Власть будущего (сборник) - Павел Данилов

– До свидания, – выходя, попрощался Евгений, а про себя подумал: «Тебя надо на этот корабль… вместе с рыжей сучкой».

Владимир закурил. Перебрал разговор и удивился сам себе, насколько грубо он отвечал. «Кристина рыжая, но лиса здесь только одна – Евгений. Хоть домой переноси разработки». Ученый огляделся. Небольшая, но не тесная лаборатория от одной такой мысли стала еще уютней и родней. Различные установки и измерительные приборы подмигивали красными и зелеными огоньками, словно уговаривая Владимира остаться. Пожелтевший от дыма потолок и слегка пошарпанные стены убирали из лаборатории всю праздничность, которая могла бы мешать работе. Струйка дыма целенаправленно уходила к вентилятору-вытяжке. «Это мой дом, – улыбнувшись, подумал ученый, – я словно родился здесь. И никто меня отсюда не выпрет».

Генератор импульсов, рентгеновская линза, осциллограф, наноманипуляторы и ворох других приборов давно вошли в обиход продвинутых ученых. Владимир сам понимал, что делает что-то необъяснимое. Он не раз удивлялся, откуда у него возникло предположение, что фемтосигнал, синтезирующий с темной материей, может существовать. Его скорость должна быть больше скорости света, а проникающая способность… такого понятия не будет.

Мозг работал на турбоуровне, мысль пыталась постигнуть непостижимое, руки выполняли действия с завидной аккуратностью. Словно вдохновленный художник, Владимир работал часами подряд, забывая о сне и еде.

Дверь открылась без стука.

– Вова, никуда твои сигналы не денутся. Десять вечера, поехали домой, я тебя подвезу, – затараторила Кристина.

Ученый несколько минут продолжал что-то делать, затем произнес:

– Спасибо, что зашла. А то я скоро героев повести «Понедельник начинается в субботу» обойду.

Кристина чарующе улыбнулась. Она таяла от этого благодарного взгляда. Как часто бывает с талантливыми людьми, Владимир совмещал в себе гениальность и наивность. Ученые обычно либо невероятные циники, либо люди незнакомые с жизнью. И ей хотелось вести доверчивого молодого профессора по жизни. Или хотя бы оберегать.

– Пойдем, неугомонный Ойра-Ойра. У тебя тут дым вместо воздуха. Оставь вытяжку на ночь.

– Лаборатория обесточивается полностью, – заметил Владимир. – И так выветрится. Тем более не тебе же здесь работать.

– «Не тебе же», – передразнила Кристина, – я же забочусь!

– В середине дня значит «Владимир Николаевич», а к ночи уже глумишься? – улыбнулся ученый.

– Я ж по-дружески. Пошли, а то охрана не то подумает.

– Пускай думает.

Кристина прыснула.

– Даже так? – спросила она, в светло-зеленых глазах появились игривые огоньки.

Владимир на миг смутился, но все-таки решил поддержать волну.

– Ну да, а то подумают, что мужик ничего не может, вот и сидит сутки напролет в лаборатории.

– Надеюсь это не так. Пойдем.

Владимир передернул плечами и двинулся вслед за девушкой.

Кристина опустилась на водительское сидение и через несколько секунд машина стронулась. Несмотря на то, что дорога была почти пуста, девушка скорость не превышала.

– Чего осторожничаешь? – поинтересовался Владимир.

– Ценный штучный экземпляр везу, – заявила Кристина.

«Вообще без стеснений навязывается», – подумал Вова и произнес:

– Перехвалишь меня, вообще работать перестану.

– Сам веришь в то, что говоришь? – засмеялась девушка. – Ты же живешь исследованиями.

– Все ты обо мне знаешь! Не скучно? – с наигранной досадой спросил Владимир.

– Было бы неинтересно, не заходила бы. Может, в кафе заедем? Тебе не жаль полчаса? – с надеждой поинтересовалась девушка.

«Рыжая бестия, ну ладно…», – проскользнула мысль.

– Я домой.

Кристина поморщила носик и моментально поникла.

– Но ты можешь пойти со мной, – продолжил Владимир.

Победная улыбка на мгновение сверкнула на губах девушки.

– Не буду упускать случая, – проговорила она.

Протяжно запищала домофонная дверь. Работники университета поднялись на шестой этаж. Из квартиры пахнуло жильем, но как-то нерешительно, словно там проводили очень мало времени.

– У меня холостяцкий беспорядок, – предупредил Владимир.

– Ты же только ночуешь дома! Откуда беспорядок? – приподняв брови, спросила Кристина. – И вообще… исправлять все это надо.

Ученый сделал неопределенный жест рукой и проговорил:

– Ты кофе хотела. Пойдем.

– Вовка, ты не робот? – скептически поинтересовалась Кристина.

– Со стороны виднее. Перекусим что-нибудь?

Кристина взглянула на часы. Пожала плечами.

– У тебя дела? – спросил профессор. – Если нет, оставайся у меня.

– Останусь… я приготовлю что-нибудь.

Кристина заулыбалась. Ситуация ассоциировалась с юностью, когда парень на несколько лет младше пытался ей что-то сказать. И непонятно, разводил он ее на секс, или действительно влюбился… Девушка не стала мудрствовать и пожарила яичницу, которую они сразу же и умяли. Запах свежесваренного кофе дурманил. В чашки он наливался густой, как мазут, и черный, как космос.

– Ты всегда пьешь кофе на ночь? – поинтересовалась девушка.

– А ты собираешься спать?

Кристина смутилась, не ожидая такой прыти. Все-таки Владимир казался сильной заучкой.

– Вообще-то завтра на работу, – напомнила она.

Ученый пожал плечами и подкурил очередную сигарету.

– Я сплю по пять часов. Докурю – разложу постель.

– Я в душ.

Табачный дым сизой струйкой поднимался вверх, чтобы потом растечься по потолку. Эта женщина все крепче входила в жизнь Владимира, и он не имел никакого желания ей препятствовать. Что-то свежее и волнующее, как новое открытие, начинало его возбуждать. А ведь лет десять назад он решил после ряда обломов и разочарований посвятить жизнь любимому делу – науке.

Пока Владимиру все нравилось, единственное, что мучило ученого – насколько женщина будет отвлекать от работы. Ведь они вдохновляют и мешают реализовываться одновременно.

Затушив сигарету, Владимир направился в комнату. Двуспальная кровать, огромный стол, на одной из сторон которого стоит компьютер, два шкафа: с книгами и с одеждой. Владимир задумался, оглядывая место, где он проводил треть жизни и которое так похоже на миллионы точно таких же коробок, заполнявших дом, словно соты улье.

Сзади, шлепая босыми ногами, подошла Кристина и обвила Владимира холодными руками. Упругая грудь уперлась в спину. Ученый вздрогнул.

– Вова! Почему ты еще не постелился? Мне же холодно! – наигранно-недовольным голосом воскликнула девушка.

Владимир высвободился из объятий и взглянул на Кристину. Девушка стояла обвернутая большим полотенцем. С мокрых, темно-рыжих волос падали редкие капли на обнаженные плечи. Кристина кокетливо улыбалась, но часто моргала, словно стеснялась. Владимир перевел взгляд на ноги, скрытые полотенцем намного выше колен. Глубоко вздохнул, когда горячая волна рванула вниз по телу.