Нелюбимая жена - Злата Романова

думаю, она и сама этого еще не поняла. В позапрошлом году к нам на экономический поступил сын главного спонсора университета. Его папаша ведет не совсем законный бизнес, но стремится в Госдуму, поэтому занялся меценатством. Сынок – типичный избалованный мажор, которому правила не писаны. Положил глаз на третьекурсницу, а у нее парень был. В общем, плохо все закончилось. Там была попытка изнасилования, но парень ее вовремя появился и избил мажорчика до полусмерти. Папаша подсуетился и парня в СИЗО, а девочку отчислили. Сынок его академ отпуск взял на год, а в этом, его распределили в группу Лейлы.

– Ты хочешь сказать, что какой-то хмырь преследует мою жену? – напрягаюсь я, понимая, к чему он ведет.

– Еще не преследует, – вздыхает Карим. – Он только в последнем семестре начал ходить на лекции и я совершенно случайно заметил во время своего предмета, как он пялится на нее. А потом начал наблюдать и, на каждом своем занятии видел ту же картину. Смотрит, не отрываясь, урод. А когда Лейла приходила сдавать документы по практике, я видел, как они разговаривают в коридоре. Спросил у нее, не докучает ли он ей, на что она очень удивилась, сказав, что он к ней всегда подходит исключительно спросить что-то по учебе. Еще и удивлялась, что этот двоечник очень хорошо подтянулся и сдал сессию сам на этот раз. Может, я зря так переживаю, конечно, но не верю я в такое вот исправление. Этот парень – гад первостатейный и от него можно ожидать чего угодно.

– Скажи мне, кто это, – киплю от гнева. – Я разберусь.

– Не разберешься, – угрюмо говорит Карим. – Послушай, просто не лезь в это и переведи свою жену на заочный. Или в другой университет. Там вообще без шансов. Тебе связей не хватит, только хуже сделаешь.

– Это дело чести! Ты хочешь, чтобы я просто проигнорировал…

– Не кипятись! – жестко отрезвляет меня Карим. – Он ничего не сделал. Пока. И лучше пресечь ситуацию в корне. Тебе не нужны такие проблемы, не вывезешь, Тимур. Просто присматривай за своей женой, а как только она перестанет мелькать перед глазами, он переключится на кого-то еще. Парень молодой, несерьезный, ни о каких глубоких чувствах в его случае речи не идет. С глаз долой, как говорится.

Все внутри меня ревет, что нельзя это так оставлять, но Карим прав. Нельзя быть идиотом, нужно отбросить инстинкты и включить мозг.

– Спасибо, брат! – успокаиваю его. – Ты прав, Лейлу лучше перевести.

Но что это за петух положил глаз на мою жену я еще выясню и разберусь. Карим просто не знает, что и за моей спиной есть люди, чье слово дорогого стоит.

* * *

Тимур – лояльный муж, и кроме того, что он не ограничивает меня ни в чем, я так же имею возможность каждые полгода ездить на родину, к родителям. На этот раз провожу там почти две недели, так как у меня родился первый племянник и я просто не могу оторваться от этого сладкого малыша.

– Неужели ты не хочешь своего такого же? – спрашивает жена брата, когда я в очередной раз накидываюсь с поцелуями на только что проснувшегося маленького лежебоку.

– Хочу, но не сейчас, – отвечаю ей уже автоматически, а чуть позже, обдумывая эту мысль, понимаю, что возможно, не так уж и права.

Мне двадцать три. Не думала, что так скоро захочу стать матерью, но в груди появляется железобетонная уверенность, что я готова. Более того – хочу этого. Очень.

Ну и что, если я еще учусь? Студентки рожают каждый день и доучиваться им это не мешает. Мне тоже не помешает. Надо будет обсудить этот вопрос с Тимуром, когда вернусь домой. Он уже вызванивает меня, не может дождаться. Все еще бесится, когда меня нет рядом, и грозится больше не отпускать, чтобы не задерживалась так без него.

Вылетаю обратно в пятницу, в предвкушении совместных выходных. Неплохо бы погулять по городу с Тимуром, а то мы давно вместе не выходили. То я занята была с этой практикой, то он.

Дожидаясь его возвращения с работы, убираюсь дома и зову Вику на чай. Она сначала отказывается, но потом все же приходит и открыв ей дверь, я понимаю, что подруга в полном раздрае. Она не любит жаловаться, очень редко это делает, поэтому я не расспрашиваю, чтобы не лезть не в свое дело.

– Привет, Викусь, – улыбаюсь, словно не замечая ее угнетенного состояния. – Проходи.

Мы коротко обнимаемся и идем на кухню, где пьем чай, обсуждая общие темы, пока она, внезапно, не начинает плакать в середине разговора.

– Вик, что случилось? – пугаюсь я.

Да, мою подругу очень напрягает то, что она никак не может забеременеть, но Вика раньше не плакала из-за этого. По крайней мере, не передо мной.

– Васим женится, – неожиданно выдает она, сквозь рыдание, и я просто застываю от шока.

– В смысле, женится? – не понимаю ее слов. – А ты?

– Не знаю, – качает головой Вика, вытирая слезы и прерывисто вздыхая. – Он уехал, потому что у отца случился инсульт. А вчера позвонил и сказал, что должен жениться. Что для него это ничего не значит и чтобы я не волновалась. Он делает это только ради отца и оставит ее там, с семьей, а мы с ним будем жить здесь, как прежде. Только вот я не смогу с ним жить, если он это сделает, Лейла! Я не такая, как вы! Мне не понять этого многоженства, для меня это измена и ничто иное!

Она заходится в рыданиях, закрыв лицо руками, и я быстро обнимаю ее, гладя по спине.

– Все будет хорошо, Вик, – вру ей, потому что не знаю, что сказать. – Вам просто надо поговорить и до конца прояснить ситуацию. Не делай пока ничего и жди его приезда.

– Как я могу? Ляль, он же не передумает! Отец может вот-вот умереть и Васим ему не откажет, несмотря на мои слова. Я ведь сказала ему, что это конец! Если он женится – между нами все кончено и я подаю на развод. А он сказал только, что потом все решит и приказал мне успокоиться и не