Призрак - Армстронг Келли

— Нашел еще двоих, — объявил Чарльз, приглашая нас войти.

Пока все обменивались приветствиями и знакомились, через откидную дверцу в соседней стене появился бурый волк.

— Эй, Марчелло, — окликнул его Чарльз, — как охота? Волк недовольно зарычал и повернулся к нам боком, на котором красовалось здоровенное пятно непросохшей оранжевой краски.

— Ясно, — сказал Чарльз, перекрывая хохот собравшихся у очага, — снова на новичка нарвался.

— Откуда мне знать, что это оборотень? — Горе-охотник смущенно привстал с кресла. — Ошейника на нем нет.

Марчелло фыркнул, мрачно посмотрел на новичка и улегся перед камином.

— Наш Марчелло предпочитает облик волка, — шепнул Чарльз, — в человека редко перекидывается, но мы не жалуемся. Охотничьим псам до Марчелло далеко.

Я глянула на ружье Чарльза.

— Значит, вы стреляете из пейнтбольного оружия?

— Ага, — расхохотался тот. — Пулями пользоваться Судьбы не разрешают. Впрочем, мы все равно никого не можем убить, но мне без разницы. Так даже лучше, мишеней больше. — Взглянув на Марчелло, он прошептал: — Он ведь может в два счета от краски избавиться, так нет же, оставил ее, чтобы новичка позлить.

— И сколько у вас таких новичков? — поинтересовался Крис.

— Четверо. Все в первый раз. Но охотой интересуются, а это самое главное.

Да, на Лютера Росса не похоже. Скорее всего, как только он понял, куда попал, тут же побыстрее телепортировался в другое место.

Удобно устроившись на диване у камина, прижав к груди большую чашку какао, я наслаждалась теплом, уложив ноги Крису на колени. Кристоф болтал с охотниками, пытаясь осторожно выяснить, не видел ли кто Росса. Я слушала вполуха, убежденная, что Росса и след простыл, и лихорадочно пыталась придумать новый план… что угодно, лишь бы не сидеть с Лиззи Борден.

На середине чашки дверь распахнулась. В клубах морозного воздуха возник нервно улыбающийся Лютер Росс. Вошедший с ним юноша одобрительно похлопал его по спине.

— Вот настоящий охотник, ребята! Едва вытащил его с тропы, не соблазнялся ни бренди, ни рагу из дичи.

Росс огляделся, думая, как бы сбежать.

— Эй, Лютер, — окликнул его Чарльз. — Кое-кто тут придется тебе по нраву. Помнишь, ты спрашивал, есть ли здесь женщины? Так вот, тебе повезло. Одна только что появилась.

Росс неохотно, с опаской посмотрел в мою сторону и удивленно моргнул. Потом расплылся в улыбке.

— Привет!

— Только знаешь, — предупредил Чарли, — она здесь не одна.

Присутствующие дружно рассмеялись.

Росс перевел взгляд на Кристофа и прищурился.

— Я тебя предупреждала, — шепнула я Крису. — Лучше я сама с ним поговорю.

Найдя удобный предлог, я оставила веселую компанию и поднялась наверх. На балконе ко мне присоединился Росс.

Естественно, он остался на Аляске. Он бы и против Сибири не возражал, только бы спрятаться от никсы. По меткому выражению из старой песенки, Росс был «любовником, а не бойцом». «Подлый трус» тоже неплохо подходит, но что-то мне подсказывало, что «любовник» ему понравится больше.

Я извинилась за выбор убежища, сославшись на «ошибку» при передаче телепортационного кода, и обещала подобрать более подходящее место, если Росс ответит на наши вопросы. Он согласился, и вскоре к нам подошел Кристоф.

Незадачливый учитель сообщил, что никогда не интересовался личной жизнью никсы и не спрашивал, зачем ей понадобились его уроки. Зайди в любой бар — наткнешься на такого Росса, готового часами беседовать с девушкой, искренне заглядывать ей в глаза и выслушивать ее тайные мысли, желания, надежды и мечты. Но если есть шанс сразу завалиться в койку, то личная жизнь телки его не интересует.

Поэтому мы занялись вопросами, которые задавала никса. Если честно, вопросы меня удивили. Никса не интересовалась ничем, кроме телекинеза и полтергейстов. На уроках она упорно отрабатывала новые приемы, настойчиво требовала информации, упорствовала при неудачах. Телекинез ей не давался, хотя Росс был уверен, что, продолжив уроки, она достигла бы успеха.

В конце каждого урока никса, уединившись, продолжала тренироваться. Да, в последнюю ночь она спала с Россом, но даже в постели завела разговор о деле, словно секс для нее был продолжением частных уроков.

— Кстати, о частных уроках, — сказал Росс, когда мы закончили его расспрашивать. — Если ты меня отправишь в приятное теплое местечко, где много женщин и безопасно, то за уроки можешь не платить.

— Договорились. — Я почувствовала, как Кристоф буравит меня взглядом. — Значит, мы отправим тебя в…

— Одного не понимаю, — перебил Лютер, — зачем тебе мои уроки полтергейста? Мне, конечно, приятно. Но если честно, сил у тебя больше чем достаточно, и салонные фокусы тебе не нужны.

— Возможность манипулировать предметами в реальном мире поможет мне решить одну проблему.

— Это касается никсы? — не понял полтергейст.

— Нет, — сказал Крис. — Никса тут ни при чем. И потусторонний мир ни при чем.

— Я хочу помочь своей… — короткий взгляд на Криса, — нашей дочери.

— А, теперь ясно. Только я не уверен, насколько тебе пригодится искусство полтергейста. Тебе нужен демонский амулет.

— Демонский…

— Это легенда, — вмешался Крис. — Миф.

— Ты слышал о нем? — бросила я взгляд на своего друга. — А что он?…

— Ева, амулета не существует.

Мы обменялись гневными взглядами. Крис смягчился, но всем видом показал, что хорошо бы сменить тему. Я отвела глаза и повернулась к Россу.

— Так что ты рассказывал про амулет?

Кристоф раздраженно вышел из комнаты. Я шепотом извинилась перед Россом, обещая вернуться, и поспешила за своим другом.

Крис стоял под большим деревом на лужайке рядом с домом и рассеянно глядел в небо. Снег скрипел у меня под ногами.

— Крис?

— Думаешь, ты одна беспокоишься за своего ребенка? — тихо спросил он.

— Нет, разумеется, нет…

— Ты считаешь, что только ты наделала ошибок? А у кого их нет? Я бы все отдал, лишь бы повернуть время вспять или войти в мир живых и все исправить.

Я подошла поближе и собиралась взять его за руку, но он отшатнулся и поднял-таки на меня взгляд.

— Мой младший сын портит себе жизнь, избрав карьеру, которую ненавидит. Он уверен, что я этого хотел. Мой старший сын страдает из-за своих желаний, боясь, что его отвергнет семья.

— Так ты знаешь…

— Что Шон — гей? Я его отец, Ева. Я знал об этом прежде, чем он сам в себе разобрался. Я думал, что он должен все решить самостоятельно, а если будет трудно, то я приду ему на помощь. Только я не сумел помочь, меня не было рядом, и теперь он мучается, гадая, как бы я к нему отнесся. Я даже слова поддержки сказать не в состоянии. А Брайс так и не узнает, что я не хотел для него моего собственного пути. Мой образ жизни стоил мне любимой женщины, и я каждый день благодарил Бога, что Брайс оказался сильнее меня.

Я хотела что-то сказать, но голос мне не повиновался.

— А как я ошибся с Саванной! — продолжал Кристоф. — Я боялся встречи с ней, боялся, что увижу в ней тебя, боялся ее ненависти. Вместо того чтобы поехать в Бостон самому, я отправил туда Габриеля Сэндфорда. Ошибся не он, ошибся я, а в результате пострадала Саванна.

— Ты не…

— Я ничуть не жалею, что спустился за ней в подвал. Я не жалею, что не смог защитить ее, я не жалею, что она меня случайно убила. Знаешь почему? Потому что я оказался здесь. С тобой.

— Крис…

— В жизни я ошибался не раз, ошибок уже никогда не исправить. Моя самая большая ошибка — то, что я не удержал тебя, и вот сейчас я могу ее исправить.

Я открыла рот — и закрыла.

— Это наш шанс начать сначала, Ева. Давай забудем все, что было, давай попробуем снова. И речь не только о наших отношениях — они лишь часть всего. Может, тебе не так нужна была эта новая жизнь, но ты ее получила, и назад пути нет.

— Ты хочешь, чтобы я выбрала — ты или Саванна, — прошептала я.

Он обернулся так быстро, что я вздрогнула от неожиданности.