Надежда узника - Дэвид Файнток

Я недовольно скривился:

– Адмирал лучше знает, когда выходить со мной на связь. Кто здесь оставлен главным?

– Лейтенант Трапп, сэр. Он сейчас наверху.

– Я поговорю с ним.

– Мистер Энтон, – спешно вмешался Алекс, – не могли бы вы вызвать лейтенанта Траппа сюда?

– Не вмешивайся не в свое дело! – прикрикнул я на него.

– Я думал… вы же… – залепетал Алекс, краснея.

Но Энтон уже нажал кнопку, вызвав Траппа. Очевидно, моя маска и баллон в руках Алекса были красноречивее слов.

– Вы что-нибудь слышали о моей жене? – спросил я Энтона.

– Она была в центре?

– Не знаю. Жили мы недалеко от центра.

– К сожалению, ничего не слышал, сэр. Появился лейтенант Трапп, отдал честь и обратился ко мне:

– Адмирал Де Марне уже говорил мне, что вы останетесь здесь единственным капитаном, сэр. Рад видеть вас снова.

– Снова? – удивился я.

– Так точно, сэр. Я видел вас в тактическом классе, когда вы заходили к мистеру Хольцеру.

– А… – протянул я. Об этом случае мне вспоминать не хотелось. – Какое у вас задание?

– Мы записываем доклады и переговоры. Можете взглянуть, аппаратура по-прежнему в тактическом классе…

– Хорошо. – Не обращая внимания на увещевания Алекса, я пошел за Траппом по лестнице. Правда, на полпути мне пришлось остановиться для отдыха.

В классе тактики Трапп комментировал, показывая на экран:

– Вот здесь, на этой орбите, «Вестра» с адмиралом.

– Какая глупость. Зачем он рискует? – Конечно, подвергать себя ненужному риску нехорошо, но было бы гораздо хуже, если б адмирал командовал из более безопасного места, например с орбитальной станции или из Сентралтауна. Вдруг до меня дошло, что я сказал. Ужаснувшись, я поспешно добавил:

– Правильно он, конечно, делает. Пожалуйста, не обращайте внимания на мое дурацкое замечание.

– Есть, сэр.

Если «Вестра» погибнет, кто займет место Де Марне? С отлетом капитана Форби на станцию на планете остался единственный капитан – я. Значит, пока существует опасность, надо почаще заглядывать в Адмиралтейство.

– Наш флот разделен на две эскадры, – продолжал рассказывать лейтенант Трапп. – Одна эскадра защищает орбитальную станцию, а другая прикрывает Сентралтаун.

– Рыбы появляются?

– Нет, сэр. Вот уже двое суток их не видно. Сэр, каков ваш прогноз?

– Затрудняюсь ответить.

– Если рыбы уничтожат все корабли, что тогда будет с Сентралтауном? Что будет с Надеждой?

– Хватит, лейтенант, – оборвал его я. – Будем выполнять свой долг до конца. – Я сел, подождал, пока прошла слабость. – Сколько на станции капитанов? – Это важно. Ведь в случае гибели адмирала его место займет старший из капитанов. Кроме Де Марне на Надежде был только один адмирал, Джеффри Тремэн, которого я застрелил на дуэли.

– Мистер Тенер, сэр, – ответил Трапп. – Он лежит в лазарете станции.

– И все? Остальные на кораблях?

– Или погибли.

– Так. – Значит, мне нельзя покидать Адмиралтейство. Впрочем, нет, нужно найти Анни. Проклятье! Невозможно одновременно сделать и то и другое! А зачем мне шататься по Сентралтауну в маске? Я должен быть здесь, а Анни быстрее найдут другие. С другой стороны, она моя жена. – Мистер Трапп!

– Слушаю, сэр?

– Моя рация будет постоянно включена. Докладывайте мне обо всем немедленно. Я отправляюсь на поиски жены.

К выходу я спустился с большим трудом, весь взмокший, но заставил себя выйти из здания без посторонней помощи. Алекс шел следом.

– Электромобиль уже здесь, сэр, – доложил он.

Из последних сил я спустился по ступенькам. Как же все-таки трудно без маски! Я молча взял ее из рук Алекса, нацепил на нос. Он же довел меня до электромобиля.

Я сидел на заднем сиденье и глубоко вдыхал лечебные пары. Каждый вздох давался с трудом.

Толливеру пришлось больше часа пробираться по разрушенным улицам к району, где я снимал квартиру. Рядом с Толливером на переднем сиденье дремал Алекс, положив под голову перевязанную руку. Я с болью смотрел на разрушенные дома с выбитыми стеклами, сорванными крышами. Может быть, все-таки мой дом пострадал меньше?

Мы повернули к югу, где разрушения были менее катастрофическими. Наконец вырулили на улицу, где находился мой дом. Кое-где он ощетинился расщепленными досками, часть кровли была содрана, несколько оконных рам вывернулись из проемов, но в общем дом выглядел не слишком поврежденным.

Главное, он не обрушился, выстоял.

– Я сбегаю внутрь, сэр, – предложил Толливер.

– Нет. – Я начал открывать дверь, но это почему-то не получалось.

– У вас мало сил…

– Закрой рот, – приказал я.

Алекс вывел меня из машины. Тяжело дыша, я доплелся до крыльца, приложил к считывающему устройству замка большой палец. Знакомого щелчка не было. Ну что ж, просто нет напряжения, решил я и начал стучать в дверь.

Никто не открывал.

Подошел Толливер, не забыв прихватить с собой рацию.

– Окна разбиты, – хмуро произнес он.

– Можете залезть? – спросил я.

– Туда мог залезть любой, – пробурчал Толливер. Я едва удержался от резкого замечания.

– Залезьте и откройте мне дверь. В этот момент в рации раздался щелчок, а затем голос:

– Капитан Сифорт? Толливер протянул мне рацию.

– Слушаю, – сказал я в микрофон.

– Говорит лейтенант Трапп из Адмиралтейства. Вы просили докладывать обо всем… Так вот, с орбитальной станции спускается шаттл с курьером.

– Каким курьером? – От вида полуразрушенного дома я плохо соображал.

– С гардемарином, сэр. Он доставит вам сообщение.

– Хорошо. Скоро вернусь.

Вскоре Толливер открыл дверь. Осмотрев квартиру, я понял, что Анни собиралась в большой спешке. Выдвижные ящики были выброшены из шкафов и тумбочек на пол, в беспорядке валялись бумаги и вещи. Наконец я догадался, что все это – результат «обыска» воров.

Но тогда почему они оставили вещи? Значит, воров не было.

Но где же Анни?

Как-то вдруг сразу устав, я упал на диван, тоскливо смотрел в выбитое окно. Смеркалось.

– Вернемся в клинику, сэр? – спросил Алекс.

– В Адмиралтейство, – приказал я.

– Но ведь вы обещали к семи часам…

– В Адмиралтейство, – упрямо повторил я. Меня довели до электромобиля. Там я долго не мог отдышаться.

– Можете подбросить меня до госпиталя? – неуверенно попросил Алекс.

– Он закрыт, Алекс.

– Но там остались мои вещи…

– Ладно.

Я кивнул Толливеру, и тот повез нас в госпиталь. Через несколько кварталов началась зона страшных разрушений. Толливеру приходилось объезжать поваленные деревья, рассроченные машины, обломки домов. Кое-где встречались останки человеческих тел.

По некоторым улицам было невозможно проехать. Их пришлось объезжать кругом. Толливер тихо проклинал непролазные завалы. Наконец развалин стало меньше, мы выехали к парку.

– Ты куда?! – воскликнул я.

– Так мы быстрее доберемся до…

– На машинах в парке ездить нельзя! – оборвал я.

Толливер ударил по тормозам. Даже Алекс изумленно вытаращился на меня. Я понял, что сморозил глупость, и пробормотал:

– Ладно.

– Может быть, сами сядете за руль, сэр? – язвительно предложил мне Толливер.

– Я же сказал! Едем через парк! – вспылил я.

Толливер с нескрываемым презрением покачал головой, включил двигатель. Ехать по холмистому парку оказалось легче, чем по плоским, но заваленным руинами улицам. Правда, и тут хватало вывороченных с корнем деревьев.

За парком через несколько кварталов должен был быть госпиталь. Мне вспомнилось, как всего несколько недель назад мы с Анни прогуливались здесь, а потом зашли в кафедральный собор.

Парк кончился, снова перед нами предстала зловещая картина сплошных разрушений.

Вместо госпиталя лежала огромная груда камней. С лица земли были стерты вся деловая часть города, все государственные здания. Слава богу, я забрал Алекса из госпиталя вовремя.

– Господи, даже стены упали, – пробормотал Толливер, выключая двигатель.

– Если бы я там остался… – Алекс ударил кулаком по сиденью.

– То был бы трупом, – закончил за него фразу Толливер.

– Мои вещи… одежда… – ошарашено бормотал Алекс.

– При чем здесь одежда? Там люди погибли! – рявкнул Толливер.

– Я потерял все. Теперь ни вещей, ни ночлега…

– Будешь жить у меня, – прохрипел я.

– Где у вас? Я и сам не знал.

– Толливер, в Адмиралтейство, – приказал я.

– Вы обещали явиться в клинику, – напомнил Толливер.

– Молчать, гардемарин!

Он выполнил мой приказ. Наступила блаженная тишина.

13

Послышался гул спускающегося шаттла. Я сидел в Адмиралтействе, ждал гардемарина и от нетерпения барабанил пальцами по компьютерному столику.

– Что он там копается? – проворчал я.

– Я схожу к шаттлу, выясню, в чем дело, – вскочил Алекс.

– Не надо. – Чтобы хоть чем-то заняться, я сосредоточился на дыхании.