Игры света и тьмы - 1 - Юлия Ветрова

рот, пытаясь заглотить побольше воздуха, но Инэрис не обратила на это внимания.

— Я тебя не люблю, — прошипела она, приблизив губы к изящному уху своей жертвы, — ты у меня в печёнках сидишь. Меня просто тошнит от твоих кривляний и интриг. Но я тебя прощу. Я сейчас отпущу тебя, и ты со всех ног двинешься к выходу. И больше никогда не приблизишься ко мне и моим близким. Если ты понял, моргни.

Анрэй коротко моргнул.

— Отлично. Я убираю руку. Готовься.

Инэрис почувствовала, как напрягается тело Анрэя. Она едва заметно улыбнулась. В горле её клокотала злость, но она не могла позволить ей выйти наружу.

— Раз… Два….

Коротко и без замаха она с силой ударила Анрэя рукоятью пистолета в висок. Металл впечатался в кожу, оставляя кровавый след. Анрэй осел на пол, как мешок.

Инэрис повернулась к Дезмонду. Тот был без сознания. На теле его было столько крови, что сложно было разглядеть, где раны, а где только их следы. Инэрис закусила губу, чтобы не дать воли чувствам, спрятала пистолет и, достав из голенища сапога нож, потянулась к наручникам. Подцепив их, сняла цепь с крюка, а затем принялась копаться в замке. Пришлось подхватить Дезмонда на руки, чтобы тот не осел на пол. Дезмонд оказался заметно тяжелее её самой, так что она могла только закинуть руку пленника себе на плечо и так, почти волоком, потащить к выходу.

Уже в коридоре Инэрис почудилось, что она увидела тень, мелькнувшую в дверном проёме — край рубахи из зелёного шёлка, но раньше, чем Инэрис успела достать пистолет, силуэт растворился среди теней.

Затащив Дезмонда на заднее сиденье аэрокара, Инэрис устроилась рядом и кивнула Ричарду, отдавая команду трогать с места.

Жест, впрочем, был не нужен — тот всё понял и сам. Впервые с момента их встречи он выглядел обеспокоенным и давил на педаль сцепления изо всех сил.

— Как он? — спросил Ричард негромко, бросив очередной косой взгляд через плечо.

Инэрис не ответила. Сейчас она могла уже ясно разглядеть, что крупных ран не так уж много — только одна, распахавшая пополам плечо. Все остальные были короткими и казались скорее следами ожогов.

Инэрис невольно коснулась пальцами краёв раны и тут же отдёрнула руку, услышав стон.

— Потерпи, — прошептала она.

К её удивлению Дезмонд, хоть и не мог слышать ничего, затих.

Вместе с Ричардом они осторожно подняли Дезмонда на борт звездолёта и уложили на койку в медотсеке. Ричард принялся колдовать с аппаратурой, которая Инэрис не говорила ни о чём. Ей оставалось только сидеть, сжимая запястье Дезмонда, и тихо поглаживать его ладонь.

Глава 8. Час волка

Когда Ричард покинул наконец медотсек, Инэрис позволила себе секундную слабость. Плечи её ссутулились, а пальцы скользнули по влажному лбу Дезмонда, стирая капельки прохладного пота.

И, будто отзываясь на её прикосновение, Дезмонд распахнул глаза и рванул руки, оплетённые фиксирующими лентами, в попытке встать.

— Ш-ш-ш… — Инэрис опустила руку ему на лоб и прикрыла глаза, стараясь передать то спокойствие, которого не было у ней самой. — Тихо, Дейзи, это я.

Она открыла глаза и встретилась с тяжёлым, недоверчивым взглядом. Улыбнулась.

— Ты так и не зашёл ко мне. А я ждала.

— Иса?

— Ляг. Тебе надо отдыхать.

Повинуясь нажатию рук Инэрис, Дезмонд медленно опустил голову на гибкий валик и закрыл глаза. Какое-то время стояла тишина. Инэрис боролась с желанием провести пальцами по щеке лежащего перед ней мужчины, наклониться и коснуться губами век, под которыми метались из стороны в сторону в нервном танце зрачки.

— Ты мне снилась… — Дезмонд первым нарушил тишину.

Инэрис опустила руку в мгновенном порыве сжать ладонь Дезмонда в своей, но тут же убрала её и просто положила на койку рядом.

— Надеюсь, это был не кошмар?

— Кошмар, — Дезмонд сглотнул. — Мне снилось, что я тебя потерял.

На мгновение в груди Инэрис снова всколыхнулась непрошенная злость.

«Меня или Луану?» — спросила она. Та, сидевшая перед роялем и погружённая в собственные страдания, когда человек, который некогда любил её, умирал за стеной, всё ещё стояла у неё перед глазами, и воспоминание о ней вызывало почти неконтролируемую ярость.

Инэрис со свистом втянула воздух и медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться.

— Всё нормально, Дезмонд, — сказала она тихо и всё-таки сжала руку Дезмонда в своей. — Всё прошло.

Тот медленно кивнул.

— Где мы?

— Это корабль Ричарда.

— Ричарда?

— Да, это тот парень, что живёт рядом с тобой…

— Иса! — на губах Дезмонда наконец промелькнула улыбка, а веки на секунду приподнялись и снова опустились. — Я его знаю. Он мой друг. Очень хороший друг.

Инэрис на секунду сжала его руку сильней.

— Хочешь, чтобы он посидел с тобой?

— Нет… — Дезмонд тихонько сжал её руку в ответ. — Но я очень рад, что вы здесь. Что вы поладили и что вы оба здесь.

Веки его снова опустились, а на лице воцарилось на какое-то время спокойствие.

— Рука болит… — сказал он через какое-то время. — Там всё очень плохо?

Инэрис бросила короткий взгляд на рану, зияющую на его плече, и отвела глаза. Было странно, что Дезмонд вообще ещё мог чувствовать в этом месте боль — ране было несколько дней, но никто, похоже, и не думал ни прижечь её, ни хотя бы перевязать.

— Всё будет хорошо, — повторила она безо всякой уверенности. — Нас трудно убить.

Дезмонд слабо улыбнулся и кивнул.

— Да.

Инэрис снова посмотрела на него. Какое-то время она сидела неподвижно, разглядывая черты такого знакомого и в то же время незнакомого лица. Дезмонд никогда ещё не был так открыт перед ней. Самоуверенная полуулыбка почти никогда не сходила с его лица, а в глазах не переставал тлеть злой огонёк, от которого мурашки бегали по спине. Он был красив — но Инэрис никогда не замечала этого, полностью утопая в этой странной противоречивой харизме, которая раздражала и зачаровывала одновременно. Теперь, когда лицо Дезмонда не выражало ничего, кроме усталости, Инэрис внезапно для себя заметила, как тот на самом деле красив. Эта мысль была неуместна и несвоевременна, но никак не хотела оставлять её сознание.

— Нас так мало осталось… — прошептала она, сама не замечая, что говорит вслух. — Так мало тех, кого невозможно убить…

Лицо Дезмонда исказила знакомая злая усмешка, и он стал, наконец, похож на себя самого. Глаза приоткрылись и сверкнули.

— Мы будем последними, Иса. Это факт. Так ведь уже было, да?

Инэрис пожала плечами.

— Я всё же надеюсь, что и остальным не придётся умирать.

— Может быть. Но мы точно