Квархелион (СИ) - Дмитрий Литвиненко

Мир потянулся к золоту, но рука дрогнула и вернулась на прежнее место.

— Я надеюсь там не слишком много, иначе взять я не смогу.

О, да, там совсем «чуть-чуть»!

— Я завтра уйду. Вернусь через несколько дней, а ты пока кое-что мне на заказ сделаешь. Считай плата.

Он немного посомневался, но совесть все же позволила взять, хоть и слишком щедрую, но плату за честный труд.

— Ладно, пошли, проведу, куда просишь, пока не совсем стемнело.

Он только начал подниматься, как из угла взлетело визжащее нечто. В непрерывный гул слилось «Можно-я-можно-я»?

Напор был слишком силен, я такого совершенно не ожидал. Пришлось кузнецу, со вздохом, сесть на место. Тут же за мою руку мертвой хваткой вцепилась нежная, но очень сильная ладошка девушки. Я и опомниться не успел, как оказался на улице. И вот меня тянут куда-то в сторону шума воды.

Через десяток минут я стоял по колено в воде, и обшаривал дно внутренним взглядом. Девушка стояла сзади и внимательно следила за моими действиями.

В глубине почувствовалась какая-то магия. Так, что у нас тут?..

Вот один!

Вода подхватила оружие со дна. Поверхность моря у берега задрожала, из воды показалась знакомая рукоять. Мой меньший клинок. По сравнению с бастардом — почти кинжал.

Я вытащил его из водяных ножен, сзади послышался восхищенный вздох.

Оценила магию?

Я обернулся и увидел Мили, любующуюся закатом.

Нужны ей твои фокусы, когда рядом истинное волшебство?

Я тоже взглянул на закат. Такой же уникальный в своем величии, как и все закаты всех миров.

И правда, красиво!

Я улыбнулся небу, изображающему битву ада и рая.

— А ты милашка! — Хохотнула девушка.

Я непроизвольно улыбнулся, и вернулся к своему занятию. Час обшаривания глубин больше ничего не дал.

Где же ты, моя прелесть.

Улыбнулся от собственной шутки и повернулся к девушке. Она сидела на выброшенном, на берег бревне и дрожала, обхватив руками плечи.

Мили увидела мой взгляд, и жалобно пропищала:

— М-может пойдем? А то мне х-холодно!

Я и не заметил, как похолодало. Что для меня каких-то десять градусов?

Идиот!

— Прости. Конечно, пошли.

Я отдал ей кожаную куртку, которую мне дал ее братец. Куртка была сильно велика девушке, и та замоталась в нее, как в одеяло.

Вообще, эта курточка и мне великовата, кузнец — человек большой. Очень.

Мы отправились назад, но через пару шагов я, вновь, назвал себя идиотом: мне-то темнота нипочём, даже не замечаю, а вот это милое создание сразу же споткнулось. Нет, конечно, я ее подхватил, чем немного смутил. Но пришлось решать маленькую проблему — зажег небольшой светящийся шарик над нашими головами. Но Мили все равно спотыкалась — теперь она не могла оторвать взгляда от светящегося сгустка чистой Силы. Пришлось пообещать, что сотворю ей такую штучку в хижине, и только тогда она пошла по-человечески. Правда, теперь постоянно оглядывалась на меня, кивала каким-то мыслям и шла дальше.

Мы подходили к домику, когда с его другой стороны послышался очень настойчивый стук в дверь. У меня появилось не хорошее предчувствие. Я остановил Мили, знаком показал «не шуми», и погасил светящийся шар. Вытащил из-за пояса клинок, и стал медленно обходить домик. За углом показались полуголых кочевников с мечами.

Знакомые все лица! — Узнал я выживших после штурма неудачников. — И что вам тут надо?

Я спрятался за углом и прислушался. В этот момент открылась дверь и недовольный сонный бас прогремел:

— Чего надо? Не могли утром прийти?

— Мы за заказом. — Ответил ему другой бас.

— Не готов ваш заказ, проваливайте!

Хлопнула дверь. Снова кто-то забарабанил в дверь. Дверь открылась.

— Ну, что еще?!

— У тебя должен быть запас оружия, и ты нам его отдашь!

Наглеж пошел.

— Во-первых: я вам его ПРОДАМ, — нежно начал Мир, — а во-вторых: приходите утром, я спать хочу!

Опять хлопнула дверь.

— Нет, ну я к нему со всей душей, а он?!

Все заржали.

— Ломайте дверь, ребята!

Ну, пора показаться!

Я медленно вышел из-за угла дома, взглянул на «ребят» с самой дружелюбной улыбкой, на которую был способен. Это чтоб не померли со страху.

Видимо, улыбаться — тоже не стоило.

Первый, кто меня заметил, сказал извечное «МАМА», и вырубился. Я даже не успел возразить, что никакая я ему не мама, как прозвучало два более подходящих визга «ЧЕРТ», более подходящих к ситуации, и звук роняемого на землю железа. Предводитель добродушной компании среагировал быстро, но не правильно: швырнул в меня пару ножей и меч в придачу. Меня рефлексы не подвели, хоть и слаб еще. Воздух всколыхнулся от волны Силы, расшвыряв в стороны не только летящие железки, но и «уронив» на землю гаденыша, осмелившегося так подло атаковать.

Все чаще я прибегаю к помощи Силы, а не машу руками-ногами.

На своего командира бойцы посмотрели, как на умалишенного, вокруг неудачника образовался круг свободного пространства. Сам он глянул на меня глазами полными ужаса, икнул, и благоразумно потерял сознание.

Ну, вроде ж воины, ни в одном бою побывали, а так непонятного перерожденного боятся. Разве я такой страшный?!

Я, с грустью вздохнул, посмотрел на остатки местного клана Воинов и спросил:

— Вы зачем на ночь глядя приперлись к доброму человеку?

Все глянули на молодого парнишку, я тоже внимательно на него глянул, он запричитал:

— Толстый приказал — мы пошли, оружие ему нужно, много, чужаков убывать собрался, весь клан собирает.

— Когда и где?

Парень обернулся, товарищи ободряюще кивнули.

— Через девять дней в Сердце Степи, как все соберутся, так и пойдут.

— И далеко это ваше Сердце?

— Сутки пути от нашего города.

Так, снова эти голопузые идиоты повоевать решили. Ладно, у меня все еще есть время. Но предупредить своих надо обязательно.

— Возвращайтесь в город, передайте фэрам, что приказал вас не убивать. Расскажите все им.

Бойцы, не веря своему счастью, закивали.

— Узнаю, что не передали все моим друзьям — найду всех и убью, а потом подниму и еще раз убью. Марш отсюда, и падаль, — я пнул ногу командира, — с собой заберите.