Атомные танкисты. Ядерная война СССР против НАТО - Владислав Морозов

Пирс знал, что НАТО с подачи Белого дома явно затевало какую-то долгую и многоходовую геополитическую игру вокруг Польши в коронном интригантско-словоблудческом стиле нынешнего президента. Судя по тому, что знал полковник об этих планах, вся эта возня вокруг Польши заняла бы минимум полгода. Последовали бы громкие обличительные заявления с высоких трибун, крупные маневры на границе ФРГ и ГДР, нагнетание напряженности, как внешнее, так и внутреннее, в самой Польше. А когда Польша (в соответствии с планами) стояла бы на ушах, беснуясь на демонстрациях и невнятно требуя «всего и сразу», на горизонте возле Гданьска замаячили бы и корабли НАТО. Правда, Пирс не помнил, чтобы в тех самых планах десант на территорию Польши и последующая война вообще фигурировали как возможный и неизбежный результат. Все планы НАТО строились на допущениях. В идеале теоретики из Пентагона и Белого дома, вообще, похоже, хотели слегка попугать Андропова и под это дело несколько смягчить политический режим в Польше. Вот и смягчили…

Пока Пирс собственными глазами видел, что войска НАТО были совершенно не готовы. Ни именно к такому сценарию развития событий, ни вообще. Планов на отражение удара не было. Части и соединения передислоцировались и пополнялись, никуда особо не торопясь (еще бы, ведь в запасе у них было месяца два, поскольку раньше сентября никаких «демонстраций силы» не планировалось!). Из Штатов и Англии прибывали новые части, а некоторые подразделения, наоборот, убывали из ФРГ в рамках ротации. И случилось все это крайне не вовремя.

А русские ударили точно, и они, похоже, отлично знали, куда именно надо наносить удары.

Посмотрев первые сводки, Пирс понял, что из около 800 имевшихся у НАТО самолетов тактической авиации 200–250 машин уже можно было списать со счетов, а еще около 100 самолетов получили повреждения и требовали различного ремонта.

Особенно пострадали ВВС ФРГ, которые, к примеру, из четырех сотен «F-104G» уже потеряли не меньше 100, а из примерно 175 «F-4E» – более 50, и это за первые несколько часов! А учитывая, что ВВС НАТО уже начали совершать боевые вылеты против наземных войск русских, эти потери уже явно увеличились (точных данных на этот счет у Пирса не было). У ВВС США на территории ФРГ потери тоже уже исчислялись десятками самолетов.

Правда, в сводках уже начали фигурировать и откровенно сказочные сведения о том, что Советы за последние часы успели потерять сотни самолетов и тысячи танков и бронемашин. А вот в это Пирс как раз верил слабо – если бы русские понесли столь тяжелые потери, они бы сейчас не летали над ФРГ так свободно, атакуя даже подвернувшиеся вертолеты.

Самое поганое было в другом. Русские вывели из строя больше половины ВПП на действующих авиабазах, что подразумевало перебазирование уцелевших авиачастей и подкреплений (например, из Италии и Испании) куда попало, в том числе – в гражданские аэропорты. А кроме того, русские в первые часы разбомбили склады вооружения и боеприпасов для резервных частей НАТО на территории ФРГ, Бельгии, Голландии и Англии. Теперь даже не было особого смысла перебрасывать войска из-за океана – чем им воевать? Одними винтовками, которые они с собой привезут? Вся концепция «сил быстрого развертывания» летела к чертовой матери. А перебрасывать из-за океана тяжелое вооружение в случае войны было проблематично. Морским путем это слишком долго (а учитывая количество русских подводных лодок в Атлантике – и почти безнадежно), а безопасных аэродромов и надежного прикрытия для тяжелых транспортных самолетов вроде «С-5А» или «С-141» теперь не имелось. Даже Британские острова в этом отношении становились небезопасны…

Кроме того, красные по максимуму выбили связь, РЛС, средства РЭБ и прочее. Достаточно сказать, что, по этим сводкам, на земле, в основном на месте своего основного базирования в Гайленкирхене, были уничтожены 10 из 18 натовских АВАКСов Е-3С «Сентри», еще 2 такие машины были тяжело повреждены, уцелевшие перебазированы в Англию, а некоторые из них и далее – в США. По неизвестной причине уже был потерян над Северной Атлантикой и один «Е-3С» ВВС США.

Причем, похоже, связь и прочие «глаза и уши армии» уничтожались не только и не столько авиаударами. Как оказалось, на территории ФРГ начали работать многочисленные диверсионные группы противника, частично, видимо, засланные сюда заранее. Они атаковали штабы, уничтожали связь, командиров и особенно средства доставки ядерного оружия, например тактические ракетные комплексы, тяжелую артиллерию и прочее. Похоже, под ударом могли оказаться (если уже не оказались) хранилища ядерных и химических боеприпасов, а придумать что-либо страшнее этого было уже сложно даже для человека с очень богатым воображением.

Конечно, все это следовало предусмотреть заранее, но, оглядываясь теперь чуть-чуть назад, Пирс понимал, что думали большие начальники явно не о том и совсем не тем местом, каким следовало. И вообще было непонятно – а как они представляли себе войну в Европе, в варианте без широкого применения ядерного оружия? Лично Пирс подобных планов в глаза не видел.

Дальше – больше. Из некоторых сводок можно было понять, что местами механизированные части русских продвинулись уже миль на пятьдесят – сто вглубь ФРГ и, похоже, практически без серьезного сопротивления со стороны бундесвера. Судя по тем же сводкам, Западный Берлин с его шеститысячной натовской группировкой был потерян буквально за считаные часы.

Применять ядерное оружие было категорически запрещено, причем с самого верха. Собственно, сейчас применять его на территории ФРГ в здравом уме и не следовало – кроме колонн русских танков по тем же дорогам на запад тянулись десятки тысяч гражданских немцев, движению которых советские войска совершенно не препятствовали. Явно или неявно, случилось именно то, чего больше всего боялись в штабах НАТО, – любой удар по противнику уносил десятки и сотни собственных жизней.

Пока что вся «гениальная стратегия» сводилась к тому, чтобы сосредоточить все уцелевшие подразделения вдоль воображаемой линии Бремен – Франкфурт, пополнить их, подтянуть резервы и оттуда нанести всеми наличными силами несколько мощных контрударов в направлении границы ГДР.

Однако из прочитанных документов следовало, что подобные контрудары могут быть нанесены не ранее завтрашнего дня. Принимая во внимание сложившийся расклад сил, Пирс понимал, что, возможно, силам НАТО при этом удастся если не смять, то хотя бы сильно потеснить первый эшелон русских. Но полковник знал и то, что русских слишком много и даже применение тактического ядерного оружия решительной победы не гарантирует. Тем более что это неизбежно вызовет адекватный ответ со стороны противника.