал… Ему один врач сбывал таблетки. Он объяснил, как ими пользоваться, чтобы получать кайф и не попасться.

– Какое действие оказывали эти таблетки? – спросила Сабина.

Ее прошиб пот. После того, как она обвинила Смородинцева в убийстве, он мог повести себя как угодно. Даже наброситься на нее. Это был риск, но сейчас стало ясно, что тот не собирается нападать. Он обороняется.

– Нирвана. Чудесные видения… – пробормотал он.

– Короче говоря, когда вы глотали эти таблетки, то просто валялись, как овощи, верно?

Смородинцев сел и закрыл руками лицо. Вернее, он не сел, а буквально повалился на диван. Сабина, чтобы хоть немного успокоиться, прошлась по комнате. Говорить по-прежнему приходилось ей самой.

– А потом к вашей группе примкнул Андрей Протасенко. Вы сами проявили инициативу и приняли его в свою компанию. Вернее, вы втянули его в свою компанию! Он был милым, обаятельным парнем, он нравился девчонкам, был на хорошем счету у учителей. Когда вернулся его отец, вы поняли, что теперь Андрей запросто может стать вашим конкурентом.

– Кто вам рассказал? Володька? Ванька? – вскинулся Смородинцев.

Сабина не обратила на его слова никакого внимания, продолжая свой монолог.

– Но Протасенко у вас не понравилось. И ваша компания, и ваши забавы казались ему мелкими. Его гораздо больше привлекали походы, костры, песни под гитару… А учитель физкультуры Уваров оставался для него гораздо большим авторитетом, чем вы.

Именно из-за этого возник конфликт. Вы боялись, что Андрей рано или поздно расскажет учителю о таблетках. В тот злополучный вечер вы решили предъявить Протасенко ультиматум. Или вы – или кружок туризма. Завели его на стройку, затащили на самый верх и принялись запугивать. Вы хотели сломать его, заставить подчиниться законам вашей стаи. А когда он отказался, вы столкнули его вниз.

– Это вышло случайно!

Сабина только сейчас поняла, что Смородинцев плачет. По его щекам текли слезы – слишком крупные, слишком детские, чтобы принадлежать взрослому мужчине. Вероятно, это были те слезы, которые Смородинцев не выплакал в семнадцать лет.

– Кто его столкнул? – грозно спросила она. – Кто конкретно?

Сабина боялась хоть на секунду ослабить давление, чтобы не потерять преимущество.

– Никто! Это был несчастный случай! Мы не собирались его толкать. Он стоял к нам лицом, сзади была пустота, Ванька Крокотов замахнулся, и Андрюшка сделал шаг назад… Он оступился, понимаете?!

– И тут появился учитель, – Сабина не сводила со Смородинцева глаз. Взгляд ее пылал. Нащупав истину, она загорелась, и кровь побежала по ее венам с удвоенной скоростью. – А вот учителя вы столкнули вниз уже совершенно сознательно.

Смородинцев отчаянно замотал головой, не желая слушать.

– Вероятно, Андрей понял, что вы собираетесь устроить суд. И поделился своими опасениями с Уваровым. Вы не ожидали ничего подобного. Ведь все знали, что в последнем походе они здорово поссорились и еще не помирились. Вы рассчитывали, что Андрей временно остался без покровителя. Почувствовали свою безнаказанность. Вам и в голову не приходило, что, несмотря на конфликт, Протасенко отправится к физруку и все ему расскажет. В том числе и о предстоящем «особом заседании» вашего мужского клуба.

Возможно, Уварова насторожило то, что встреча была назначена на стройке. Или он просто решил перестраховаться. Он вас не боялся. Вы были лучшими учениками школы, хорошими ребятами, которые немножко заигрались во взрослых парней. Наверное, он рассчитывал всего лишь поболтать с вами по душам. Что случилось там, на стройке, Сергей? – спросила Сабина, смягчившись.

– Вадик Борисов был пьяный. Мы поняли это, только когда он сам едва не грохнулся с высоты. Учитель появился совершенно неожиданно. Возник буквально из ниоткуда! Как раз в тот момент, когда Андрей замахал руками и полетел вниз. Уваров закричал. Подбежал к самому краю площадки, упал на колени и заглянул вниз. А Борисов… Он… Он подошел и толкнул его ногой в спину.

– Господи, – прошептала Сабина.

– Говорю вам, он был пьяный! Совершенно пьяный… А потом… – Смородинцев снова уронил лицо в ладони.

– Я знаю, что было потом. Вы стали думать, как можно избежать наказания. Перед тем как отправиться на стройку, вы заходили в кафе и видели там любовницу своего отца. В вашей светлой голове мгновенно возник план. Угрожая раскрыть ее тайну, вы заставили Белолипецкую лжесвидетельствовать. Никто и предположить не мог, что актриса, не имеющая вроде бы никакого отношения ни к вам, ни вообще к городу Перову, станет вводить следствие в заблуждение.

Поскольку вы были сынками местной знати, вас практически не допрашивали. А ваш шок легко было принять за потрясение от гибели товарища. Вы вышли сухими из воды и завязали с таблетками. Но следствие все еще шло, вы не знали, что может раскопать милиция, и решили чем-то прикрыть свое, скажем так, баловство. Если бы стало известно про таблетки, какой была бы первая версия следствия? Находясь под действием психотропных или каких-то еще препаратов, вы спихнули с высоты двух человек. Наркомания, убийство, сокрытие улик, лжесвидетельство… Нет, уж пусть лучше все думают, что вы занимались столоверчением. Вызывали духов и чертили пентаграммы. Кто-то из вас придумал название для вашего так называемого тайного общества. Вы поклялись никогда никому не говорить правды. Закончив школу, вы не поддерживали отношения, потому что после случившегося были противны друг другу.