Титан империи 8 - Константин Зубов

Ну, хоть в верности не откажешь этой барышне. К тому же механизм, с помощью которого она вмиг превращалась в машину смерти, работал безотказно.

Надо бы перед приземлением показать ее хозяину во всей красе. Но это будет завтра.

— А сейчас спать! — строго сказала Амальгама. — Уже девять часов, а леди всегда ложатся с заходом солнца.

Светлана расстроилась, но поспешила укладываться.

— Нет! — вскинула палец Гама. — Контрабасом вы станете, когда поедете в усадьбу! Кровать там!

— Но… — приуныла Светлана, но все же вылезла из футляра. Понравилось ей там что ли?

Гама кивнула и помогла дурочке раздеться, а затем улечься в кровать. Через пять минут нексонианка поцеловала в лоб мирно спящую девушку.

Гама на нее даже засмотрелась. И не скажешь, что эта малышка способна взорвать человека одним прикосновением. Если с ней еще поработать, из нее выйдет настоящее стихийное бедствие. В положительном для них смысле, конечно же.

Главное, чтобы в усадьбе Саблиных нашлись лишние Сферы. Им со Светланой они очень пригодятся. Если хозяин не ошибся, и Обливион действительно жива, Сфер им понадобится очень много.

Оставив подопечную набираться сил, Амальгама поднялась на ноги.

— Как некультурно, товарищ майор, входить к дамам без стука… — тихо проговорила она, оборачиваясь. — В будуаре могут твориться поистине жуткие вещи.

Тень в углу щелкнула зажигалкой, и в полумраке пыхнули дымом.

— Вы удивитесь, Амгалена Васильевна, — сказал Жук, выходя вперед. — Но мне кажется, в этом будуаре поселились нексы.

Опустилась тишина, и Гама удивленно вскинула брови. На секунду она даже испугалась — впервые за очень долгое время. Но лишь на секунду.

И где же, интересно, она облажалась?..

— Да что вы? — притворно улыбнулась она, отгородив спящую Светлану занавесью балдахина. — Где же вы тут нашли нексов? Уж не эта маленькая прелестница показалась вам настоящим чудовищем?

Незаметно подцепив ниточку, она вышла потенциальному врагу навстречу. Майор держался расслабленно, но не стоило обольщаться — поза у него была такая, что ударить он мог в любой момент. Искра в нем прямо полыхала.

Гама сделала шаг влево, а Жук шагнул вправо. На полу остался выжженный след от ботинка.

— Иной раз чудовища прячутся под красивыми обертками, — сказал майор, не сводя с Амальгамы медленно разгорающихся глаз. — Они иной раз грациозны, неповторимы, манящи… Желанны. Но это лишь маска.

Еще шаг, и они принялись медленно идти по кругу. Паркет трещал вслед их шагам.

— Вы стараетесь смутить меня? — тихо произнесла Амальгама. — Или обидеть?

Жук уже едва не дымился, а она незаметно потянула ниточку. На стенах сверкнула сеть, которую нексонианка приготовила еще загодя.

Один неверный шаг, и она сорвется в полет.

— Я лишь излагаю факты, и больше ничего, — ухмыльнулся Жук, и дым вырвался у него изо рта. — Я давно за вами наблюдаю, Амгалена Васильевна…

— Прошу, называйте меня Амальгамой.

— … и считаю, вы — само совершенство. Вы — идеал.

— Ох, как приятно!

— Таких женщин я не видел на всем белом свете…

— Вы меня смущаете!

— … и думаю, не увижу впредь. Вы особа неземной красоты.

— Товарищ майор, говорите тише. Дитя спит.

И Жук заговорил шепотом:

— Но, к сожалению, в вас есть один маленький изъян…

— Увы, никто не совершенен.

— … и вот он не дает мне спать по ночам…

Они остановились в метре друг от друга. Одно движение, и ее сеть сорвется. Гама и так едва сдерживалась, чтобы не вскрикнуть от боли — натянутая до предела нить слишком сильно врезалась в руку.

Кровь, капля за каплей, скатывалась на пол.

— Вы про родинку у меня на щеке? — спросила Гама. — Давно пора ее свести, а я все никак…

— Нет, я про ваши движения, госпожа Амальгама, — продолжил Жук, глаза которого извергали пламя. — Они слишком грандиозны, слишком отточены и плавны для существа из этого мира… Таких как вы я ищу всю свою жизнь. На Земле, и на Нексусе.

— Прошу, не упоминайте всуе эту гадкую планетку, — фыркнула Гама, пытаясь унять дрожь.

Вот где она облажалась — стала слишком «неправильно» двигаться. Неправильно для человека, конечно же. А этот мудак наблюдательный… Интересно, и долго ему приходилось наблюдать за нексами, чтобы понять, что они двигаются как-то не так, как люди?

От него шел такой жар, что иллюминаторы запотели. Снаружи за происходящим в каюте с нескрываемым любопытством наблюдала пылающая громада Нексуса. Казалось, Пожиратель тоже горел от едва сдерживаемого пламени.

Амальгама почувствовала движение сзади и, заведя руку за спину, покачала пальцем. Нет, Светочка, тебе точно не стоит встревать, когда взрослые разговаривают.

— Знаете, Амальгама, когда-то я провел месяц на Нексусе, — сказал Жук, немного уняв жар Искры. — И использовал его по полной, чтобы понаблюдать за нексами в их естественной среде обитания. И я заметил одну вещь…

— Какую?

— Девяносто девять процентов из них ведут себя согласно заранее намеченному алгоритму — они рабочие, строители, производители и воины. Короче, расходный материал. Однако ноль девять десятых среди них — те, кто занимает следующую ступеньку в иерархии. Они инженеры и мозги.

— Мозги? — хмыкнула Гама.

— Да, ведь без мозга любой сложный организм не имеет смысла. Но где-то одна десятая… или даже одна сотая процента отличается от всех прочих. Даже от «мозгов». Ибо они тоже действуют по алгоритму. А вот эти… отщепенцы.

— Как интересно… — проговорила Амальгама, пытаясь понять к чему этот сумасшедший клонит.

Он собирается уже нападать, или пришел просто поболтать с дамой? Тогда где его манеры и бутылка хорошего вина?

— Да. Отщепенцы. И они, как правило, выходили за рамки алгоритма.