Гостиница с характером - Кэлин Джозефсон

стояла моя жизнь, и я должен на сто процентов задействовать все свои способности, как физические, так и магические, если надеялся победить.

– У нас получится, – сказал я. – Вместе мы справимся.

Улыбка Анны стала подтверждением моих слов.

Глава 22

Колин

Утро перед вечеринкой прошло за украшением дома, что, с одной стороны, казалось бессмысленным занятием в преддверии смертельного противостояния с Фином, а с другой – отвлекало меня от мыслей о нём. Подготовка в основном была закончена, оставалось лишь доделать кое-что по мелочи, и в этом принимали участие все, даже Макс, сменивший шляпу на печной трубе на чёрный ведьмовской колпак.

По пути на кухню мы обогнали пару гостей, уже нарядившихся в костюмы. Один предстал весьма правдоподобным вампиром, а на его друге был костюм оборотня, почти идентичный тому, который напал на меня в магазине Симуса, поэтому я на всякий случай не сводил с них глаз, пока они не скрылись из виду.

Супруги Андраде были в одинаковых масках ворон, а Дилара, подруга Роуз, пришла в образе цветочной клумбы. Элис, ведьма из мотеля, надела простую чёрную маскарадную маску, зато её кожа переливалась заколдованными татуировками в виде падающих крошечных осенних листьев и чашки чая, пар над которой принимал форму привидений.

На кухне бурлила жизнь и лилась ирландская музыка. Все свободные поверхности были заставлены всевозможными блюдами – от тыквенных пирогов только что из духовки до домашних зефирок в виде скелетов и кельтских узлов. Нора и Рой, облачённые в фартуки, которые совершенно не спасали их одежду, носились туда-сюда. Роуз наливала масло в сковородки.

Анна взяла с тарелки пирожное, разломила и отдала половинку мне. В воздухе аппетитно запахло апельсином.

– Они зачарованные, – пояснила она. – Их испекла Дилара, они должны защитить всех, кто их съест, от злых духов. – Она подняла свою половинку и торжественно сказала, будто произносит тост: – Чтобы нас не захватили злые духи.

Я криво улыбнулся и взмахнул своим кусочком:

– Чтобы всё благополучно закончилось.

– Что-то не так? – спросила Анна с полным ртом.

Я прислонился к столу.

– Я всё думаю о Лиаме. Прошло уже больше двух недель, и если Фин всё это время был в Потустороннем мире, а Кэйден – в Уике, то где тогда он?

– Это действительно странно, – согласилась Анна и поморщилась. – Прости, я понимаю, что от моих слов не легче.

На самом деле мне стало чуточку легче, потому что я устал от пустых обещаний и дежурных фраз, что всё будет хорошо.

– Нет, спасибо за честность, – сказал я, и она удивлённо моргнула. – Правда всегда лучше. Я предпочитаю голые факты, они не дают мне потерять почву под ногами. И ты никогда мне не врёшь, в отличие от большинства людей в моей жизни.

Ответом стала её ослепительная улыбка, и я, чувствуя себя немного увереннее, занялся своей половинкой пирожного.

Остаток дня пролетел за выполнением нескончаемого списка поручений – начиная с декора и заканчивая встречей припозднившихся гостей и заверениями их, что слухи о привидениях в гостинице сильно преувеличены. Но как оказалось, не абсолютно лживы: Анна призналась, что на чердаке действительно обитает призрак, которого бабушка могла бы отправить в мир иной, если бы не категорический запрет дома.

Солнце начало садиться, дела по хозяйству постепенно подходили к концу. Анна нашла меня, когда я относил тарелки с печеньем в бальный зал, и увела к Элейн и Максу, которые ждали нас у «Чарджера».

Я замедлил шаг, размышляя, чего ожидать.

– У меня появилась идея, – сказала Анна. – Ты сам сказал, что предпочитаешь голые факты и правду, и я вижу, как тебе тяжело, потому что ты не знаешь, что с Лиамом. И я подумала… если хочешь… ну, тётя Элейн умеет говорить с духами. Если Лиам… если его больше нет, она может попробовать с ним связаться.

Я едва не выпалил «да», но засомневался, что готов получить однозначный ответ на этот вопрос. Так у меня ещё оставалась надежда, что Лиам вернётся, но если Элейн свяжется с его духом…

Но отказаться я тоже не мог. Незнание было ещё хуже.

– Давайте, – кивнул я.

Когда мы сели в «Чарджер», Элейн объяснила:

– Всегда проще связываться через объект, которым человек регулярно пользовался. Анна сказала, что твой брат часто чинил эту машину, поэтому она подойдёт идеально.

Я провёл рукой по рулю:

– А как мы узнаем, что…

– …что я с ним связалась? – Элейн установила на приборную доску две свечки. – Он проявится в форме призрака. Вроде тех, которые появились здесь в ночь твоего приезда. – Она зажгла свечи и повернулась ко мне. Анна наклонилась к нам с заднего сиденья и почесала за ушами Макса, разлёгшегося у меня на плечах. Его шерсть грела мне шею, и я постарался сконцентрироваться на этом ощущении.

– Ты уверен? – спросила Анна. – Ты не обязан это делать.

– Я знаю, – тихо отозвался я. – Но мне это нужно.

Элейн положила руку поверх моей, закрыла глаза и что-то невнятно пробормотала на ирландском. Пламя свечей затрепетало под невидимым ветром, деревья снаружи закачались. Макс насторожённо за всем этим наблюдал, готовый в любой момент трансформироваться. Я уже узнал достаточно, чтобы понимать: если Лиам мёртв, не факт, что он расскажет, как это произошло: он вполне мог быть в ярости и отказаться с нами говорить. К тому же, как и во время любого сеанса вызова духа, существует опасность, что за ним потянутся другие души, особенно сегодня, в Самайн.

– Покажись! – командным тоном приказала Элейн.

Воздух в машине сгустился. Деревья снаружи застонали. Макс сильнее прижался к моей шее.

– Покажись! – повторила Элейн. И снова, в третий раз: – Покажись!

Воздух между нами будто разрезала молния, затем в нём проявилась бледная рука и один зелёный глаз. Вокруг них возникла дымка, которая закрутилась вихрем, и в каждый поворот в ней проявлялась новая часть тела. Окровавленное плечо. Рваная одежда. Ссадина на лбу.

Наконец появилось лицо Лиама. У него был совершенно дикий взгляд, рот открыт в немом крике. Я позвал его по имени и потянулся к нему, но мои руки прошили дымку насквозь. Она закрутилась и выскользнула из салона. В увядающем свете снова возник Лиам, на этот раз целиком. Он мигнул, проявившись в шаге от машины, затем в десяти, в трёх, а потом вплотную, протягивая ко мне руку.

Я дёрнулся к нему, но Макс громко зашипел, и Элейн оттащила меня