Сплетающие сеть - Виталий Гладкий

До самого вечера.

Глава 27

Я долго не мог уснуть – маялся: ходил по горнице с угла в угол, пил чай и успокаивающий напиток из засушенных трав, которые уже не помню когда принесла мне мудрая бабка Дарья, пытался читать и даже занимался китайской гимнастикой, располагающей к расслаблению организма. И все это помогло мне как мертвому припарки.

Забылся я далеко за полночь. Мой сон был тревожным и чутким.

Я проснулся мгновенно – будто и не спал. За оком едва проклюнулся рассвет, окрасивший в серый цвет тонкую линию на горизонте. Было раннее утро. Весь напряженный, как струна, я вслушивался в тишину, царившую над деревней.

Кто-то шастал по подворью. Нет, я не слышал шагов, но мог поручиться головой, что возле избы происходят какие-то события.

Предчувствие, так называется это состояние. Оно сродни предвидению, только первое срабатывает за несколько мгновений до появления опасности, а второе работает на более длительную перспективу.

Я не ошибся: сначала под самыми окнами раздался шорох, а затем кто-то тихо и дробно постучал в стекло.

Меня будто вымело из постели. В один момент я схватил заряженное ружье и выскочил в сенцы.

– Кто? – Я спросил очень тихо, но меня услышали.

– Это я, Каролина… – раздалось за дверью.

Дура! Ну какая дура! Расхаживать возле моей избы, когда за нею денно и нощно смотрят столько нехороших глаз…

Нет, женщин понять невозможно. Нужно просто не иметь головы на плечах, чтобы поступить таким образом. Неужели Каролина не понимает, чем могут закончиться ее ночные путешествия? Интересно, какую сейчас она придумает причину очередного своеволия?

Я отодвинул засов.

– Входи! – буркнул я гневно и поторопился закрыть дверь.

Каролина мелькнула мимо меня тенью и растворилась во мраке горницы. Я последовал за нею.

– Какого черта ты бродишь по ночам!? – не сдержал я эмоций.

– Иво, миленький, прости! Там… там мыши!

– Что-о-о!? Какие мыши, где? – Я опешил.

– В погребе. Понимаешь, я сплю, а она, подлая, прямо на лицо… бр-р! Я едва с ума не сошла. Думала, умру от разрыва сердца. Уж не помню, как выскочила наружу. Иво, я очень боюсь мышей… Прости меня, ладно.

Ну, пожалуйста! Я боюсь…

В ее голосе звучала мольба. Глаз девушки я не видел, только светлый овал лица, но почему-то был уверен, что они были круглыми от страха как пятаки.

Ах, эти женщины… Поди, пойми их. Временами они способны просто на эпические подвиги, а иногда, как в случае с Каролиной, до смерти пугаются крохотной безвредной зверушки.

– Тебе нельзя быть здесь, – сказал я, понемногу оттаивая.

– Но куда я пойду?

– Обратно. И чем скорее, тем лучше.

– Нет! Только не в погреб! Пока в нем мыши, я не смогу быть там ни минуты. Честное слово! Я не обманываю, Иво…

– Ладно, я решу эту проблему… чуть позже.

У меня совершенно не было желания среди ночи заниматься охотой на мышей. Бред сумасшедшего – играть роль кота, когда добрые люди досматривают третий сон.

– Пока не рассвело, попьем чаю, перекусим, – ты, наверное, проголодалась с испугу? – а потом примемся за дело, – сказал я, протирая слипающиеся глаза.

Возбуждение, вызванное внезапным приходом Каролины, прошло, и меня вдруг неудержимо потянуло на сон. Нужно было как-то взбодриться, и я, не зажигая света, начал хлопотать возле плиты, при этом двигаясь будто сомнамбула.

Мы закончили чаепитие, когда начала заниматься заря. На дворе опасно посветлело, и я, скрепив сердце, решился, наконец, спровадить Каролину в ее убежище. Что было весьма нелегкой задачей – от благодарности за мое гостеприимство, она прямо излучала женское тепло и немыслимое обаяние. Девушка была податлива, как воск, и соглашалась со мной во всем.

Ах, если бы!.. М-да… Мечтать не вредно.

В дверь постучали громко и требовательно. У меня даже сердце екнуло. Ну, все, приехали… Но тут же голос Зосимы восстановил мое душевное равновесие:

– Иво, это я…

– Ты чего это с утра пораньше!? – спросил я возмущенно, открывая дверь. – Бессонница замучила? Или похмелиться захотел?

– Дык, это… – Зосима смотрел на меня совершенно безумными глазами.

– Что случилось!?

Объяснение столь раннего визита пришло моментально: Зосиму отшвырнули в сторону, и на пороге появился человек в камуфляже. В руках он держал пистолет, направленный точно мне в грудь.

– Не шуми, – сказал он внушительно. – Подними руки, чтобы я видел их, и топай в избу. Только не делай резких движений – буду стрелять без предупреждения.

Я поверил ему сразу и бесповоротно. Тем более что за его спиной маячила еще одна массивная фигура, и тоже со стволом в руках. Момент, когда я мог бы что-то предпринять, был безнадежно упущен, и мне не оставалось ничего иного, как покориться своей участи. Интересно, какой именно?

В избе никого не было. Неужели Каролина испарилась? А что, с нее станется. Я уже дошел до такой кондиции, что мог запросто поверить в мистические чудеса. Например, в то, что она ведьма. Которая использовала вместо помела мотодельтаплан.

Когда я обернулся, в горнице уже находились Зосима, два парня в камуфляже и… я глазам не поверил – Пал Палыч! Он стоял с гордо поднятой головой, как декабрист перед казнью.

Что касается Зосимы, то он представлял собой жалкое зрелище: плечи опущенные, лицо помятое, а в несчастных глазах дрожали слезы. Похоже, он считал себя предателем.

Бедный старик… Никого ты не предавал. Тебе ли тягаться с этими хитрованами. Они поступили, как должно – использовали тебя в качестве живца. Знали наверняка, что я чужому не открою. А под дулом пистолета иногда совершаешь такое, что в обыденной жизни и представить себе не можешь.

– Успокойся, Зосима, все нормально, – подбодрил я своего приятеля.

– Дык, я тут ни при чем. Это они…

– Все. Забудь. Кто вы такие и что вам нужно? – резко спросил я незваных гостей.

У меня еще теплилась слабая надежда, что эти парни принадлежат к какой-нибудь государственной структуре.

– Кто мы такие, скоро узнаешь, – отрезал один из них, повыше, с резкими чертами ястребиного лица. – А вот что нам нужно… Где девка?

В груди у меня все оборвалось. Неужели Ильхан существует на самом деле? И это его люди? Ах, как скверно… Хуже не придумаешь. Лучше попасть в лапы хищников, нежели к этим отморозкам.

У них разговор короткий – утюг на живот или свинцовый горох на закуску. Черт побери! Надо же так влипнуть…

– Какая девка? – Я прикинулся валенком.

– Шутник… – покривился второй, плосколицый и мохнатый, как обезьяна; кудрявые рыжие волосы выползли из-под распахнутого ворота куртки и окольцевали толстую шею. – Люблю шутников… – Он нехорошо ухмыльнулся.

– Значит, темнишь… – Его напарник хищно оскалился. – Ну-ка, все в угол! Быстро! Повернитесь лицом к стене!

Мы сгрудились в углу. Высокий держал нас под прицелом, а мохнатый начал обыскивать избу.

Значит, все-таки Каролину засекли. Выследили, чтобы им пусто было. А ведь я предупреждал… Увы. Но где же девушка?

Ответ пришел одновременно с этой мыслью.

– Вылезай! – раздался торжествующий голос мохнатого. – Мать твою, она кусается! Еще раз так сделаешь, зубы выбью.

Я повернул голову. Каролина пряталась под кроватью, и теперь мордоворот вытаскивал ее оттуда за руку.

Девушка отчаянно упиралась, но грубая сила одолела отчаяние, и ее выдернули из-под кровати как морковку.

– Ну-ка, ну-ка… – Парень с ястребиным лицом не скрывал радости; он осмотрел Каролину с головы до ног и цинично ухмыльнулся. – Давно не виделись…

– Сволочи! – с ненавистью сказала Каролина. – А ты, Ренат, – обернулась она к мохнатому, – еще получишь свое.

– Ой, напугала… – Ренат шутливо отскочил назад. – Ваха, слышь, нас берут на понт. Совсем оборзела. Дай я ей пасть порву. Она давно это заслужила. – Он сделал короткий замах, намереваясь ударить Каролину по лицу.

– Попридержи поганки! – прикрикнул на него Ваха, закрывая собой девушку. – Забыл наказ босса? То-то.

– Помню, – разочарованно буркнул Ренат. – Везет же сучке…

– Ты меньше разговаривай, а больше делай, – назидательно сказал Ренат; похоже, он был старшим. – Зови остальных. Нужно прояснить еще один вопрос…

Пока они препирались, я оглядел свою бравую команду. Зосима немного приободрился и бросал косые взгляды на ружье, которое я повесил на крюк.

Мне его мысли были понятны. Нет, милый друг, не успеешь. Эти парни битые, их на мякине не проведешь.

Шлепнут на месте без особых раздумий.

Пал Палыч по-прежнему пребывал в каком-то ступоре. Я бы не сказал, что он отчаянно трусил, отнюдь.

Просто Пал Палыч, как мне показалось, уже распрощался с жизнью, и, будучи достаточно цельной натурой, приготовился встретить смерть достойно. Видимо, он думал, что парни явились по его душу. Похоже, Пал Палыч здорово кому-то насолил.

– Лады, – ответил Ренат. – Я пошел.

Но выйти он не успел. Послышались чьи-то шаги и в дверь постучали. Доступ к телу продолжается, подумал я с горечью, но рот не раскрыл, так как Ваха зашипел ползучим гадом: