Папина содержанка - Дарья Десса

С этими мыслями я выбрался из ванной, предварительно смыв с себя пену и продукт сексуальной деятельности, а потом завалился на кровать и уснул, крепко обняв обе подушки. Одну – под голову, вторую – между ног, прижав к промежности. Мне так уютно и спокойно. Дома на этом месте большой плюшевый заяц, о ночных похождениях которого никто не знает.

Ничего такого с зайчиком по ночам не происходит, спешу порадовать одних и огорчить тех, кто ожидал горяченького. Я просто люблю прижимать его мягкой попкой к своему животу, обнимать, просунув руку между его передними лапами, и положить подбородок на голову. Так и засыпаю. А ведь мне когда-то мечталось о том, чтобы спать не с плюшевой игрушкой, а с девушкой.

Лиза стала первая, кто оказался в поле моих интересов. Это было в тот прекрасный день, когда мы с ней классно покатались на речном трамвайчике, потому долго гуляли, затем пошли ко мне и несколько часов занимались любовью. Почти до самого рассвета. Прекрасный был день! Тогда я чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Да у кого не так, когда длится конфетно-букетный период?

У нас тоже был. И я позволил себе такую роскошь, как впервые заснуть в объятиях Лизы, которая тогда мне казалась такой милой и романтичной. Увы, мне в тот же день постигло жестокое разочарование. Я прекрасно запомнил тот удивительной красоты рассвет. Вернее, он пробыл таким ровно до той минуты, пока я не потянулся поцеловать спящую Лизу.

Вот она лежит передо мной, её волосы светлой душистой волной рассыпались на подушке. Она тихонечко дышит, так уютно подложи обе ладошки себе под щеку. Свернулась клубочком, словно маленькая пушистая кошечка. Я рядом, смотрю и поражаюсь тому, как же сильно мне повезло с ней. Она такая хорошая, понимающая, милая… Всех приятных слов не собрать, что могу для неё придумать. «Я готов целовать песок, по которому ты ходила», – всплывают в голове откуда-то слова позабытой старой песенки.

Лиза на правом боку, я на левом. Так хорошо, такое чудесное утро, предвещающее новый полет в царство безудержного секса. У меня уже и половая система к этому почти готова. Ещё не напряглось, но уже потихоньку наливается жизненными силами. Даже мошонка стала подтягивать яички к телу – у меня явный признак начавшегося возбуждения и грядущей эрекции.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я не могу просто так смотреть на Лизину нежность. Тянусь к ней губами, чтобы поцеловать я пунцовые – они у неё и без косметики такого цвета, что удивительно для меня! – губки. И вот мои губы прикасаются к её устам сахарным. Высовываю язычок, чтобы провести по ним. В это мгновение Лиза, не раскрывая глазок, отводит голову назад как можно дальше, а потом… резко направляет её вперед.

Хрясь!

Это мой нос. Своим милым белым лобиком без морщинок, который в тот момент становится боевым тараном, Лиза со всего маху врезается мне в лицо. Первые пару секунд от пронзившей меня боли даже выговорить ничего не могу. Но потом пытаюсь схватить нос руками… становится ещё хуже. И я с гортанным воплем, который мгновенно вырывает Лизу из сладкого сна, лечу на пол.

– А-а-а-а-а!!! – ору, ощущая, как по верхней губе, щекам, подбородку разливается что-то горячее. Переворачиваю голову вниз, и на простыню начинает литься ручейком кровь. Её становится целая лужа, и я продолжаю истошно вопить, поскольку мне кажется, будто мое лицо только что неудачно пободалось с тепловозом.

Лиза сначала ошарашенно смотрела на меня, потом вдруг вскочила и стала бегать вокруг, спрашивая, что случилось и чем мне помочь. Я к этому времени успел проораться, немного успокоился и только тупо смотрел, как кровь орошает кровать. Мне даже забавно стало: наблюдать, как красная лужица бежит, создавая угловатый рисунок.

– «Скорую» вызови, – наконец выговорил я.

Так закончилось это «няшное», как любит говорить Лиза, утро. Нет, конечно, девушка не виновата в том, что произошло. Так совпало: пока я пытался её целовать, ей приснилось, что она на красивом солнечном лугу. И там был телёнок, который рвал и жевал травку. Она подошла к нему, а он потянулся языком к его лицу. Лиза тут же решила, что самое прикольное, что умеют делать телята, – это бодаться. Вот и вдарила. Сыном коровы в тот момент оказался её незадачливый ухажер. Хорошо, язык успел в рот себе засунуть, а ведь мог и откусить кончик. Ходил бы теперь и вместо Саша выговаривала «Саса» и тому подобное.

Но с той поры я твердо решил, что больше спать с Лизой не стану. Хватило мне потом целый месяц ходить с перевязанным носом. Да-с, она мне его благополучно сломала. Хорошо, не сумела повредить что-нибудь посущественнее, а то я, пока сидел в приемном покое травматологического отделения, таких ужасов наслушался, что думал: больше не усну. Если мне привидится всё, что тут говорят… Стивен Книг с его ужасами покажется ребенком, который среди гаражей ночью байки травит про «черного-черного человека».

Уж лучше, знаете ли, спать с зайчиком. Он снов не видит, потому и боднуть и лягнуть, а также поцарапать не сможет. Конечно, это по-детски, я понимаю. Потому все-таки хочу оказаться кое с кем в одной постели. С мажоркой, конечно же. Эх, где она там сейчас? Наверное, её наяривает тот мужик у себя или у неё в номере.

Я с этими мыслями заснул, а утром проснулся от стука в дверь.

– Сашок! – голос Максим бодр и весел. Вот бы кто её повесил!

– Да.

– Туганда! – в рифму отвечает она. Это половина от ещё одной её дурацкой присказки – «манда туганда», так полностью звучит и означает, вероятно, женский половой орган с недостаточной в её понимании шириной. – Собирайся быстрее, мне Джейни позвонила. Говорит, есть новости.

Глава 36

Ого! Вот это уже гораздо интереснее, чем выслушивать глупые прибаутки мажорки. Я собираюсь буквально за пять минут, встречаемся внизу и едем на такси к дому девушек. Джейни встречает нас у двери. Она бледная, взволнованно, говорит сбивчиво. Усаживаемся в гостиной, как прошлый раз, и внимательно слушаем, что она скажет.

– Сегодня ночью, часа в три или четыре, я не запомнила, мне позвонил человек. Мужчина. Сказал, что его зовут Алекс Олфорд из Dutton LTD, – мы с мажоркой удивленно переглянулись. – Он сообщил, что Наоми… Наоми… – наша собеседница вдруг всхлипнула и заплакала, закрыв глаза ладонями. Пришлось