Право на жизнь - Анна Ледова

Ардинаэль. Скоро Вы это почувствуете. Сырая магия — это как песком в противника кидаться. Ослепит ненадолго, отвлечет, но серьезного ущерба не причинит. Заклинания или другие способы воздействия придают магии форму, делая ее более эффективной, узконаправленной. Понимаете, тот же бутерброд можно разметать сырой магией по всей комнате, а можно аккуратно разрезать пополам. Форма магии есть концентрация усилий и желаний. Чем четче вы формируете их, тем эффективнее воздействие. Каждый маг со временем приходит к одной любимой форме, оттачивая ее до совершенства.

Это новое занятие по боевой — все так же один на один, вечернее — можно было описать одним словом: неловкость. Я не знала, как себя вести в свете резко изменившегося поведения Шентии. А он, похоже, не собирался продолжать занятия в привычном русле.

Первые несколько секунд, как только я пришла на малую арену, мы стояли молча. Каждое мгновение я настороженно ожидала прежних жестких выпадов — внезапную атаку, неожиданные подсечки во тьме, хлесткие назидания.

Но его светлость будто и сам не знал, что со мной делать теперь. Наконец он определился.

— Попробуем ближний бой, Ардина, — мягко сказал он. — С обнаружением противника ты легко справляешься, но даже твои тени не всегда могут защитить от атаки, особенно если враг использует ближние порталы.

Говоря о ближнем бое, его светлость и сам подошел чересчур близко. Никаких там невидимых перебежек в темноте, все при ярком свете, предельно ясно и открыто.

— Держи клинок обеими руками. Пусть он станет с тобой одним целым — ведь так оно и есть, это твоя магия. Тяжесть — ничто, взаимодействуй с ним всей своей сутью.

Его светлость встал совсем рядом, принимая боевую стойку. Я повторила позу — ноги чуть согнуты в коленях, широко расставлены для большей устойчивости, корпус чуть отведен назад. Да уж, нерушимая скала. Подуй чуть сильнее — свалюсь с клинком наперевес.

— В ближнем бою преимущество у физически крепких и выносливых противников. Не обладая достаточной силой, используй проворство. Ускользай и уклоняйся. Сделай свой рост и вес преимуществом. Не трать силы на то, чтобы отбить удар противника, делай так, чтобы они проходили впустую.

Это как с Гриспелем, сокурсник предпочитал магию сочетать с собственной физической силой, вкладываю всю ее в один-два точных и сильных удара. Умеешь их избежать — и Гриспель уже не боец, выкладывается махом.

— Теперь повторяй за мной.

В его руках тоже возник меч. Отчего-то не красный, из боевой магии, а белый. Но про это мэтр Сарттас тоже рассказывал — при двух магиях и более у каждой из них своя конечная форма. Но и такое оружие, ослепительно белое, смотрелось устрашающе.

Его светлость плавно сдвинулся в сторону, в другую, ведя за собой меч. Движения мягкие, обманчивые. Даже неожиданно было видеть в нем такую хищную грацию. Я невольно залюбовалась. Не Шентией, нет, его движениями. Или же тем и другим… При таком высоком росте и крепком телосложении ожидаешь от противника другого — тяжелых рубящих ударов, размахиваний руками с тяжеленным клинком над головой. Такой и сам не подставится, и врага не упустит. А Шентия же сейчас словно танцевал — ступал невесомо, мягко, а внутри будто свилась змейка, только и ждет, чтобы выстрелить разящей пружиной. Хотя и танцевал он точно так же. Как же не к месту вспомнился тот танец лиденскап на балу, такой же поначалу обманно плавный. Щеки залил жар — вот уж вовремя, Ардина!

Я повторила движения. Тяжеленный скимитар тянул руки к земле, так что подобного изящества не вышло.

— Не тяни его за собой. Клинок и есть ты. Просто найди баланс, будто у тебя руки удлинились настолько, что теперь с ними такими жить. Не двигай руками вообще, забудь о них, перемещайся только корпусом.

Легко сказать. Это же не нож с вилкой. И легче его не сделать — сама таким придумала. Вытянешь из скимитара лишнюю Тьму — и он уже не клинок, а так, призрачное марево. А чтобы в полной форме был — так это четверть меня самой весом.

— Плавнее, Ардина. Слейся с клинком всем телом, чувствуй его как продолжение себя.

Его светлость подошел сзади, обхватил мои руки, сжимающие рукоять, принимая на себя часть веса клинка. Руки у его светлости, конечно, длинные, но не настолько же, чтобы я не почувствовала, как упираюсь спиной в чужую грудь. Точнее, первым это на себе почувствовал манс — Греттен не изменял своим привычкам и привычно прятался в капюшоне, как на всех тренировках до этого. Зверек зашипел, забарахтался позади, но ловко перебрался в более безопасное на данный момент место — на широкое плечо его светлости позади. Обнюхал новую площадку, фыркнул сияющими искрами, поворчал для вида, но там и пристроился.

— Это… моё… — пробормотала я, обернувшись на внезапную порцию Света. Попыталась высвободиться, чтобы собрать частички рукой, но манс еще раз громко фыркнул, и те сами впитались в меня. Если Шентия и удивился, я этого не увидела.

Его светлость повел в плавном движении мои руки вверх и теперь уж никакой преграды между нами не оставалось — под весом клинка выгнулась спиной, упершись в живую плоть позади. Висок опалило дыханием, а спину — жаром от чужой груди, ощутимым даже сквозь одежду. Снова вниз, в стороны, взмах клинком.

Не я веду — меня.

Спустя минуту я поймала этот такт — будто плещешься на волнах. Реешь в ней всем телом, нет ни рук, ни ног, все сузилось до одной точки — центра тяжести.

Понемногу Шентия стал отпускать вес клинка, возвращая мне нагрузку. Но инерция плавных движений уже захватила меня, руки не тянуло вниз, я действительно слилась со своим скимитаром. Поворот вокруг оси, второй, выпады. Клинок со свистом кроил воздух над головой, то замедляясь, то ускоряясь.

— Больше не держу, Ардина, — шепнули сзади.

А мне было так легко! Я двигалась, слившись с заточенной обоюдоострой Тьмой, как рыбка по волнам. Но стоило чужим рукам окончательно соскользнуть с моих, чуть кольнуло чувство потери — будто и с ними успела слиться.

— Запомнила ощущение? — у арна Шентии голос отчего-то дрогнул. Странно, для него ведь весь мой клинок пушинка, не то что половина его веса.

Запомнила. Скимитар словно принял меня наконец, перестал сопротивляться и тянуть к земле. Вот уж действительно полезное занятие сегодня. Я наконец ощутила, что Тьма, эта своенравная магия, окончательно подчинилась мне в этой форме.

— Спасибо… Теперь, видимо, бой? — снова напряглась я. Слишком уж просто для Шентии. Все выкинуть не могла из головы танец