Заяабари (походный роман) - Андрей Сидоренко

Среди бурят раньше в особом почете были кузнецы. Они считались избранниками неба, и кузнечного происхождения — дархан утха — вполне достаточно, чтобы начать карьеру шамана.

Менее предпочтительно было спущенное с неба происхождение — буудал утха. Его приобретал тот, кому посчастливилось найти метеорит, который считался священным камнем. Метеориты — это пуговицы с одежды небесного божества Эсэгэ Малана Тэнгри или его жены Эхэ Юурэн.

У простых смертных тоже есть возможность стать шаманом. Для этого существует "Заяанай утха" — право, полученное от какого-нибудь заяна (духа-покровителя, божества) во время найгура (коллективного религиозного шествия с песнями и плясками). Шаманы с таким происхождением не могут обладать большой силой, и они не допускались к обряду посвящения. По существу они никакие и не шаманы.

Был я как-то в Москве и зашел в магазинчик под громким названием "Путь к себе". Там в основном торгуют всякой оккультной дребеденью, но меня более всего интересовали книги Джиду Кришнамурти, он великий муж и выдающийся ум. Купив то, что надо, я, осчастливленный, направился к выходу. На какое-то время мое внимание привлекла доска объявлений, где сообщалось об оказании разнообразных услуг дипломированным шаманом. На рекламной фотографии была изображена молодая особа сексуальной наружности, одетая черте во что: в балахон с побрякушками, а на голове свито огромное гнездо из перьев птиц неизвестного происхождения. Славянская физиономия ее была размалевана, как у индейца. В рекламном тексте обещали все что только страдающей или страждущей душе угодно: от изгнания злых духов до посвящения в шаманы — только плати. Удивился я тогда предприимчивости москвичей и наивности народа, который клюнет на подобную рекламу.

Быть шаманом в Москве — благодать сплошная: некому опровергнуть выдуманное шаманское происхождение. В провинции все на виду, и утху просто так на себя навесить невозможно, а в Москве — запросто. Тем более, что готовых поверить в разную чушь всегда предостаточно. В подтверждение этого ко мне подошла женщина и тоже пристроилась читать объявления в надежде найти целителя для излечения своего недуга. Начитавшись, начала донимать меня вопросами, где подыскать стоящего знахаря или шамана. Я только и сказал ей, что в Москве шаманов стоящих нет, и, чтобы обрубить все концы, добавил, что сам я не практикую. Однако этого оказалось достаточно, чтобы она начала меня просить подлечить ее. Готовность заплатить большие деньги у нее была, и этого она не скрывала. Чем ей мой вид приглянулся — не знаю, только я запросто мог взять деньги, сказать "трах тиби дох " и она бы ушла, осчастливленная подаренной благодатью через божьего посредника, т.е. меня. Конечно, я этого не сделал и, откланявшись, ушел, а она осталась и наверняка воспользовалась услугами какого-нибудь шарлатана, которых в столице пруд пруди.

Шаман — это традиционное народное явление, и он не может быть без своего народа, который верит в его чудеса. Без веры народной, уходящей в исторические корни, шаман просто чучело, несмотря на то, что обладает действительно даром, способностями и посвящением. Московский шаман — это ненужная и вредная экзотика — так же, как тропические фрукты вредно кушать на севере. Шаманизм чужд Европе, как христианство инородцам. Чужд не в принципе, а по сути, как вещь, не имеющая исторической духовной основы.

Здесь, на Байкале, я не мыслю себе иного восприятия мира, как только через мировоззрение шаманизма. Природа здешняя одухотворена по-особому, по-шамански. Если успокоиться и прислушаться к байкальскому миру, то именно это и можно почувствовать. Совсем не обязательно знать все тонкости странной религии, достаточно просто попытаться услышать о чем молчит здешний мир.

Невозможно стать шаманом, обладая только утху. Есть еще одно непременное условие — наличие призвания — "дурэ". Внешними признаками дурэ является не совсем обычное поведение: человек становится задумчивым, стремится уединиться, видит сны, уходит в горы, пытается предсказывать. Но и этого еще недостаточно.

Кандидат должен обладать хорошей памятью, интуицией, воображением, даром импровизации и другими колдовскими наклонностями.

Перед посвящением будущий шаман должен два-три года походить в подручных-учениках у опытного шамана. Только после этого может идти речь о посвящении. Об этом принимает решение вся община, потому как дело важное и сам обряд — достаточно дорогостоящее мероприятие. Это всенародный праздник, и длится он несколько дней. В результате чего шаману присваивается титул посвященного и дается право на проведение определенных обрядов в соответствии со степенью посвящения. До XX века таких степеней было пять или девять: как считать. Позже в основном ограничивались двумя.

Шаман мог быть и непосвященным. Такие выполняли в основном простые обряды. Между собой они различались:

Хаялгаши — шаман, занимающийся только капанием и брызганием вина (обряды душалга, хаялга);

Ябган и Хуурай выполняли те же функции, что и первый, и отличались между собой несущественными деталями;

Заяанай — шаман, получивший право слегка шаманить от заянов (божеств) во время найгура (религиозного праздника);

Минааши — человек, имеющий кнут. В его обязанности входит смотреть за порядком во время молебствий. Кнут — символ власти.

Особой разницы в ранге между непосвященными шаманами нет.

Для различия посвященных шаманов существует девять имен. Первые пять не имеют существенной разницы, и их можно обозначить как "Шанартай" — посвященный шаман. Далее влияние иерархии возрастает и шаманы отличаются друг от друга не только колдовской мощью, но и атрибутами:

Оргойто — имеющий железную корону с рогами.

Хэсэтэ — имеющий один или несколько бубнов.

Дуурэн — полный шаман, получивший все необходимые атрибуты.

Заарин — великий шаман, прошедший девять посвящений. Такой шаман обладал неограниченной властью и был чрезвычайно почитаем в народе. Думаю, что сейчас таких шаманов нет. Во всяком случае, я не слыхал. Те шаманы, которые находятся на острове Ольхон, по слухам, недостаточно мощны. А где находятся настоящие шаманы, никто не знает. Поговаривали, что вроде в Онгуренах есть, но никто не может сказать об этом достаточно уверенно. Все где-то что-то слышали. Я решил разобраться на месте, если удастся туда добраться.

Однако у меня не было особой нужды видеться с шаманом, как нет нужды видеться со служителями культа любых религий. По-моему, они ни в коей мере не способны приблизить нас к пониманию божественного устройства мира.