На диких берегах - Лорен Ольга

– Спасибо за информацию, но меня не особо интересуют зрелища подобного рода, – призналась Бонни и тут же оказалась поставленной перед фактом:

– А тут выбора не дается. Правитель призывает быть всем. Его лучше не злить.

«Теперь я понимаю, почему…» – подумала Бонни. Был подан звуковой сигнал, и Айрин подтолкнула Морган к выходу.

– Бежим! Наша лодка внизу уже ждёт!

Через несколько минут Айрин тянула за собой Бонни сквозь многочисленных зрителей, собравшихся у арены.

– Вон там я вижу свободные места. Идём!

Рассматривая зрителей на трибунах, Бонни стала искать взглядом Паркера. По старой привычке она чувствовала острое желание поделиться с Николасом последними событиями, а заодно и разузнать у него про дела в научном дистрикте. «Так, что-то не вижу Ника… Где же он?» – хмурилась Бонни. С арены доносились крики и скрежет металла.

– Ну вот, мы опоздали! Бои уже начались! – с досадой произнесла Айрин.

Бонни с ужасом взглянула на арену, где вовсю кипел бой. Одетые в сверкающие латы, там бились на мечах двое мужчин. Один был заметно крупнее и здоровее другого, который выглядел совсем тщедушным и хилым. Второй заведомо был обречён.

– Давай же, Сэм! – кричали с трибуны зрители, поддерживающие выигрывающего гладиатора. – Ещё немного усилий, и ты перейдёшь в следующий раунд!

Наконец Айрин и Бонни устроились на свободных местах, которые оказались прямо напротив ложи правителя. Заметив это, Бонни заёрзала на скамейке.

– Айрин, мне тут что-то не по себе…

– Ты чего? Тут же все наши, – отозвалась Айрин. – Расслабься и наслаждайся атмосферой. Эй, Эмброуз, мы много пропустили?

– Совсем нет. Вот Сэм выбил меч у того малого! Хах! Начинается самое интересное! – с азартом ответил Эмброуз.

– Сэм – это тот здоровяк, – указала на него пальцем Айрин. – Работал раньше на кухне, классно готовил и…

– Да, поваром он был хорошим, но его застали за воровством мяса, – перебил Эмброуз. – Так что теперь он гладиатор, и сегодня решится его судьба.

Зрители вдруг повставали со своих мест, и Бонни услышала знакомый звучный голос распорядителя, который обращался ко всем в громкоговоритель:

– Победителем боя объявляется Сэм Мюррей! Жак Луи пал смертью слабых!

– Есть! Сэм переходит в следующий раунд! – завизжала от радости Айрин, в то время как распорядитель громко прокричал:

– Расчистить арену от падали! А Сэм Мюррей продолжает сражаться до последнего вздоха! Итак, встречаем нашего нового героя – Чинь Чу!

С азартом уставившись на арену, Эмброуз потёр руками.

– Ух, этот запах смерти в воздухе! Он как ничто другое заставляет ещё больше любить жизнь!

– Неужели все гладиаторы бьются насмерть? – забеспокоилась Бонни.

– Конечно! В этом и суть боёв! Побеждает тот, кто останется живым в самом конце! – прокричала Айрин. – Смотри, Бонни! Как тебе новый противник Сэма?! Вот это мышцы…

«О нет! Я не хочу на это смотреть!» – Морган опустила взгляд, рассматривая камни под ногами. Бой шёл за боем. Время от времени Бонни продолжала искать глазами Ника, чтобы отвлечь своё внимание от происходящего на арене.

– Ваши ставки, девочки, кто из них дойдёт до финала, а кого похоронят уже сегодня? – накалял атмосферу Эмброуз.

– Лучше скажи, Эмброуз, когда этот кошмар закончится? – осведомилась у стражника Морган, на что он ответил, не задумываясь:

– Очевидно, тогда, когда закончатся противники для этого верзилы.

– Согласна. Это же сам Дэвис Грэм, бывший борец сумо! Ему нет равных! – встав на ноги и приветствуя нового гладиатора аплодисментами, ответила Айрин.

– Да победит сильнейший! – прокричал мощный качок Дэвис, нанеся сокрушительный удар противнику и пнув его обездвиженное окровавленное тело ногой в доказательство того, что тот мёртв.

Распорядитель выскочил на арену, подошёл к поверженному и проверил пульс.

– Победа за тобой, Дэвис. Бросьте это тело к остальным!

Публика взорвалась ликующим свистом и аплодисментами. Между тем Дэвис поднял руки вверх, скрестив ладони, и встал на колени:

– Я осмелюсь теперь обратиться к Вам, Повелитель! Простите ли Вы мне мою дерзость и позволите просить прощения за мою вину перед Вами?

– Поделись тяжестью своей вины со всеми, подчинённый, – снисходительно отозвался правитель, и гладиатор продолжил:

– Я признаю, что был не прав в попытке бежать из Гринстоуна и противиться своему назначению. Я прошу Вашей милости, мой Повелитель, преклоняясь перед Вами и всем Гринстоуном! Позвольте мне вернуться в город и жить прежней жизнью. Я молю Вас вернуть мне назначенную Вами должность кузнеца, быть мастером своего дела и продолжать служить Вам и жителям острова Итафен верой и правдой отныне и до конца моих дней.

Зрители одобрительно загудели и повскакивали со своих мест.

– Мы за тебя, Дэвис!

– Дайте ему шанс, Правитель! Он выиграл бой! Он заслужил прощение!

Альвис поднялся и успокоил публику одним взмахом руки.

– Я отклоняю твою просьбу, Дэвис.

Дэвис тяжело вздохнул, и его горящий до этого взгляд потускнел.

– Был уговор дать шанс на милость лишь тому, кто станет лучшим из лучших, – властно произнёс Альвис. – Я обещал помиловать лишь того, кто победит всех противников, одерживая победу за победой.

– Но ведь я победил всех. Я один устоял перед смертью, – смело проговорил Дэвис, и огонёк надежды снова вспыхнул в его глазах.

Альвис громко рассмеялся:

– Ха-ха-ха. А вот и нет, Дэвис. Тебя ждёт ещё один бой. С предателем, чьё имя мне даже не хочется произносить. Объяви его, Вивиан!

– Повелитель оставил самого выносливого гладиатора для тебя, Дэвис. Цени его щедрость и милосердие, – прокричала советница. – Выведите на арену шотландца!

Под гул толпы на арену вышел высокий широкоплечий мужчина. Что-то звериное было в его образе, и весь его вид был устрашающе-грозным. Его суровое лицо, с многочисленными ссадинами и синяками, было покрыто густой многодневной щетиной. Длинные взъерошенные волосы будто гривой окаймляли его могучие, гордо расправленные плечи. Несмотря на отталкивающую внешность, Бонни не могла отвести от него взгляд. Когда гладиатор поднял меч и с криком ринулся в бой, полуденное солнце озарило его лицо. Морган вгляделась в его черты, и у неё защемило сердце. «Дилан?! Дилан! Это точно он!»

Глава 3

В борьбе за жизнь и за свободу

Распорядитель прокричал имя шотландца: «Это Дилан Гамильтон! Самый отчаянный и самый отверженный из гладиаторов!» Узнав, кто перед ними, публика разделилась на две противостоящие стороны. Под скрежет клинков на арене одни зрители поддерживали Дэвиса, другие болели за Дилана.

– Дэвис! Давай! Покажи этому выскочке!

– Дилан! Уделай его!

– Давай, Дилан Гамильтон! Ты обязательно победишь! – поднявшись со своего места, прокричала Бонни. – Берегись!

В этот момент Дилан увернулся от удара противника и отскочил назад. Под бурную реакцию публики, Дэвис наступал, сокращая дистанцию между ним и Диланом.

– Ты труп, шотландец! – проревел Дэвис.

Не давая противнику перехватить инициативу, Дилан устремился в атаку. Клинки заскрежетали с новой силой и засверкали на солнце. Казалось, что бой будет длиться вечно. Оба гладиатора были в безупречной форме и умело орудовали мечом. В очередной раз отбиваясь и отходя назад, Дилан отразил мощный удар.

– Есть, так держать! – прокричала Бонни, но внезапно шотландец потерял равновесие и упал на спину. – О нет!

– Вижу, ты тоже вошла в азарт, – заметил реакцию Бонни Эмброуз. – Я же говорил, тут будет интересно!