Между нами лёд. Книга первая - Дарья Ларина

Когда они будут тебя судить, покажи свое истинное лицо.

Делай другим то, что сделал бы себе, будь выше всего этого…

Партнеры набирали скорость для захода на параллельные вращения, и Таня за долю секунды поняла, что ей нужно реабилитироваться за вчерашнюю ошибку. Она приняла решение сблизиться с Женей больше, чем обычно. Она полагала, что они неплохо друг друга чувствуют, и это поможет выполнить элемент максимально синхронно на небольшом расстоянии и получить за это надбавки.

Во время вращения в либеле Громов видел, что Таня слишком близко, но ничего не мог с этим поделать. Когда его лезвие пронеслось в нескольких сантиметрах от лица Алексеевой, та даже не ощутила страха, который преследовал её при выполнении этого элемента раньше. Теперь она чувствовала только сумасшедший адреналин, бежавший по телу, разогревая его. Из параллельного вращения в ласточке они сразу же перешли во вращение сидя, а затем последовало вращение стоя.

Покори их своей добротой, ведь невежество – безрассудство.

Они идут на верное поражение…

Волнительный заход на выброс. Женя положил ладони ниже талии Тани во время скольжения назад. На долю секунды прикрыл глаза, собираясь с мыслями и волнуясь больше, чем волнуется при этом элементе его партнерша, а затем резко развернулся, высоко выбрасывая Татьяну, которая безошибочно выполнила три оборота и приземлилась на одну ногу, продемонстрировав судьям долгий и чистый выезд на заднем наружном ребре.

Потому что они тебя не знают, они видят лишь шрамы,

Но не видят ангела, живущего в твоем сердце…

Громов притянул Таню к себе, поставив на ботинок своего конька. Она обняла его за спину, положив голову на широкую грудь и он, расставив руки в стороны, продолжил скольжение.

Таня была готова поклясться, что этот связующий элемент их программы был самым приятным для неё. Среди круговерти сложнейших элементов возможность передохнуть несколько секунд, прижавшись к груди Евгения, была настоящей роскошью. После этой красивой передышки круговерть элементов продолжилась, включая в себя ещё один выброс, поддержку обратное лассо, совместное вращение и ещё одну сложнейшую поддержку.

Позволь им узнать тебя, похороненного внутри,

Пусть они знают, что ты не только образ…

В финальной точке Громов вновь опустил голову и расслабил руки, опустив их вдоль тела. Таня приложила ладонь к своей груди и зажмурилась, изображая, будто вынимает оттуда своё сердце, которое в следующую секунду отдает Жене, приложив руку к его груди.

Евгений резко вдохнул, открывая глаза и успевая поймать Таню, которая бездыханно, но картинно красиво падала на лёд, прогнувшись в пояснице, за которую её теперь держал Громов.

Несколько секунд они стояли так. Евгений держал тело партнерши, с болью в глазах смотря на неё. Положение было зафиксировано, программа – окончена.

Люди, присутствовавшие на трибунах, встали со своих мест, аплодируя стоя. Женя поднял Таню, прижимая к себе и довольно улыбаясь. Несколько секунд они стояли в центре льда, обнимая друг друга, и часто дышали, восстанавливая дыхание. Громов поцеловал партнершу в макушку, ласково поглаживая по спине.

– Да? – с надеждой и улыбкой спросила Таня, немного отстранившись от Жени, и положила ладони на плечи, сильно сжимая их от нахлынувших эмоций.

– Да! – кивнул Громов, видя блеск в её глазах и понимая, что она хотела узнать.

Таня подпрыгнула от накрывшего счастья, и Евгений поймал её в этом прыжке за талию, поставив на свои коньки, чтобы им было удобнее обнимать друг друга. Алексеева уткнулась носом в его шею, закрывая глаза и желая остаться в этом миге счастья как можно дольше.

Они слышали свои имена, слышали болельщиков, но всё это звучало как-то далеко и глухо, не проникая до конца в сознание. Женя поставил Таню на лёд, а затем они обернулись к судьям, держась за руки. Таня исполнила реверанс на ногах, которые не гнулись так же, как и вчера, но уже по другой причине. Громов сдержанно кивнул, в привычной для него манере.

«Кланяться судьям – ниже его достоинства!» – шутили по этому поводу коллеги по сборной.

– Моя птичка! – счастливо воскликнула Ольга Андреевна, как только Таня вышла со льда, и сразу же заключила ученицу в крепкие объятия.

– Красавец! – хореограф приобнял Громова, похлопав его по спине. – Вот сейчас я вам поверил. Пробрало до дрожи!

– Спасибо, – улыбнулся Евгений, отстраняясь от него, а затем поцеловал в щеку тренера и не упустил возможности сделать это же с партнершей. Сейчас он мог целовать её подобным образом сколько угодно, и никто не углядел бы в этом ничего особенного. Это в какой-то мере стандартная процедура у партнеров. Своего рода благодарность за то, что они сделали друг для друга, чисто откатав программу.

Таня, Женя и Ольга Андреевна заняли места в зоне оглашения оценок, смотря замедленный повтор некоторых моментов проката. Среди самых зрелищных элементов режиссеры вставили ещё и, пожалуй, самый чувственный момент, когда Таня медленно провела ладонью по щеке Евгения, с необычайной любовью и теплой улыбкой смотря на него.

Партнеры, увидев это на экране, переглянулись и почувствовали себя неловко. Зная, что их в этот момент снимают, они заставили себя улыбнуться.

«Tatiana Alexeeva and Evgenii Gromov have earned for the free program 152.43 points. The total competiton score is 230.11 and they are currently in the first place!»

– С ума сойти! – громко вырвалось у Тани от услышанного. Она приложила ладони к голове, округлила глаза, отказываясь верить в происходящее.

Громов и Ольга Андреевна, сидящие с двух сторон от неё, залились смехом. Им такие оценки видеть было не впервой, а вот искренний и детский восторг Алексеевой очень развеселил. Однако смех носил всё же немного нервозный оттенок. Евгений отметил, что чемпионаты Европы он уже давно не считал серьезными, но с Таней всё же испытал волнение. А Ольга Андреевна и вовсе перенервничала после вчерашнего падения Алексеевой. Тренер знала, что под таким давлением общественности, и особенно после досадной и глупой ошибки, Таня могла не собраться. Но эта хрупкая девочка собралась