Нелюбимая жена - Злата Романова

Она держится за меня, как утопающий, плача мне в плечо, и я могу только бормотать бессмысленные слова утешения, пока Вика не берет себя в руки.

М-да, ее ситуации не позавидуешь. Я и сама негативно отношусь к многоженству и не согласилась бы делить своего мужа с другой женщиной. Не знаю даже, что она будет делать, если Васим решится на это.

– Вот, выпей воды, – предлагаю ей, протягивая стакан, и в этот момент в коридоре слышится звук отпираемой двери.

– Тимур вернулся, да? – смущенно спрашивает Вика, вытирая щеки. – Я тогда пойду, Ляль. Потом поговорим. Не хочу сверкать перед ним этим безобразием.

Она указывает на свое лицо и морщится.

– Отведи его в другую комнату, а я просто выскользну, ладно?

– Ладно, – соглашаюсь я. – Мы обязательно еще поговорим, Викусь. Не переживай так, хорошо?

– Спасибо, – слабо усмехается она.

Выхожу в коридор и вижу снимающего ботинки Тимура. Он делает шаг вперед, увидев меня, и уже готов схватить своими загребущими руками, когда я прикладываю палец ко рту, прося помолчать.

– Идем, – шепчу ему, беря за руку и утягивая в спальню.

– У нас гости? – с досадой спрашивает муж уже за закрытой дверью.

– Вика на кухне, – объясняю ему. – Она немного не в форме и не хотела, чтобы ты ее видел такой. Сейчас она уйдет.

– Ладно, – недоумевающе хмурится Тимур, но рассказывать ему подробности я не собираюсь.

Если надо, Васим сам все расскажет. Он же ему друг, как-никак.

Глава 25

– Иди ко мне, – нетерпеливо говорит мужчина, как только хлопает входная дверь.

Любимая фраза Тимура, наряду с «Я пиздец, как хотел тебя». Обнимаю его за плечи и встав на цыпочки, целую в шею, потому что выше не дотягиваюсь, но он быстро подхватывает меня и несет к кровати, наваливаясь сверху и пригвождая руки к покрывалу.

– Я пиздец, как хотел тебя, Ляля! – рычит Тимур, обшаривая мое тело голодными глазами, и я не могу сдержать смешок. – Что?

– Ничего, – глупо улыбаюсь, поглаживая его предплечье. – Поцелуй меня.

Он наклоняется и его губы врезаются в мои безо всякой деликатности, но с такой жаждой, что низ живота сжимается, стоит его языку начать исследовать мой рот. Тимур умеет быть нежным, но его грубость, когда он, не сдерживаясь набрасывается на меня, нравится мне больше.

Он практически рвет мое платье, спеша его снять, а потом переворачивает меня на живот и стягивает трусики с бедер, оставляя их болтаться где-то у колен, слишком нетерпеливый, чтобы снять полностью. Я приглушенно стону, когда его пальцы находят клитор, безо всяких прелюдий потирая его, пока я не становлюсь достаточно влажной, чтобы принять его.

Его бедра врезаются в мои, когда Тимур врывается в меня одним сильным толчком, и я вскрикиваю, зажмурившись и пытаясь побыстрее приспособиться к распирающему члену. Голова кружится от эмоций, а дыхание все время срывается, когда муж начинает размашисто двигаться, распластав ладонь на моем животе и толкая меня навстречу своим толчкам. Я слышу шуршание одежды, ощущаю, как его брюки царапают мои бедра, а когда Тимур ложится на меня сверху, запирая в ловушке своего тела, его рубашка прилипает к моей спине, покрытой бисеринками пота. Тот факт, что я совершенно голая, а он полностью одет, взрывает что-то в моем мозгу. Я чувствую сокращение своих мышц на толстом члене, пожар, разгорающийся все ярче в дрожащем животе, а когда он немного сдвигается, входя под новым углом и задевая при каждом толчке мое чувствительное местечко, взрываюсь с громким криком, уткнувшись лицом в простыню и превращаясь в дрожащее и беспомощное нечто.

– Так не пойдет, Ляля! – сквозь тяжелое дыхание, рычит мужчина, вздергивая мою попу вверх. – Это только первый раунд, а ты уже едва ли не спишь.

Он двигается быстрее, крепко сжимая пальцами мои бедра и я пытаюсь подмахивать ему, что воспринимается им с большим энтузиазмом, потому что последние несколько минут, Тимур входит в меня как поршень, глубоко и быстро, пока, наконец, его тело не сбивается с ритма и он с ругательствами не кончает, в последний момент умудрившись завалить нас на бок, чтобы не придавить меня своим большим телом.

Мне очень жарко, я мокрая насквозь, а его одежда липнет к телу, но я не разрываю объятий мужа, пока он тяжело дышит мне в шею, обхватывая руками поперек туловища и крепко прижимая спиной к своей груди.

Когда мы в постели, Тимур ведет себя так, словно я для него – жизненно важная необходимость. Он шепчет мне разные глупости, поглаживает и целует мою кожу, пока мы отдыхаем, и смотрит с такой нежностью, что я почти верю в то, что это любовь. Однако, это не так, потому что он ни разу не сказал, что любит меня. Я знаю, что он способен произнести эти слова. Знаю, что он говорил их Мире. И то, что я ни разу от него этого не слышала, лишь подтверждает мои догадки, что я всего лишь его жена. Желанная – ведь мужчинам не нужны чувства, чтобы испытывать влечение – где-то удобная, но нелюбимая.

– Черт, этот костюм нуждается в химчистке, – ворчит Тимур, отлипая от меня и принимаясь раздеваться.

Я натягиваю на себя одеяло, пока он это делает, обводя восхищенным взглядом его тело. Тимур любит физические нагрузки, это помогает ему разгрузить мозг, как он сам говорит, ну, и дает фантастический результат в виде красивых рельефных мускулов.

– Продолжишь так смотреть и он ждать не станет, – усмехается муж, указывая на свой твердеющий член.

Я отвожу взгляд и прикусываю губу, представляя, как волоски на его груди будут царапать и стимулировать мои соски, когда он будет двигаться во мне лицом к лицу. Внизу живота снова закручивается возбуждение и я неосознанно сжимаю бедра, зажимая между ними одеяло, что не ускользает от насмешливого взгляда мужчины.

– Передышка окончена, Ляля? – довольно урчит он, забираясь на кровать и стягивая с меня мешающую ткань. – Тогда иди ко мне. Я с тебя сегодня не слезу, непослушная девчонка. Попробуй только еще раз так надолго оставить меня!