Лис, который раскрашивал зори (сборник) - Нелл Уайт-Смит

Д4

Я всё сделал. Деньги?

Доктор Зорр,

Боюсь за здоровье мастера. Может ли ваш сотрудник дежурить у нас? Я напишу на Род и мастеру Аваору с личной просьбой. Прошу, отнеситесь с пониманием к бредням сердобольной старушки.

Тойванн,

Я восстановил ликру из броши и сравнил её с признаками твоей собственной ликры. Они подходят идеально, скорее всего, на броши − твоя кровь. Кем бы ни был этот Войнранн, брошь, которую обычно носят на лацкане соприкасалась с ликрой, которая была в твоих ликровых венах, то есть − в ногах.

Логичнее всего предположить, что он перетягивал тебе ноги первым, что попалось под руку − своей рабочей курткой.

Ещё это значит, что тебе могут сделать протезы.

Примечание цензора: передано за печатью Храма. Передано за печатью эгиды Ювелира, демона. Не подлежит цензуре.

Мастер Аваор,

Я прошу подтверждения печати Храма, печати эгиды мастера Ювелира, демона. На письме, которое прилагаю.

Вам известно, что Род сейчас находится в сложнейших политических условиях, но, находясь в любых условиях, он не станет позволять шутить над собой.

Если мастер Райхар считает уместным ставить под удар свою карьеру, то мы уважаем его выбор.

Райхар,

Прими к сведению, ты − идиот.

Примечание для цензора: наслаждайтесь!

Карточка на бутылке с вином:

Аваор,

Выпьем же за это!

Мастер,

Я ещё не получил от вас обратной связи по трём заявкам на расчёты. Почему вы не принимаете? В чём дело? А разочаровал вас?!

Мастер Тойванн,

Я слышу тревожные вести о вас. О том, что вы прекратили работу над проектом. Мне необходимо получить аргументы!

Доктор Бейварр, мастер, господин.

Вы, очевидно не понимаете о чём имеете наглость писать. Позвольте объяснить вам, и раз уж вы нашли время написать мне столько резкого тона письмо, то и ответ прочесть время найдёте.

Девочка влезла в дом главного инженера Рода. И если я заикнусь о том, что лечиться она должна за их счёт, то они мне этот счёт, конечно, оплатят. А вместе с тем влупят штраф за нарушение границ дома! И штраф этот − больше, чем стоит всё моё предприятие.

Я работал всю свою жизнь − много, честно и благодарно работал. И теперь у меня есть то, что передал мне мой мастер. И это − всё, что останется от меня. То, что я передам тем своим ученикам, которые меня не предали.

За то, чтобы сбыть с рук инвалидку, Центру, может, придётся приплатить, но купить себе толкового юношу или девушку я, велик Сотворитель, смогу.

Может, это раздражает ваш чистый докторский вкус, но я − простой механоид. И в моих простых, как банка с карамелью, мозгах, каждый должен получить то, что заслуживает, и никто не должен платить делом всей жизни за глупость тех, кто в этой жизни ничего кроме глупостей не делал.

Доан,

Любимый, ты не пишешь, должно быть, ты вовсе забыл меня. Я надеюсь, это господин цензор не пускает тебе мои письма.

Всё хорошо, у меня всё хорошо, я живу и работаю как следует. Я жду тебя. В этом ли году, в следующем ли − жду. Лишь бы ты был, лишь бы ты снова писал мне.

Зачем опять пришли от тебя деньги? Мне не купить на них билета до Золотых Крон. Мне не увидеть тебя, а деньги… и я зарабатываю. На беруши, чтобы не слышать вздохов моих счастливых соседок по ночам, хватает и моего скромного жалования.

Прошу, сделай так, чтобы скорее приехать ко мне!

Впрочем, мне предложили работу в доме. Горничная работа − более тяжелая, чем поддержание порядка на заводской территории, но этим она и привлекает меня − пусть усталость вытеснит из моей головы мысли о том, что ты забыл меня и даже не решился об этом написать… я люблю тебя.

Примечание цензора: не допущено к получению адресатом. Срок − до окончания проекта «Белая Тишина»

Райяк,

Я отправил запрос в Храм, но уже знаю, какой придёт ответ оттуда. Ты не осведомлён о том, что делает твой учитель с теми, кто использует его печать его личной эгиды без разрешения?

Вопрос не праздный, ведь я думаю, что мне заказать: большой кружевной платок, чтобы махать в след твоему паровозу, или мемориальную брошь в петлицу (не знаю, предусматривает ли этикет специальный вид траура по идиотам, потому на всякий случай заказал своей личной мастерице исследование вопроса).

Аваор,

Весна нынче хорошая. Я собираюсь в обед погулять в районе восьмой площади, там смешной памятник воздухоплавателям − механоид, который придерживает кепку и тычет пальцем в небо. Иногда хорошо прийти туда и помолчать.

Мастер Тойванн,

Ваше молчание затягивается. Мы говорили с вашим первым учеником − господин Доан не готовит сейчас для нас бумаг. С чем мы поедем?

Доктор Зорр,

Спасибо за ваши тёплые слова, спасибо за ваш визит.

Брат,

Мой ученик, работающий в Золотых Кронах, рекомендовал мне обратить своё пристальное внимание на ситуацию, которая разворачивается вокруг некоего мастера Тойванна, судя по постлитеральному коду имени, он ограниченный в передвижении инвалид.

Я ничего не знаю о нём: Дара в нём нет, и тратить много времени я не желал бы, но сообщение мне было отправлено скрытно, и, кажется, я слышал от тебя это имя. Я заинтересован.

Пойдём, старый дурак, послушаем тишину в первый час сумерек второго порога. Расскажешь мне историю, в которой мне, возможно, придётся поставить точку.

Райхар,

Ты любишь слушать тишину Золотых Крон? Как удивительная, какая особенная эта тишина!

Это тишина, в которой город замирает в предвкушении особенного события. Она похожа на вздох певца, набирающего воздух перед кульминацией песни, на бездвижность замершей перед запуском турбины, на которую уже подают пар.

Когда ты будешь молчать на площади, я буду исполнять свою партию в нашем беззвучном дуэте у себя в кабинете, глядя в окно.

В этой тишине мы будем слышать, как печатные станки газет выпускает очередной обзор ситуации, как плачет от боли и отчаянья обездвиженная девочка, как шуршат разворачиваемые цензором письма, позвякивает оружие личной охраны и как банковские транзакции оборачивают все наши трагедии в цифровую оболочку оценок.