Память льда. Том 2 - Стивен Эриксон

— И это ещё мягко сказано, Владыка, — проворчал Скворец и на некоторое время замолчал, тяжело вздыхая. — Что снова приводит нас к Ганосу Парану и Дому Цепей. Хорошо, я могу понять, почему ты хочешь, чтобы он отказом сломал гамбит Увечного бога. Однако должен предупредить, Паран плохо умеет подчиняться приказам.

— Тогда будем надеяться, что он понимает, какой выбор мудрее. Ты мог бы дать ему совет от нашего имени.

— Я попытаюсь.

— Скажи мне, Скворец, — сказал Рейк уже другим тоном, — тебе никогда не казалось, что река звучит тревожно?

Малазанец нахмурился.

— Наоборот, я нахожу её успокаивающей.

— Ах, это и указывает на существенное различие между нами.

Между смертными и бессмертными? Храни меня Беру… Аномандр Рейк, я точно знаю, что тебе нужно.

— У меня есть небольшой бочонок алчбинского эля, Владыка. Если ты не против подождать, я его принесу.

— Разумный план, Скворец.

И к рассвету ты обнаружишь, что голос реки умиротворяет.

Малазанец развернулся и направился обратно к лагерю. Когда Скворец приблизился к первому ряду палаток, он остановился и оглянулся, чтобы посмотреть на неподвижную фигуру, возвышавшуюся над травянистым склоном вдали.

Клинок Драгнипур был привязан поперёк спины Аномандра Рейка, свисая как вытянутый крест, окружённый своим собственным дыханием сверхъестественной тьмы.

Увы, не думаю, что тут хватит алчбинского эля…

— И каким Путём ты для этого воспользуешься?

Быстрый Бен разглядывал трупы и осыпавшиеся с городских стен камни, покрытые застывшей кровью. В проломе были видны сигнальные огни, дым окутывал ночное небо над тёмными, казалось бы, безжизненными, строениями.

— Наверное, Рашан, — сказал он.

— Тень. Мне стоило догадаться, — Таламандас забрался на вершину горы трупов и повернулся, чтобы посмотреть на чародея. — Отправляемся дальше?

Быстрый Бен открыл Путь, туго сплёл, обернул вокруг себя. Чародейство окутало его тенью. Таламандас хихикнул и подошёл.

— В этот раз я поеду у тебя на плече, ладно?

— Если настаиваешь, — проворчал чародей.

— Ты почти не оставляешь мне выбора. Ты проявляешь великое мастерство, открывая Путь перед собой и сразу закрывая его сзади, но это не оставляет мне пространства для манёвра. Кроме того, я вообще не понимаю, зачем нам сейчас возиться с Путями.

— Мне нужно практиковаться. Кроме того, я ненавижу обращать на себя внимание, — Быстрый Бен указал на плечо. — Все на борт.

Чучелко забралось по ноге чародея, оттолкнулось палочками от его пояса и вскарабкалось вверх по плащу Быстрого Бена. Усевшись на левом плече, Таламандас оказался почти невесом. Пальцы-веточки сомкнулись на воротнике.

— Пару кувырков я переживу, — сказала фигурка, — но не вводи это в привычку.

Быстрый Бен отправился вперёд, проскользнул через дыру в стене. Костры отбрасывали сквозь тень одинокие проблески света, создавая случайные очертания тела чародея. Насыщенная тень, идущая сквозь освещённую кострами местность, была бы заметной, он же сосредоточился на том, чтобы слиться с окружением.

Огонь, дым и прах. Из разрушенных зданий доносились смутные стоны, в паре кварталов отсюда звучали траурные песнопения баргастов.

— Паннионцев и след простыл, — прошептал Таламандас. — Тогда зачем мы скрываемся?

— Такова моя природа. Осторожность — залог здоровья. А теперь помолчи.

Он ступил на улицу, вдоль которой раскинулись даруджийские усадьбы. С других улиц племена Белолицых старательно убрали трупы — но не здесь. Бесчисленное количество тел паннионских солдат, множество свалено в кучу у одного поместья, ворота которого напоминали окроплённую подсохшей кровью пасть. По обе стороны от них протянулись низкие стены, там возвышались тёмные, неподвижные фигуры, по всей видимости, охрана.

Присев у подножия другого дома в шестидесяти шагах от них, Быстрый Бен пристально разглядывал фигуры. В воздухе ещё висел горький запах колдовства. Внезапно, узнав кого-то, Таламандас презрительно зашипел.

— Некроманты! Те самые, что вырвали меня из кургана!

— Я думал, они уже не представляют для тебя угрозы, — прошептал Быстрый Бен.

— Не представляют, но это не умаляет ни моей ненависти, ни отвращения.

— Очень жаль, ведь я собираюсь с ними поговорить.

— Зачем?

— Оценить их, зачем ещё?

— Это глупо, чародей. Кем бы они ни были, добра от них не жди.

— А от меня? Дай-ка подумать.

— Ты ни за что не проскользнёшь мимо неупокоенных стражей.

— Когда я прошу дать мне подумать, я имею в виду — заткнись.

Ворча и ворочаясь на плече Быстрого Бена, Таламандас неохотно замолчал.

— Для этого потребуется другой Путь, — наконец сказал чародей. — Выбор у нас: Путь Худа или Арал Гамелон…

— Арал что? Никогда о таком не слышал…

— Демонический. Большинство заклинателей, которые вызывают демонов, открывают порталы в Гамелон, хотя многие из них и не догадываются о нём или, по крайней мере, о его настоящем названии. Конечно, демонов можно найти и на других Путях, к примеру, апторов из Тени. Но любимые демоны Империи, корвалахраи и галайны, происходят из Гамелона. В любом случае, если меня не подводит чутьё, в том доме присутствуют оба вида некромантии. Ты ведь говорил, что их было двое, да?

— Ага. И два вида безумия.

— Звучит интересно.

— Это каприз! Неужели тебя ничему не научило множество твоих душ, чародей? Капризы, прихоти — это смерть. Сделай что-то из чистого любопытства, и это что-то сомкнётся на твоём горле как волчья пасть. И даже если тебе удастся спастись, ужас будет вечно преследовать тебя.

— Ты слишком много говоришь, куколка. Я уже принял решение. Пора выдвигаться. — Он закрыл Путь Рашан и зашагал вперёд.

— Мы роем себе могилу! — прошипел Таламандас.

— О да, Путь Худа. Знакомое место тебя успокаивает? Этот Путь куда безопаснее, ведь именно Худ благословил тебя, не так ли?

— Не утешает!

Ничего удивительного, решил Быстрый Бен, изучая изменения вокруг. В этом городе взбунтовалась сама смерть. Улицы заполонили души, запертые в бесконечном повторе последних мгновений своей жизни. Воздух был наполнен визгом, плачем, лязгом оружия, грохотом осыпающегося камня и удушающим дымом. В нижнем слое находилось бесчисленное количество других смертей — они покрывали всё, как снег после метели — везде, где ступала нога человека. Поколение за поколением.

Тем не менее Быстрый Бен вскоре понял, что это были лишь отголоски, призраки душ.

— Боги, — прошептал он, внезапно осознав всё. — Это лишь воспоминания — память камней, строений и улиц. Воспоминания, витающие в воздухе. Все эти души ушли через врата Худа.

Таламандас неподвижно сидел на его плече.

— Ты прав, чародей, — прошептал он. — Что здесь произошло? Кто забрал всех этих мертвецов?

— Забрал, да, под своё крыло. Их всех благословили, прекратили их муки. Думаешь это работа Совета Масок?

Деревянный человечек пренебрежительно фыркнул:

— Этих глупцов? Вряд ли.

Некоторое время Быстрый Бен ничего не говорил, затем воздохнул:

— Кто знает, может, Капастан ещё удастся восстановить. Я не думал, что это осуществимо. Стоит ли нам идти среди призраков?

— А нужно нам вообще идти?

Ничего не ответив, Быстрый Бен направился вперёд. Неупокоенные стражи — провидомины и урдомы — выделялись на Пути Худа двумя тёмными мазками. Но в царстве, по которому сейчас ступал маг, он был для них невидим. Один из двух некромантов внутри дома перестал быть угрозой.

Единственная опасность заключалась в том, что другой — призыватель — мог выпустить на защиту поместья демонов.

Быстрый Бен миновал ворота. Внутренний двор поместья был очищен от трупов, хотя запёкшаяся кровь ещё виднелась кое-где на плитах.

Пальцы-веточки крепко сжали его плечо.

— Я чую…

В тени каменной притолоки над парадным входом сидел, пригнувшись, демон — сиринт. Заворчав, мощная туша сдвинулась с порога, так что демона стало можно разглядеть целиком. Покрытая складками жабья кожа, растопыренные конечности, широкая опущенная голова, состоящая в основном из челюстей и клыков. Сиринты весили больше, чем самец бхедерина. Тем не менее они могли молниеносно передвигаться короткими скачками.

И такого скачка ему вполне хватило, чтобы добраться до Быстрого Бена и Таламандаса.

Деревянная фигурка взвизгнула.

Быстрый Бен ловко отступил в сторону, открывая ещё один Путь, наложенный поверх пути Худа. Шагнув назад, чародей вошёл в портал, где жар растекался подобно жидкости, а воздух был наполнен сухим янтарным светом.

Сиринт ворвался за ними, но моментально плюхнулся на живот внутри Арал Гамелона.