Магические узы - Марина Ефиминюк

− И все? − недоверчиво протянула я.

− Да ты поймай его сначала, − снисходительно хмыкнул Пересвет, разминая шею.

Диск, гудя, хаотично завертелся над нашими макушками, и из него вырвались острые ослепительные лучи. Совсем, как в фильмах про войну. Тут меня снова пробрало.

− А если… − я не договорила и только красноречиво провела ребром ладони по шее.

− Ты не волнуйся, Птаха! − Стриж дружески хлопнул меня по спине, едва не сбивая с ног. − Он не заточен.

− Но голову все равно береги, − причмокнув, посоветовал Пересвет со знанием дела, − в прошлый раз мы трех кур угробили.

− Кур? − оцепенела я, снова покосившись на беспрестанно вращающийся и похожий на шаровую молнию бумеранг, и тут же, оценив размер опасности, заявила: − Поднимаю ставку до четырех целковых! Вместе получится двенадцать, если что хватит заплатить за вызов лекаря.

− Ага, или на пару кладбищенских веночков, если он не успеет, − жизнерадостно под-хватил Стриж, подмигнув едва сдерживавшему ехидный смех Пересвету, но от жадности став-ку ребята приняли.

− Деньги вон, − распорядилась я, залезая в карман за монетками, − на крылечко! Хочу видеть, за что рискую здоровьем!

− Все человеческие девушки меркантильны? − ткнул пальцем в мою сторону Пересвет, и аккуратной башенкой сложил металлические копейки на широкие перила лестницы.

− Мы просто поумнее куриц будем, − отозвалась я, стаскивая свитер, но в тонкой клет-чатой рубашке стало зябко. Никогда не любила подвижные игры, спорт предпочитала смотреть по видению, а от бегавших ранним утром поклонников здорового образца жизни у меня болели зубы.

Диск бешено вертелся, и от одного взгляда на мельтешащий в воздухе ослепительной яркости предмет болели глаза. Даже пес и тот спрятался от смертоносной игрушки, забравшись под автокар с кузовом, и только жалобно поскуливал.

Мы встали звездочкой, плечо к плечу. Бумеранг взъерошивал волосы и тревожил воздух, разнося его холодными волнами.

− На счет три, − пробормотал Стриж, напружинившийся и приготовившийся к игре.

− На хвост не наступать! − процедил Пересвет, не спуская с соперника изучающего взо-ра. Меня они, судя по всему, в расчет не брали, и уже в уме поделили поставленные денежки. Парни, как борцы на ринге, приглядывались друг к другу, заранее пытаясь угадать первый ход соперника. Похоже, мне все-таки отводилась роль миленькой кокетки в открытом купальном костюме, проносившей таблички с номерами раундов.

− Унос, − Стриж потоптался на месте, словно бык, копытом роющий землю. − Бини…

Пересвет громко щелкнул хвостом, как кнутом, и тот прошелся рядом с моим ботинком, вспарывая мягкий грунт, отчего в разные стороны полетела вырванная с корнем трава.

− Терни! − выкрикнул Ветров младший, и мальчишки, похожие на отринувших котов, брызнули в разные стороны.

Ровно в момент их на загляденье бесподобного прыжка диск потух. Провисев мгнове-ние, он камнем сорвался вниз, точно угодив мне в лоб, и отскочил в руки. Морщась, я растерла ушибленное место, от силы удара перед глазами поплыли желтые круги.

Пауза была достойна любых театральных подмостков, даже Большого Театра перед кре-постью Магического совета в центре Ветиха. Мои соперники не просто вытаращились, они да-же рты открыли от изумления.

− Парни, − тут до меня стало доходить, − это, получается, я только что у вас выиграла деньги?!

На радостях я потрясла заснувшим диском над головой, и он злобно вспыхнул, заставляя испуганно ойкнуть.

− Она мухлевала! − с возмущением ткнул в меня пальцем Пересвет. Вероятно, он даже не мог помыслить, что обычная девчонка, не напрягаясь, оставила двух аггелов с носом.

− Определенно! − негодующе фыркнул Стриж. − Победа не засчитывается!

Они медленно наступали, как будто хотели меня поколотить. Я испуганно закрутила го-ловой, подозревая, что народная аггеловская забава заключалась как раз не в ловле боевого бу-меранга, а в последующем избиении победителя.

− Да, вам просто денег жалко! − расхрабрилась я, уперев руки в бока.

− А сколько на кону? − донесся с крылечка голос Ратмира.

Сердце подло екнуло, но я с нарочитой ленцой оглянулась, демонстрируя совершенное безразличие. Пусть умник не думает, будто обида за вчерашнее оскорбление прошла! Хотя, положа руку на сердце, конечно, сильно померкла, ведь у меня никогда не получалось долго злиться.

На лестнице, облокотившись о перила, стоял Ветров старший и, вероятно, уже давно следил за ходом игры.

− Веда ставит двенадцать целковых! − заявил Стриж с вызовом, покосившись в мою сторону.

− С чего бы? − огрызнулась я, похожая на драчливого невероятно глупого воробья, ки-давшегося на сильных ястребов. − Вы проиграли!

− Идет, − бесцеремонно заявил Ратмир, с легкостью вступая в торг. Он вытащил из кар-мана купюру и положил на перила, а чтобы не унес ветер, сверху придавил пирамидкой поставленных Пересветом монеток. Приятели (предатели нечастные) ничуть не возражали против богатенького игрока, только уважительно присвистнули.

Всего на секунду, пока Ратмир стягивал через голову свитер, оставаясь в футболке, я за-мялась, а потом извинительно улыбнулась:

− Ну, у вас есть третий игрок, я пойду…

− Ты куда? − мужчина ловко перехватил меня за локоть, заставляя повернуть обратно.

− Я на хвосты наступаю, − пробормотала я, непроизвольно заливаясь краской, и выдер-нула руку.

− У меня нет хвоста, − ответил тот, усмехнувшись. В черных глазах с желтыми ободка-ми появилось странное выражение, которое мне бы не удалось разгадать и на картах. И опять этот проклятый кожаный браслет, закрывавший запястье и отчего-то очень сильно меня волно-вавший! Я сглотнула внезапно пересохшее горло настолько громко, что услышали, наверное, и на соседней ферме. Слава богу, никто не мог подслушать моих похабных мыслей!

− Зато у Пересвета есть, − заупрямилась я, с тоской покосившись на входную дверь в дом с аккуратным окошечком, изнутри задернутым клетчатой занавеской.

− Я подберу его, − включаясь в непонятную мне игру, пообещал парень, и гладкий хвост мгновенно обернулся вокруг его шеи, складываясь змеиными кольцами. Как ни странно, но подобное зрелище на второй день пребывания в гостях у аггелов перестало меня доводить до нервной икоты.

Я помолчала, отчаянно борясь с соблазном остаться и побыть всего пару минуток чуть поближе к ершистому совершенно непонятному Ратмиру, и, не устояв, заявила, будто сделала огромное одолжение:

− И победа в первом раунде засчитывается!

− Это не меркантильность, − в притворном расстройстве покачал головой Стриж, обра-щаясь к Пересвету, − это уже натуральная корысть.