В теле дрища в военной школе аристо 2 - Андрей Борзов

единой секунды. Не было никаких сожалений, я пронёсся вперёд, словно нож через масло, оставляя за собой неподвижные тела.

Последний оставшийся охранник вскинул руки и зажмурился. Его трясло:

— Я-я новенький, только сегодня заступил, не убивайте.

— Как завести флайер Бальтазара? — спросил я.

Парень приоткрыл один глаз.

— У техников есть карта допуска для обслуживания, — неуверенно произнёс он.

Я помрачнел: так я никуда не улечу.

— И код экстренного допуска, — пролепетал охранник.

— А ты откуда знаешь? — заподозрил я неладное, хотя в его эмоциях не было желания предать, лишь надежда выпутаться живым.

— У меня брат техник, сюда и устроил.

Две минуты спустя я покинул одно из зданий псикорпуса прямо через центральный вход. Кровь стекала с меня, оставляя следы на асфальте.

Флайер Бальтазара — восьмисотый барин — отливал серым. Парил над землёй, впечатляя хищными линиями корпуса и разрекламированными скоростными характеристиками.

— Голосовое принятие команды, — произнёс я и зачитал двенадцатизначный код доступа на обслуживание.

Прекрасный в своём скоростном совершенстве флайер спустился. Я забрался внутрь через открывшуюся вверх дверь, плюхнулся на центральное кресло пилота, быстро оттарабанил коды перехода на управление пилотом-техником. Бальтазар не позволял отслеживать свои передвижения, и это играло мне на руку.

— Лети как можно дальше, — скомандовал я. — На максимальной скорости.

Меня вдавило в сидение, но эта тяжесть была приятной. Даже под ускорением я ощущал лёгкость свободы. Я уносился прочь от псикорпуса и столицы, не зная даже пункта назначения, и мне было так хорошо.

Не надо больше бояться, что во мне разоблачат дикого мага. Не надо притворяться, лавировать между интересами союзников, кланов и своими. Девчонок жаль, буду по ним скучать, и по Наталье. И по костюму. Ещё меня интересовало, что с Витором?

Но как же хорошо! Я прикрыл глаза. А о том, что делать со своей резко изменившейся жизнью, я подумаю позже.

Глава 30

Первое, что я увидел по пробуждении — глаза. Большие чёрные глаза на бело-золотистом фоне. А ещё чёрный треугольник носа и мощный оскал в окантовке тёмных губ.

На меня смотрел белый медведь. Я шарахнулся назад и вдавился в пилотское сидение.

Медвежьи зубы клацнули у стекла, покрывая его белёсой плёнкой конденсата, огромная лапища поскреблась по флайеру.

Это что, северный полюс? Убедившись, что медведь не проломит стекло, я отклонился в сторону, чтобы оглядеть пейзаж за его спиной: бескрайние снега золотились в солнечном свете.

— Автопило-от, ты зачем меня сюда притащил? — задался я резонным вопросом.

— Это самая дальняя точка в памяти автопилота, — отозвался флайер.

То есть Бальтазар у нас любитель посмотреть на белых мишек в естественной среде обитания. Я потёр губы. Его крови на них не осталось, но мне показалось довольно символичным, что он, любитель понаблюдать за хищниками, погиб в такой почти звериной драке.

Потянувшись, проверил бардачок: какие-то счета, спецпропуск, даже пистолет. перебравшись на задние сидения, заглянул в бар: вино, соки, газировка, шоколадные конфеты, орешки, питательные батончики. И в холодильнике сыры и немного фруктов. Жить можно, хотя сухпаёк был бы практичнее.

Пересчитав запасы и проверив ресурсы флайера, я сообразил, что могу просидеть здесь неделю. Думаю, этого времени достаточно, чтобы самые интенсивные поиски закончились, перейдя в более ленивую фазу.

Решено, я остаюсь!

* * *

На севере оказалось очень даже неплохо! Если не считать выходы в туалет в сугроб к мишкам. Перепарковав флайер чуть подальше от маршрута Бальтазара, я всю неделю отсыпался, периодически просматривая новости о поиске организаторов взрывов и себя любимого — ужасного убийцы всего такого замечательного Бальтазара. Искали меня усиленно, перетряхивая и школьных знакомых, и Тумановых. Припомнили все мои страшные клички, напилили роликов со сценами избиений на арене и даже побега крыс. Взяли множество интервью, раскрывающих мою порочную натуру дикого мага. Но приятно было, что Наталья, глава рода, Тошайо, Анастасия Туманова, генерал Екатерина Громова при попытке взять у них интервью обошлись сухими «без комментариев» вместо поддержания моего образа как беспредельно жестокого психа.

Я не мог к ним вернуться, но был рад узнать, что в пропаганде они не участвуют.

Будь у меня возможность подзарядить флайер и пополнить запасы, я бы остался в этих спокойных снегах на месяц-другой, но ресурсы заканчивались, и мне просто пришлось отсюда улететь.

Мне нужны были деньги, оружие, убежище. И я знал только один относительно безопасный способ заработать.

* * *

Бойцы клана теней напряжённо следили за флайером Глеба. Они следовали за ним от псикорпуса, опасаясь выдавать своё присутствие: он мог улететь или устроить жаркий бой, который привлечёт внимание патрулей. Да просто у него мог быть хвост.

И теперь они с опаской ждали финальной стадии их части операции — выхода на контакт.

Наконец, Глеб стал снижаться над лесом.

— Может, он нас заметил?

— Не каркай!

В напряжённом молчании они наблюдали, как он маскировал флайер, и хотя они были тенями среднего ранга, ни один из них не хотел выходить к этому человеку с требованием следовать за ними. Новостным каналам с их хорошо подобранными зверствами «преступника» они не верили, вот только убийство Бальтазара, легендарного мага разума, говорило больше, чем избиение какого-то там медведя восьмого ранга.

Бальтазар был в списке как один из самых опасных объектов ликвидации, для его уничтожения готовили отдельную команду, а теперь им надо доставить на базу человека, который уничтожил его в одиночку, и не где-нибудь в пути, вдали от поддержки военных, а в его собственной берлоге — в здании псикорпуса.

— Может, мы подальше высадимся? — предложил младший.

— Мы должны сразу блокировать ему доступ к флайеру.

— А если он нам даже слова сказать не даст?

— Мы тени, уж минуту как-нибудь продержимся.

— Готовность один, — предупредил пилот, крайне довольный тем, что останется в воздухе. Он решил подбодрить команду, с которой неделю сидел в снегах и страховал на выходе в туалет к медведям. — Просто будьте повежливее, ребята. Вежливость города берёт.

— А не смелость? — уточнил один из теней.

Их флайер завис над забросанным ветками флайером Бальтазара.

* * *

Флайер я приземлил в лесу. Решил дерзко пограбить использовавшуюся школой ярославскую животноводческую зону на кабанчиков и их кристаллы жизни: в нынешней обстановке никого сюда на охоту не пригонят, а камни можно будет в любой трущобе разменять. С моими способностями проникнуть в небольшой город и найти перекупщиков будет не сложно.

Забросав полностью обесточенный для надёжности флайер ветками, я спрыгнул на снег. Было не очень удобно, но мне показалось, что здесь власти меня точно искать не станут: кто же догадается, что я тут себе практику устрою?

Но стоило мне пройти три десятка метров к краю леса, как я понял, что кто-то всё же догадался меня здесь ловить.