Сабина изгоняет демонов - Галина Куликова

– В материалах есть все, что надо, – ответил Дьяков, понизив голос.

«Может быть, он опять сидит в засаде?» – подумала Сабина, а вслух спросила:

– Куда приезжать за флэшкой?

Дьяков назвал адрес молла, который обожала лучшая Сабинина подруга. В этом месте все было очень дорогим и пафосным, и не особо зажиточная Тамара ездила туда гулять и наслаждаться видами. Когда Сабина явилась в условленное место, она нашла Дьякова в мужском магазине среди скользких галстуков и коробочек со старомодными запонками. И тут же подумала, что он больше похож на шпиона, чем на человека из службы безопасности частной фирмы. Весь из себя такой неприметный, но, когда стоишь рядом с ним, возникает ощущение, будто находишься в непосредственной близости от провода высокого напряжения.

– А вам самому помощь не нужна? – спросила Сабина, поддавшись порыву. – Хотите, помогу выбрать подходящий галстук? Или сыграть роль вашей супруги, если вам вдруг понадобится прикрытие.

В тот же миг она впервые в жизни увидела, как смущаются люди из службы безопасности.

– Нет, спасибо, – пробормотал Дьяков, тесня ее к выходу. – Я справлюсь сам.

Кажется, ему хотелось побыстрее избавиться от своей собеседницы. Той ничего не оставалось, как только ретироваться.

Дома, внимательно прочитав добытые Дьяковым документы, Сабина тихо застонала. Вот зараза! Теперь для разговора с Белолипецкой ей придется выдумывать себе новую легенду. Потому что телевизионщица, какой бы шустрой она ни была, ни за что не смогла бы добыть такие сведения.

«На сотрудника спецслужб я точно не тяну, – стала прикидывать Сабина. – Придется изобретать нечто среднее. Например, явиться под видом частного сыщика. Только тут без удостоверения уж точно не обойдешься. Но просить у Дьякова фальшивые документы будет, мягко говоря, неосмотрительно».

Сабина решила, что справится сама. Она долго мучилась и собственноручно сверстала на компьютере удостоверение частного детектива с указанием номера несуществующей лицензии. Прилепив на него свою фотографию, мастерица отыскала небольшую металлическую печать, которой опечатывала сейф на своей предыдущей службе. При увольнении она ее сдать забыла, и та пылилась у нее в коробке, предназначенной для всякой ненужной мелочи. Печать оказалась подходящей – в центре звезда, а по окружности меленькими буквами текст – закрытое акционерное общество и так далее. Разведя немного чернил, Сабина, затаив дыхание, сделала на удостоверении умышленно нечеткий оттиск. Получилось отлично – печать на месте, а понять ничего невозможно. Слетав в ближайший копировальный центр, она заламинировала произведение рук своих и осталась невероятно довольна. Теперь следовало хорошенько продумать ход предстоящей беседы.

– И все-таки я не понимаю, чем могу быть вам полезна, – произнесла Наталья Белолипецкая, выразительно посмотрев на часы. – Я действительно опаздываю на съемку.

– А я у вас много времени не займу, – заверила ее Сабина, поудобнее устраиваясь в кресле и осматривая впечатляющую московскую квартиру Смородинцевых. – Буквально пара вопросов, и я уйду.

Актриса неохотно согласилась на встречу. Невзирая на довольно убогую профессиональную карьеру, она оказалась существом практически неуловимым. Когда Сабина наконец дозвонилась ей, то сначала получила решительный отказ, и лишь кое-какие туманные намеки, высказанные в процессе разговора, позволили встрече состояться.

– Столько лет прошло, – пожала худенькими плечиками актриса и стряхнула пепел в изящную золотую пепельницу. – Кому все это интересно?

Она была примитивно красива. Без огонька, без искры, без брызжущего, искрящегося обаяния, которое может поразить зрителя, взять его за жабры. Стало ясно, почему не состоялась ее карьера.

– Я же объяснила, наше агентство наняли заинтересованные в расследовании родственники, – скучным тоном сказала Сабина. – Назвать я вам их не могу, скажу лишь – эти люди не удовлетворены итогами проведенного в прошлом следствия.

– Но почему я должна что-то рассказывать частным сыщикам? – капризным тоном возмутилась актриса. – Какие у вас полномочия? Одно дело – официальные органы, другое – непонятно кто.

– Непонятно кто? Надо же, как вы безапелляционны, – прервала ее недружелюбный монолог Сабина. – К слову сказать, наши полномочия определены соответствующим законом. О частной детективной и охранной деятельности. Можете почитать, если найдете время. Пока же я хочу услышать от вас, почему вы решили, что это был несчастный случай?

– А что же еще, по-вашему? – возмутилась Белолипецкая, нервно потушив сигарету.

– Например, убийство.

– Здрасьте! – язвительно усмехнулась та. – С чего это вы взяли?

– Я только предположила. Вы же свидетель. Кстати, как известно из мировой судебной практики, свидетели нередко ошибаются.

– Знаете, девушка, мне ваш тон не очень нравится, – вдруг резко заявила Белолипецкая. – Пожалуй, позвоню своему адвокату и поинтересуюсь, что я могу с вами обсуждать, а что не могу.

Сабина почувствовала, что разговор, на который она возлагала определенные надежды, может закончиться, даже не начавшись. Да, простого человеческого контакта не получилось. Пора было вводить в бой тяжелую артиллерию.

– Лучше вам не звонить адвокату, – посоветовала Сабина и не удержалась от сентенции: – Это жизнь, а не очередной ваш сериал. Вы даже меня до конца не выслушали. Думаю, когда я закончу, вам совершенно не захочется никуда звонить.

Сабина надеялась, в момент произнесения блистательной тирады ее голос был столь же тверд и выразителен, как у киногероев, которые вбивают последний гвоздь в крышку гроба своего врага.

– Вы меня пугать вздумали? – усмехнулась актриса. – Вот это новости! Вы хоть представляете, с кем связались? Знаете, кто мой муж?

– Разумеется, – заверила ее Сабина. – О нем, кстати, я тоже хотела с вами поговорить. Точнее, поинтересоваться аспектами вашего с ним знакомства. Но в данный момент, учитывая ваше нерабочее настроение, я бы предпочла, чисто факультативно, чтобы разрядить обстановку, побеседовать о вашем первом муже. Вернее, об обстоятельствах его смерти.

– При чем тут… Да вы что себе позволяете? – воскликнула актриса, но голос ее сорвался на самой высокой ноте.

– Да вы не волнуйтесь так, – невозмутимо сказала Сабина, восхищаясь собственным хладнокровием. Она и подумать не могла, что столь легко войдет в роль завзятой шантажистки. – Я просто хочу напомнить, что свидетель из вас, вообще-то говоря, неважный. Давая показания по делу о самоубийстве вашего первого супруга, вы как-то подзабыли о его предсмертной записке. А ведь в ней, если не ошибаюсь, было сказано, что виновники его смерти – жена и ее любовник. Довели бедного мужика до самоубийства.

– Вы лжете, – яростно прошептала Белолипецкая, с ненавистью глядя на Сабину. – Не было никакой записки!

– Была, только вы ее уничтожили. Однако муж ваш тогдашний, старой закалки чиновник, да к тому же сотрудник МИДа, еще и в органы письмишко накатал. С объяснением своего поступка. Вы попытались выкупить это вещественное доказательство, но следователь хитрый попался – дело за взятку прикрыл, а письмишко не уничтожил, как обещал. Сохранил. Мало ли? Ведь любовник, о котором там шла речь, уже тогда занимал немалый пост, а сейчас… Впрочем, теперь господин Смородинцев уже не любовник, а официальный муж. Представляете, какой будет скандал, если вся эта неприглядная история неожиданно всплывет?

Сабина смотрела на Белолипецкую в упор. Благодаря Дьякову и его досье она чувствовала себя сильной. Какая все-таки важная вещь – достоверная информация! Если ты владеешь фактами, владеешь ситуацией.

– Не пугайте меня, ничего не будет. Сроки давности прошли, доказать в таких делах ничего нельзя, – сказала Белолипецкая ломким высоким голосом. – Никто его не доводил до самоубийства.

– Конечно. Но ведь уничтожение улик – уголовное преступление.

– А вы докажите!

– Думаю, это возможно. Кроме того, была еще странная история с пропажей картины Веласкеса. Помните? Господин Смородинцев, кажется, посчитал, что это месть. Подозревал, что расплачивается за роман с вами.

– Не докажете! – Голос Белолипецкой стал похож на писк. Сабина подумала, что еще немного, и он сделается похожим на комариный писк.

– Докажем, если потребуется, – вздохнула она. – Сроки, может, и вышли, но свидетелей найти можно. И тогда грандиозный скандал я вам гарантирую. Вероятно, со снятием нынешнего супруга с его ответственной должности. Да и от вас, согласитесь, режиссеры могут отвернуться. Не говоря уже о зрителях. Конец карьере!

– Что вы хотите? – спросила Белолипецкая, сжав подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев. Кажется, она даже задрожала.

– Правды.

– Вы думаете, я обманула следователя?