Подари мне вечность - Меган Уотергроув

— Вот кого бы мне сейчас меньше всего хотелось видеть, так это тебя, — сказала я, ехидно улыбаясь. Мэдди улыбнулась в ответ.

— Не язви, Амелия, я пришла налаживать наши и без того нелегкие отношения.

— Боясь, что у тебя ничего не выйдет.

— Почему?

— Я НЕ СОБИРАЮСЬ налаживать с тобой отношения, кровососка.

Я скрестила руки на груди, стараясь придать себе более грозный вид. Мэдди продолжала мне улыбаться. Ух, как же я ее ненавижу!

— Амелия… не…

— Не называй меня так… — прорычала я, оборвав ее на полуслове.

— Брось, дорогая, не стоит мне грубить.

— Да что ты?! Я БУДУ грубить тебе, потому что иного ты не заслуживаешь!

Лицо Мэдэлин приняло странное выражение. Смесь раздражения и какой-то извращенной радости.

— Я знаю, что ты ненавидишь меня, но и я, поверь, не питаю к тебе особо нежных чувств, — процедила Мэдди, — Так что давай ты не будешь грубить мне, а я не буду грубить тебе.

— Хм… ты все сказала? Теперь проваливай.

Я отвернулась от нее и подошла к окну.

— Зря ты так… не стоит наживать себе таких врагов, как я, Амелия.

Меня так и тянуло пересчитать ей ребра. Я резко повернулась и бросила на нее гневный взгляд.

— Ты мне угрожаешь?

Она мило улыбнулась.

— Что ты… нет, конечно. Я просто предостерегаю тебя.

— Пошла к черту, — сказала я. Мэдди снова фальшиво улыбнулась и скрылась за дверью. Я знала, что уже давно нажила в ее лице врага. И очень серьезного, если быть честной. Этой ведьме четыреста лет… и если она захочет моей смерти — она убьет меня. Что ж, значит, по ночам я спать не буду… Через несколько часов наступит рассвет. Все кровососы разойдутся по своим гробам, и я, наконец — то смогу вздремнуть. А сейчас я решила немного «исследовать» комнату, в которой находилась. Точнее, в которой меня держали. Обстановка, естественно, была шикарной. Огромная кровать, на которой наверняка поместилась бы целая рота солдат, шкаф да потолка и шириной во всю стену, всякие — разные столики, на которых стояли цветы и свечи, широкий диван и кресла из черной кожи.

Я подошла к шкафу и открыла его. Ого… моему взору предстали шикарные платья, туфли и прочие принадлежности, как казалось, для балов и торжественных приемов. ОН что надеется, что я буду это надевать? Ха! Ну конечно…

Джинсы здесь искать бесполезно, я думаю. Я вытащила небольшое черное платье и черные туфли на шпильке. Что ж, остальные наряды просто вульгарны, поэтому обойдемся этим… Стянув с себя джинсы и футболку, я надела платье. Потом подошла к зеркалу и посмотрелась в него. Хм… симпатично.

— Ты отпадно выглядишь, сестренка, — послышалось от двери. Я обернулась и увидела Томаса. Он стоял, прислонившись к двери и улыбался. На нем были черные джинсы и рубашка темно-синего цвета. Ну, хотя бы вкус у него, слава Богу, изменился.

— Спасибо, — сказала я. Том продолжал улыбаться. Мы так стояли и буравили друг друга взглядами несколько минут, пока я все же не сдалась и не заговорила:

— Что ты хотел, Том?

Он выгнул дугой бровь.

— Ничего. Просто зашел тебя проведать.

— Проведать или проверить жива ли я еще? — съязвила я.

— Я итак прекрасно знаю, что ты жива. Никто бы не тронул тебя, пока я здесь, — сказал мой брат абсолютно серьезным тоном. Я довитая ухмылка тут же сошла с моего лица. Передо мной стоял тот самый Томас, которого я знаю всю свою жизнь. Мой младший брат.

Я подошла к нему и крепко обняла. Слезы наворачивались на глаза.

— Том… нам нужно бежать отсюда… — прошептала я. Он отрицательно замотал головой.

— Нет, Мэл. Я же сказал — домой я не вернусь.

— Охх… да неужели ты ее действительно любишь?! — поразилась я.

— Да.

Я вздохнула.

— Ну что ж, раз ты так говоришь…

Отстранившись, я отошла к окну. Я слышала, как Том подошел ко мне сзади.

— Мэл… я хотел попросить у тебя прощения… — неуверенно сказал Томас.

— За что?

— За свое поведение. Я не должен был… убивать Брайд у тебя на глазах.

— Кого?

— Брайд. Ну, та блондинка.

— Ааа… — протянула я, не оборачиваясь. Томас поцеловал меня в макушку, и прошептал:

— Люблю тебя, сестренка.

— И я тебя, — ответила я.

И все было бы прекрасно, если бы не крик, который я услышала. Он доносился снизу.

— МЭЛ!!!

У меня перехватило дыхание. Это был голос Стивена.

Глава одиннадцатая

«Столкновение»

Голос Стивена раздавался эхом по всему дому. Неужели Мэл его не слышит? Или она просто не может ответить? «Быть может, она уже мертва…» — думал Стивен. Тут скрипнула дверь, и он резко обернулся. Никого. В гостиной стало темно и подозрительно тихо. Стивен достал из кармана куртки фонарик и посветил.

— Не припомню, чтобы приглашал тебя в гости, Стивен, — произнес холодный голос из темноты.

— Выходи! — крикнул Стивен, доставая деревянный кол. Он знал, что это не особо поможет, но хотя бы отвлечет внимание вампира. Стивен ничего перед собой не видел, но все же слышал тихие шаги неприятеля. Он наступал. Внезапно зажегся свет и прямо перед Стивеном появился Хэлл.

— Где она?! — требовательно спросил Стивен.

— Кто это «она»?

— МЭЛ!

— Тише, мой друг, тише… — пугающе спокойным голосом произнес Хэлл, обходя Стивена.

— Заткнись…

— Так мне ответить на твой вопрос или все же заткнуться? — насмешливо осведомился Хэлл.

Стивен зарычал.

— Ммм… мне уже страшно…

— Отдай мне Мэл, и я уйду.

— Ее здесь нет.

— ЛОЖЬ!

Хэлл тихонько засмеялся и одним плавным движением опустился на диван. Потом внимательно посмотрел на Стивена и вздохнул.

— А ты не подумал, дорогой мой друг, что я мог бы сию же секунду вырвать твое сердце? — спросил Хэлл с ироничной улыбкой на лице. Стивен сдал кулаки.

— Давай, кровосос, попробуй!

— Ты что идиот, Стиви? Зачем ты пришел сюда? Решил умереть?

— Ты меня не убьешь.

— Ха! Почему же?

— Мэл возненавидит тебя, — холодно произнес Стивен, — А ты ведь этого не хочешь?

Хэлл усмехнулся.

— Ну, ведь она может и не узнать о твоей смерти, Стиви… — вкрадчивым голосом проговорил он, оказываясь за спиной Стивена. Тот обернулся, и они оказались лицом к лицу. Два врага. Вампир и человек. Оба сверлили друг друга яростными взглядами и молчали. Вдруг Стивен достал из кармана кол и со всей силы ударил. Кол вошел Хэллу в сердце так, что кончик вылез у него из спины. Стивен кинулся к двери, которая, как он знал, вела в подвал, но вдруг услышал:

— Стиви-Стиви… ты же прекрасно знаешь, что меня не убить этой штучкой…