Конрад Аденауэр - немец четырех эпох - Всеволод Ежов

К концу первого срока канцлерства Аденауэра страна мало чем напоминала тот хаос, разброд и голод, в которых она оказалась после проигранной войны. Жизненный уровень населения достиг высокой планки и продолжал расти. Правовая система реально гарантировала демократические права и свободы человека. Четко действовала система управления от муниципальных органов власти до федерального центра. Многопартийная система, наличие сильной оппозиции требовали от правительства хорошо продуманных, взвешенных действий. К немцам возвращалось уважение к своей стране, гордость за ее успехи.

Аденауэр часто подчеркивал, что так называемое «немецкое чудо» — творение всего народа, результат трудолюбия, деловитости и усердия немцев, их веры в будущее.

…Приближались парламентские выборы. К сентябрю 1953 года мало кто сомневался в победе на них ХДС/ХСС. В предвыборных агитационных материалах они делали упор на то, что при канцлере Конраде Аденауэре ХДС/ХСС вывели население Федеративной Республики из состояния голода, нужды и депрессии. Курс канцлера и его правительства полностью оправдал себя.

Четыре года назад социал-демократы пугали население экспериментом с социальной рыночной экономикой. Говорили, что он ввергнет людей в еще большую нищету, разрушит остатки народного хозяйства. Спасти положение может только плановая экономика. Теперь немцы убедились, что рыночное хозяйство дало блестящие результаты. ХДС/ХСС и их канцлер служили гарантами дальнейшего процветания экономики, сохранения стабильной жизни в условиях правового государства, свободы и демократии.

Предвыборную борьбу Аденауэр воспринимал серьезно и даже любил ее. Она давала возможность проявить бойцовские качества, молодила его, придавала энергию, которой он заражал и окружающих. Еженедельно канцлер проводил совещания своей команды, требовал активности и выдумки, не уставал повторять, что самое опасное в предвыборной борьбе — самоуспокоенность.

Вновь он ездил по всей стране на поезде, летал самолетом, в более близкие места отправлялся в автомобиле. Предпочитал поезд с вагоном-салоном, в котором жил неделями и всегда был в хорошем настроении. Часто в самое неожиданное время, иногда даже в ночное, появлялся в вагоне, где ехали журналисты, затевал подчас шутливую беседу, охотно пикировался.

Как и в прошлую избирательную кампанию, Аденауэр перед выступлениями прочитывал множество материалов и делал заметки на клочках бумаги, исписывая их даже на обороте. С ними он выходил на трибуну и никогда не сбивался. На массовых мероприятиях говорил просто, понятно, подчас даже примитивно, что обычно импонировало собравшимся. Если раздавались враждебные выкрики и нападки, канцлер лишь вдохновлялся. Давал резкий отпор. Люди из его команды советовали быть помягче. Он не соглашался и на каждый удар отвечал еще большим ударом.

Обычно, когда выступление проходило в зале, на улице устраивалась трансляция. Однажды противники канцлера перерезали провода и трансляция не состоялась. Решили обзавестись резервной системой и внимательно следили за действиями недоброжелателей.

В частых выступлениях приходилось повторяться. Члены команды скучали. Аденауэр сказал пресс-шефу Эккардту, что постные лица плохо действуют на него. На следующий день Эккардт и другие сели в первом ряду и начали хлопать, кричать «браво». Аденауэр с трибуны внимательно наблюдал за их усилиями и после митинга велел не ходить больше в зал.

Как и четыре года назад, в предыдущие выборы, утром в воскресенье 6 сентября 1953 года Аденауэр вместе с дочерью Лоттой отправился к мессе в рёндорфскую церковь, а затем на местный избирательный участок. Проголосовав, вернулся домой и весь день провел с семьей. В обычное время лег спать.

На следующий день в 5 часов утра позвонил из Бонна статс-секретарь Ленц и сообщил о победе ХДС/ХСС. Аденауэр лишь сказал:

— Спасибо, господин Ленц.

Вскоре раздался новый звонок. Эккардт восторженно говорил о полной победе ХДС/ХСС, о получении абсолютного большинства в бундестаге. И с удивлением услышал ровный голос Аденауэра:

— Спасибо, господин Эккардт.

Через несколько часов команда Аденауэра собралась в его рабочем кабинете. Канцлер спокойно, даже несколько равнодушно принял поздравления и как ни в чем не бывало заговорил о том, как через четыре года выиграть следующие выборы.

На ближайшем заседании бундестага 78-летнего Аденауэра вновь избрали канцлером, теперь уже большинством в 304 голоса. Немецкие и западные газеты писали, что Аденауэр одержал личную победу, что избиратели голосовали не столь за ХДС/ХСС, сколь за самого канцлера.

Лидеры ХДС/ХСС и их коалиционные партнеры занялись дележом министерских постов. Аденауэр предпочел отправиться в трехнедельный отпуск в Шварцвальд. Он знал, что после всех горячих споров в Бонне решающее слово при формировании правительства скажет он сам.

Его авторитет сомнению не подвергался. Выросла и уверенность в собственных силах. Она особенно присуща деятелям, которые сделали карьеру не в результате счастливого стечения обстоятельств, а благодаря способностям, трудолюбию и целеустремленности. Немцам нравилось, что Аденауэр вышел из бюргерской среды, бюргером и остался. Он был им понятен, так как, будучи канцлером, не поднимался в заоблачные высоты, вел умеренный образ жизни, оставался добропорядочным, набожным человеком. Канцлер не выдвигал грандиозных проектов на будущее, а ставил задачи, понятные и решаемые сейчас. Кто-то считал это его недостатком. Но простым людям импонировали именно приземленность Аденауэра, его рационализм и реализм. Он добился общественной стабильности в условиях демократии, чего еще никогда не было в германской истории.

Глава XII

От оккупации к независимости

Возрождение экономического потенциала Федеративной Республики происходило в то время, когда страна продолжала оставаться под оккупационным режимом. Она была лишена возможности вести внешнеполитические дела. Существовали ограничения и в экономической сфере. Без одобрения трех Верховных комиссаров, расположившихся на Петерсберге, правительство не могло принять ни одного принципиального решения.

При подписании Оккупационного статута оговаривалось, что со временем он будет пересматриваться в сторону расширения прав немецкого правительства и сокращения их у оккупационных держав. Аденауэр хорошо помнил об этой договоренности. Однако проявлял терпение, вновь и вновь предупреждал своих горячих соратников по правительству и партии, что Германия — побежденная страна и не может требовать слишком многого.