Энеата. Воин и Солнце (СИ) - Бодарацкая Анна

— Ой… — только и сказала она, прижав ладонь ко рту.

— Ой, — передразнил Асахир.

Военачальник встал и повернулся к пытавшейся отдышаться Дивияре.

— Диви, ты как?

Та не ответила, потирая ладонью шею и закрывая глаза.

— Ладно. Таллис разберётся тут со всем. Идём! — велел он Энеате.

Асу поднялась, не не устояла на ногах, пошатнувшись и невольно оперевшись о локоть военачальника. Но отдёрнуться Асахир не дал, придержав её за плечо.

— На улице толпа зевак. Пока не разойдутся, лучше тебе не высовываться, — сказал Асахир, провожая её к боковой двери. — Пересидишь здесь.

Энеата только кивнула.

В одной из небольших боковых комнат храма, куда Асахир привёл Эне, находились лишь несколько лавок, стоящих вдоль стен; оконце под потолком давало немного света. Девушка, остановившись посреди тесного помещения, посмотрела на Асахира.

— Верховная жрица выпустила Эадиву, — тихо произнесла она.

— Я уже понял. Сядь.

Не став спорить, она прошагала дальше и села на лавке, уставившись невидящим взглядом в стену.

— Так вышло, — виноватым голосом сказала Энеата. — Я… разозлилась…

— Я понимаю.

— Вы сердитесь?

— Конечно. Но это моя вина. Я должен был сказать тебе сразу. Сам. Я не думал, что ты пойдёшь всё крушить. Не ждал.

— Я … я никому не хотела вреда, байру, я… я только…

Асахир приоткрыл дверь и выглянул наружу.

— Да все уже поднимаются. Таллис им поможет, если надо. Что интересного сказала Диви?

Энеата не ответила, рассеянным взглядом уткнувшись в каменную стену. В светлых глазах блеснула вода, а через мгновение девушка разрыдалась, согнувшись и закрыв лицо ладонями.

Асахир шумно вздохнул и сел рядом, осторожно, но настойчиво притянул Энеату к себе. Юная асу в порыве горя ответила на объятие и прижалась к военачальнику, громко всхлипывая и дрожа от рыданий.

А суровый военачальник Идшара просто терпеливо сидел, не шевелясь и сочувственно молча, зная, что Энеате не нужны и совсем не помогут слова.

***

Сладко-терпкий запах благовоний, поселившийся в комнате, казался совершенным, но именно этим и вызывал у военачальника смутное раздражение. Томные, чувственные оттенки пряных и цветочных драгоценных масел всегда сопровождали верховную жрицу Астарны и казались частью её естества; и полумрак помещения, спрятавшись от солнечных лучей тяжёлыми занавесками на окнах, прекрасно сочетался с царившим ароматом.

Дивияра не казалась испуганной. Полулежа в ворохе расшитых подушек, она спокойно, хоть и задумчиво, глядела на вошедшего.

— Хиру, — её голос, как и всегда, прозвучал благосклонно и немного вкрадчиво.

Слушать её было так же сладко, как и созерцать. Но Асахир, закрыв за собой дверь, заговорил холодно и не слишком доброжелательно.

— Диви, — произнёс он, — тебе, как я понимаю, есть о чём рассказать.

Жрица вздохнула, отвернулась, поглаживая рукой край одной из подушек; помолчала, о чём-то размышляя, и наконец отозвалась по-детски обиженным голосом:

— Твоя милейшая невеста задала ещё не все вопросы?

— Ты предпочитаешь договорить с ней?

— Нет уж, спасибо, — отмахнулась Диви. — Я ещё под впечатлением от нашей беседы.

— Начинай со знакомства с Луной Ахарта.

— Я думала, ты пришлёшь для беседы со мной Азмара. Ты, кажется, пытался меня избегать…

— Пришлю, если не будешь отвечать. Вместе с Энеатой. Так что начинай уже.

Ещё один шумный вздох Дивияры, тоскливо-изучающий взгляд, несколько мгновений молчания… Асахир постучал пальцами по стоявшему рядом сундуку, выражая нетерпение.

— Зара… Она пришла в святилище пару лет назад, — нехотя начала жрица. — Появилась примерно так же впечатляюще, как твоя невеста. Посреди зала, в окружении тумана и света. Младшие жрицы и стражницы сразу признали в ней Аарку… но я уже видала колдовство, пусть и не такое… м-м… яркое. Так что… мне она доверилась. Рассказала, кто она на самом деле, откуда и куда идёт. Она путешествовала по мелким посёлкам, являясь во всей красе какому-нибудь забредшему далековато от своей деревни дурачку или дурочке. Люди легко верят ей. Так что добыть кров и пищу для Зары не слишком сложно. Она копила силы. Тогда она была ещё довольно слаба… Но она умеет забирать. Вытягивать жизнь… из всего. Зара сказала, что ей нужно набрать достаточно сил, прежде чем пробраться в Идшар за Ахартом и получить вторую часть силы. Недавно она повстречалась с каким-то своим старым знакомым, который сообщил ей, что её сестрёнку вовсе не убили, и силу эту надо искать не в Идшаре, а тут, совсем рядышком, в Арке…

— Она послала тебя искать Энеату?

— Вроде того. Она не хочет сражаться с целым войском, даже теперь, когда довольно сильна… и владеет Эадиву. Сказала, чтобы я… придумала способ отправить её домой.

— Разве сила Солнца не больше? Она думает, что справится с Энеатой?

— Думает и справится, — устало произнесла Дивияра. — Потому что у неё есть Эадиву.

— Он так силён?

— Силён… но дело не в этом. А в том, что они сами не смогут причинить друг другу вред.

Асахир воззрился на Дивияру, ожидая объяснений, и та развела руками:

— Я серьёзно. Солнце — источник силы, а Луна… Луна её принимает. Сколько бы Зара не тянула сил из сестры, у той не убудет. А Зара может впитать сколько угодно. И тоже не пострадает. Предания говорят, что подобный поединок может длиться вечность. Поэтому чудовище… Для Зары именно то, что нужно.

— То есть…

— Кто-то другой должен убить Зару. Твоя невеста не сможет.

— А Эадиву? Что может он?

— Самое главное — он даёт ей силы. Его тоже можно вытягивать… не бесконечно, но довольно долго. Второе — он легко убивает и сам по себе. Слишком быстрый — загрызёт быстрее, чем его просто увидят. Исцелить раны от его клыков невозможно — они никогда не зарастают. Его плоть обжигает. Его рык сводит с ума. Ну, так говорят предания. А ещё — у него нет узвимых мест.

— Без уязвимых мест? Что ты имеешь в виду?

— Его нельзя убить точным ударом. В общем-то, его вообще нельзя убить, но… У него нет ни сердца, ни лёгких, чего-либо подобного. Куда ни бей — всё одно. Он живёт только кровью. Из призрака в плоть его возвращает кровь. Судя по тому, что ты говорил о разбойниках в Иртассе… Зара уже дала ему достаточно жертв. Он во плоти, а значит, уязвим. Если всю кровь снова из него выпустить — он вернётся в призрачное состояние. Сам не сможет ничего делать. Но Зара всё ещё будет получать от него силы.

— Он подчиняется Заре?

— Да.

— А если Зара умрёт раньше него?

— Не знаю, что будет.

— Где она может быть?

— Не знаю… Честно. Где-то между Арком и Энараном. Она не пойдёт в город, не захочет посторонних в этом сражении. Будет ждать на пути… В маленьких деревеньках, скорее всего, прячется в доме какого-нибудь очарованного селянина. Она любит тень и прохладу, не будет ждать посреди сухой травы, даже если найдёт там пищу.

Военачальник ещё немного подождал, размышляя об услышанном. Дивияра, пристально глядя на него, тихо и очень виновато произнесла:

— Ты сердишься на меня, Хиру?..

Воин в ответ хмыкнул, сочтя, что жрица догадается и без слов. Та, похоже, понимала.

— Я боюсь её, очень боюсь. Теперь, когда я рассказала… Если она узнает, то разозлится. Моя единственная надежда — что вы справитесь с ней, и побыстрее.

— Эту надежду разделят многие, — сказал Асахир, собираясь уже уходить и протягивая ладонь к ручке двери.

Дивияра остановила его, дёрнувшись вперёд и отчаянно воззвав:

— Хиру!..

Тот замер, поворачиваясь к ней и ожидая дальнейших слов. Дивияра, покраснев и опустив взгляд, еле слышно спросила:

— Ты считаешь, что я предала тебя тогда?..

— Ты ушла, даже ничего не сказав. Я думал, с тобой что-то случилось, едва не перебил стражу…

— Я сделала ошибку…

— Нет, — невесело усмехнулся Асахир. — Ошибку сделал я.

— Ты хочешь жениться на ней из-за силы?