Большие тайны маленького отеля - Нора Робертс

—Ты в первый раз посмотрела на меня так, что я почти проглотил язык.

Черити не отводила взгляда от Романа. Даже при свечах они были цвета утра.

— И как это?

— Будто точно знаешь, о чем именно я думал. И о чем просто не желал думать. Чего именно хотел, а чего пытался не желать. Ты ужасно напугала меня.

— Правда? — лениво улыбнулась Черити.

— Ты вносишь в мою жизнь так много перемен. — Роман взял обе ее руки, жалея первый раз, что не умеет говорить красивых слов. — Каждый раз, когда ты входишь в комнату… Все становится другим.

Он отпустил бы ее руки, но теперь Черити держала его.

—Я схожу по тебе с ума. Если бы я от правилась на поиски того, с кем хочу раз делить жизнь, дом и мечты, это был бы ты.

Черити увидела в его глазах тень беспокойства, но прогнала эту мысль. Сегодня в их жизни нет места для волнения. С быстрой, обольстительной улыбкой она легонько покусала его пальцы.

— Знаешь, чего я хочу?

— Еще кусочек пирога?

— Кроме этого. — Глаза Черити задорно смотрели на него. — Я хотела бы провести ночь, занимаясь с тобой любовью. Пить вино и слушать музыку.

Черити могла улыбкой и взглядом соблазнить его куда быстрей, нежели картина черного кружева или белого шелка.

—Что бы ты хотела сделать сначала?

Черити вновь засмеялась. Ей было приятно видеть Романа таким расслабленным и счастливым.

— На самом деле я хотела с тобой кое о чем поговорить.

— Я уже говорил тебе… Я надену костюм, но никакого смокинга.

— Я не об этом. — Черити улыбнулась и кончиком пальца провела по тыльной стороне его ладони. — Хотя мне кажется, ты превосходно выглядел бы в смокинге. Но костюм более подходит для неофициальной церемонии в саду. Я хотела бы поговорить с тобой о том, что будет после свадьбы.

—  Послесвадебные планы могут служить предметом для обсуждения. Я вот собираюсь заниматься с тобой любовью последующие за церемонией двадцать четыре часа.

—  О, вот, значит, как. — Будто размышляя над его словами, Черити глотнула вина. — Пожалуй, смогу смириться с этим. Я бы хотела обсудить более отдаленные планы. Это то, о чем недавно сказал мне Блок.

—  Блок? — Сразу же на поверхность вырвалась тревога, которая затем сконцентрировалась в основании его шеи.

—  Случайное замечание, но оно заставило меня задуматься. — Черити повела плечами в быстром, беспокойном жесте, затем вновь успокоилась. — Я упомянула, что мы женимся, и он выразил надежду, что ты не увезешь меня. И мне внезапно пришло на ум, что ты, вероятно, не захочешь провести всю жизнь здесь, в Оркасе.

—  Это все? — Роман позволил напряжению потихоньку покинуть его тело.

—  Это не так уж и мало. Я, конечно, уверена, что мы сможем разобраться с этим, но ты, возможно, не захочешь провести жизнь… В своего рода публичном месте, с людьми, которые приходят и уходят, и с преградами, и… — Черити заставила себя замолчать, зная, что много и сбивчиво говорит, когда нервничает. — Мне необходимо знать твое мнение. Как ты относишься к жизни здесь, в гостинице.

— А как ты относишься к этому?

— Теперь дело не только во мне. Сейчас необходимо принимать в расчет, что чувствуем мы оба.

Романа удивило, как легко Черити может коснуться его сердца. И он полагал, что так будет всегда.

— Я очень долго нигде не чувствовал себя дома. А здесь с тобой у меня именно такое ощущение.

— Ты устал? — Черити улыбнулась и переплела их пальцы.

— Нет.

— Хорошо. — Она поднялась и взяла вино. — Позволь мне найти ключи.

— Ключи от чего?

— От фургона, — ответила Черити и прошла в соседнюю комнату.

— Мы куда-то поедем?

— Я знаю лучшее место на острове, откуда можно наблюдать рассвет. — Черити вернулась с пледом и ключами. — Хочешь вместе со мной посмотреть, как взойдет солнце, Роман?

— На тебе один халат.

— Конечно. Сейчас почти два часа ночи. Не забудь вино, — усмехнулась Черити, открыла дверь и стала осторожно спускаться по лестнице. — Давай попробуем никого не разбудить. — Она слегка вздрогнула, ступив на дорожку, покрытую гравием, голыми ногами.

С приглушенным рычанием Роман поднял ее на руки.

—  Мой герой, — пробормотала Черити.

—  Конечно. — Он опустил ее на водительское сиденье в фургоне. — Куда мы едем, малыш?

—  На пляж. — Черити отбросила волосы за спину, заводя двигатель. Из колонок послышалась симфоническая музыка. — Я всегда включаю слишком громко, когда еду одна. — Она повернулась и виновато посмотрела на гостиницу: здание оставалось темным и тихим. Черити медленно выехала со стоянки и повернула на дорогу. — Сегодня прекрасная ночь.

—  Утро.

—  Какая разница. — Она глубоко, жадно вдохнула воздух. — У меня на самом деле не было времени для больших приключений, поэтому, когда появляется шанс, я устраиваю себе маленькие приключения.

—  Так вот что это такое? Приключение?

—  Конечно. Мы выпьем оставшееся вино, будем заниматься любовью под звездами и наблюдать, как над водой поднимается солнце. — Черити повернула голову. — Тебе это подходит?

—Думаю, я смирюсь с этим.

Прошло несколько часов, когда Черити свернулась рядом с ним. Бутылка вина была пуста, а звезды гасли одна за другой.

—Сегодня я буду абсолютно бесполезна для дел. — Сонно рассмеявшись, Черити

носом потерлась о его шею. — И мне все равно.

Роман натянул на нее плед — по утрам все еще было прохладно. Хотя он и не планировал этого, долгая ночь, наполненная любовью, дала ему новую надежду. Если бы он мог убедить Черити поспать утром, то сумел бы закончить свое задание, закрыть дверь и тогда все объяснить. Это позволило бы держать Черити в стороне от опасности и дало бы возможность начать все с самого начала.

—Почти рассвет, — пробормотала она.

Черити и Роман замолчали, наблюдая за

С рассветом небо посветлело. Ночные птицы молкли. На мгновение время остановилось, затем медленно, по-царски цвета просочились на горизонт — красный поднимался от воды и отражался в ней. Тени померкли, а макушки деревьев осветились золотым. Первая утренняя птица протрубила о начале нового дня. Роман прижал Черити к себе, чтобы медленно любить ее под светлеющим небом. Черити дремала, пока Роман вел машину обратно в гостиницу. Небо уже было светлым, молочно-голубым, но гостиница оставалась такой же тихой, как при их отъезде. Когда Роман вынес ее на руках из фургона, Черити вздохнула и положила голову ему на плечо.

— Я люблю тебя, Роман.

— Знаю. — В первый раз в жизни он хотел думать о следующей неделе, о следующем месяце, даже о следующем годе — обо всем, за исключением предстоящего дня. Он отнес ее вверх по ступеням крыльца и тихо вошел в гостиницу. — Я люблю тебя, Черити.