Цена принцессы - Лана Ежова

Совесть напомнила, что я не имею права ревновать.

И я сделала глубокий вдох и неторопливый выдох.

– Кьяра, вам плохо? – вмиг среагировал Холгер.

Угрюмое настроение толкнуло на дерзкий и вредный поступок.

– Немного, из-за жары, – заявила я, хотя после грозы погода была замечательной и духота еще не успела вернуться. – Милочка, когда будете нести морс его светлости, занесите и мне кувшинчик.

– Конечно, госпожа, – сквозь зубы процедила подавальщица, мстительно поскупившись на обращение «эрдесса», тем самым понизив меня в сословии. Хотя логически было предположить, что я родственница или хорошая знакомая герцога, а значит, тоже аристократка. – Обязательно занесу.

Моя торжествующая улыбка быстро сникла, ведь теперь я буду знать точное время, когда состоится свидание Кайрона.

Эта мысль не давала мне покоя. Принимая ванну и выбирая зачем-то платье вместо ночной сорочки, я думала о том, что скоро он будет целовать другую женщину.

Ревность, темная и колючая, распирала изнутри. Я понимала, что у него были любовницы до нашей ночи и после нее, когда расстались благодаря интригам одной принципиальной старухи. Но все это было где-то далеко. Сейчас ситуация иная – Кай будет ласкать другую в соседней комнате. И, вероятно, я буду слышать ее стоны наслаждения. Они будут заниматься любовью через стену от меня!

У-у-у!..

Лишь прокусив губу до крови, чуть успокоилась и смогла нормально обдумать ситуацию.

Мужчина не мой. Я сама завтра уже буду принадлежать другому. Да и не любит меня Кайрон, иначе не отступился бы просто так два года назад. Хотя… Я не знаю, что ему написала Глая от моего имени. Может, там такие оскорбления, что страсть любого мужчины погаснет. Так, я снова позволяю надежде раскрыть крылья. А зачем? Если желаемого никогда не получу? Кайрон, даже если бы любил, проклят, подчинен чародею и потому не должен стать полноправным королем. Нет, надежда сейчас совсем не к месту, она причиняет одну только боль.

Пора посмотреть правде в глаза: Децем Тенебриш выиграл. Выиграл, если не придумаю, как сделать, чтобы он не получил мою девственность.

Впрочем, тут все просто. Выход есть.

Вот только это большое унижение в первую очередь для меня. Чтобы Тенебриш не стал истинным правителем Мизгира, мне придется забыть о своих принципах, поступить бесстыдно и безнравственно.

Приняв решение, испытала облегчение. Моя ревность сменилась предвкушением.

Чтобы все получилось, начала с тщательного продумывания плана, ведь забыв что-то, легко испортить хороший замысел.

В первую очередь выковыряла дрожащими руками сапфир из кольца от гнуса, которое было амулетом благодаря заклинанию, наложенному на драгоценный камень. Золото – всего лишь дорогой металл, и он может пойти на оплату, когда нет денег.

А денег у меня не было, лишь три артефакта – целительский, поисковик и от всевозможных паразитов и змей, и роскошный гардероб принцессы. Но расплачиваться платьями? Нет, подавальщица может отказаться, тогда как золото ослепляет.

Я спешила, чтобы решимость не испарилась под давлением страха и сомнения.

Когда в дверь постучали, я накинула легкий плащ, чтобы капюшон скрыл мои необычного цвета волосы. Не хочу, чтобы девица, узнав меня, всем растрепала, кто остановился на постоялом дворе и предложил ей пикантную сделку.

Отодвинув засов, открыла дверь. Легионер, помнивший, что я здесь инкогнито, замялся и пробурчал тихо:

– К вам пришли, эрдесса. Подавальщица с морсом. Пропустить?

– Пусть войдет. – Я отступила к окну.

Грудастая красавица вошла, покачивая бедрами, с двумя глиняными кувшинами в руках.

– Ваш напиток, эрдесса.

Забавно, что обращение она сменила. Интересно, что повлияло? Отсутствие свидетеля – герцога Холгера, которого хотела заинтриговать своей дерзостью? Или то, что так ко мне обратился страж?

– Спасибо. – И уже терпеливо ждущему вояке: – Закройте, пожалуйста, дверь.

Он кивнул и вышел, девушка напряглась, теряясь в догадках, чего от нее хочу.

Я не стала ее долго мучить неведеньем, сразу перешла к цели:

– Хочу кое-что предложить. Как к вам обращаться?

– Зари, – представилась настороженная подавальщица. – Чего вы хотите, эрдесса?

Решительная девочка. Отлично, я тоже терпением не отличалась.

Чувствуя себя последней стервой, с улыбкой ответила:

– Зари, я покупаю у вас кувшин ягодного морса для герцога Холгера. – И протянула ей кольцо без камня.

Машинально она его взяла, посмотрела тупо несколько мгновений… и протянула обратно.

– Нет.

Я изумилась:

– Что не так? Оплата более чем щедрая.

– Нет.

– Отказ не принимается. – Моя бравада таяла.

Ну, не умею я вести себя так, как будто все вокруг черви и только я разумный человек. Но давить на девчонку придется – мой план рухнет, если она пойдет к Холгеру.

– Простите, эрдесса, я пойду, герцог заждался. – Она торопливо положила кольцо на ближайший стул и попятилась назад, глядя на меня, как на готовую атаковать змею.

– Стоять! – строго произнесла я, решив пойти на крайние меры. Сбросив плащ, осталась в вышитом золотыми нитями синем платье. Кулон ярко сверкал в свете маглампы. – Я приказываю взять золото и спуститься вниз, не заглядывая в комнату герцога!

Внезапно девушка рухнула на колени. Поставив кувшин для герцога рядом, заломила руки:

– Ваше высочество, не могу! Я служу вашему телохранителю и не смею завалить задание.

Я опешила, потеряв дар речи. Она от Мака? А он при чем здесь?

– Что за задание? Отвечай, Зари! – приказала и активировала кулон, уколов палец, чтобы артефакт испил крови. Капелька ментального принуждения, которое порой необходимо, когда попадается упрямый или боязливый пациент.

– Морс для герцога и солдат – со снотворным, только для вас чистый. Когда они уснут, Мак с ребятами придут за вами, чтобы спасти.

– Спасибо за ответ, поспи теперь.

Зари мягко упала на пол и тотчас засопела. Чары сна применять мне удавалось все легче и легче, вот что значит практика.

Это происшествие меня немного взбодрило. И я решилась на то, с чем тянула до последнего.

Задвинув засов на двери, легла на кровать. Опустив на живот целительский артефакт, провела диагностику, а затем обезболила место, где собралась поковыряться ножом.

На всякий случай я решила достать и фидем. Вроде бы он выполнял одну конкретную функцию – служил опознавательным знаком для Сторожевых Столбов, но лучше перестраховаться и предусмотреть все.

Находился розовый бриллиант неглубоко. Вынув его, за считаные минуты заживила рану артефактом. Полотенцем вытерла кровь. На ягодице не осталось и следа, только немного зудело там, где выросла новая кожа.

Платье пришлось сменить. Настроение было боевым, и новый наряд я выбрала иссиня-черный, украшенный серебряным шитьем.

М-да, чего только не сделаешь для родной страны…

Следующим шагом стало временное избавление от артефактов – их пришлось спрятать под подушкой. С бесценными предметами так не поступают, но что поделать…

Вновь набросив плащ, вышла в коридор, не забыв прихватить кувшин для герцога. Почему тот, что со снотворным? Страшно мне. Страшно, что задаст вопрос, на который я не захочу ответить.

Выйдя в коридор, позвала десятника Ларка.

– Подавальщица принесла вам морс?

– Да. – Он недоуменно оглянулся на кувшин, стоящий у стены.

– Много выпили?

– Да сколько там его было? По несколько глотков каждому.

– Он со снотворным. Предполагалось, что я сбегу этой ночью, поэтому смените караульных на тех, кто не пил напиток Зари. Саму девушку где-нибудь незаметно спрячьте на этаже, чтобы ее сообщники не всполошились.

Блондин с выбритыми висками посмотрел на меня с одобрением:

– Будет исполнено, ваше высочество!

– Герцога предупрежу сама. – Поймав взгляд десятника, брошенный им на кувшин, улыбнулась: – Морс для меня был без добавок.

Если есть у него хотя бы простенький амулет, определяющий ложь, он подтвердит, что я сказала правду. А то, что мой кувшин остался в комнате, дело другое.

Предупредив легионеров о сорвавшейся попытке похищения, тотчас о них забыла, когда подошла к двери комнаты Кайрона. Застыла.

Всего несколько шагов отделяют меня от судьбоносного поступка. Что обычно думают в такие моменты? Не знаю – я предпочла действовать, чтобы не отступить.

На мой громкий стук ответили сразу:

– Войдите.

Смело влетев в комнату, сразу задвинула тяжелый засов на двери. Обернулась – и окаменела.

Кайрон стоял без рубашки, в одних черных штанах, босиком. И смотрел в окно.

Вид его обнаженной широкой спины зачаровывал. Мускулистая, гладкая, загорелая. Несколько бледных шрамов добавляли мрачной романтики. Именно таким – хорошо сложенным и могучим – я представляла себе истинного героя, когда зачитывалась книгами Габриэля Араса Мартеза.