'Я - кто?! Сенсей?' 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert

Значит, времени мало, надо лететь обратно в столицу.

К моему возвращению у Медведя уже собралась команда Дельфин, ожидая меня.

Деньги они приняли с энтузиазмом, а от новости о Хидане малость приуныли. Но все, включая подошедшего Зомби, согласились принять участие в миссии. Жаль, что я пропустил момент, когда два непримиримых соперника-торговца сели за один стол. Видно было, что Зомби и Медведь друг друга на дух не переносят (даже расселись по разные стороны). Вряд ли тут что-то особо личное, скорее старые установки, что АНБУ и АНБУ НЕ обязаны друг дружку ненавидеть. А мне, в таком случае надо ненавидеть самого себя? Я ж на обе стороны работал.

— Кстати, я тут порылся в книгах наград, — заявил явно довольный собой Зомби. — И нашел информацию по нашему клиенту. Хидан «Кровавый Жнец», бывший шиноби Деревни Скрытого Горячего Источника, тоже кстати бывшей, а ныне расформированной. Вооружен трехзубой косой с металлическим кабелем, имеет высокие навыки тайдзютсу, кендзютсу, обладает высокой регенерацией. Джашинит-фанатик. Награда за голову пятнадцать миллионов рьё, и честно добавляют, что ранг цели — S, просто в Юкагуре после устроенной Хиданом резни денег много не нашлось. Как и в других случаях. Там, где проходит «Кровавый Жнец», награду назначать за его голову уже некому.

— И это все? — спросил я.

— Увы.

— Не густо. — отметил я очевидное.

А народ гулял, славя Идате и его быстрые ноги, и не забывая с благодарностью припоминать клан Васаби. Им было невдомёк, что над страной нависла новая угроза. Но если повезёт, то гражданские даже не поймут, что произошло. А если не повезёт, то… То я даже боялся себе представить, какой филиал ада получится из Страны Чая. Страна Крови? Страна Кровавого Чая? Страна Джашина? Страна Расчленёнки?

К маскараду для фанатиков и мятежников мы готовились ответственно; даже переделали тронный зал по моим эскизам, поставив трон на дополнительную платформу и убрав всякие уютные перегородки, икебаны и прочие милые сердцу супруги даймё штучки. А может, и ему самому, я как-то не вникал.

Медведь смотрел на приготовления с нескрываемым скепсисом, пока Зомби стоял и просто молча прислушивался к диалогам, стараясь лишний раз не отсвечивать в своем новом амплуа шиноби без деревни. Но для постановки мне нужна была симметрия: Седьмые и я — АНБУ по левую руку даймё, по правую близнецы с родными конохскими хитай-атэ и Зомби с Наоки рядом, а у подножия трона, перед шторкой из прозрачной ткани — два самурая. Вторым самураем поставили Тэкео — молчаливого плечистого здоровяка с печально-флегматичным взглядом.

Вроде бы он бежал из Страны Железа и знал, с какой стороны браться за катану, так что подходил на эту роль идеально.

— Ты уверен, что это сработает? — беспокоился Медведь, смыкая на себе пластинчатую кирасу.

— Тебе честно или правду? — раскрыл я банку с гримом, набирая краску на пальцы.

— Ты хотел сказать: «Честно или неправду»? — в куриную гузку сжал губы Медведь. Он согласился, но втихаря мне показывал своё недовольство. Будто это что-то могло изменить! Не-а! Самураи стоят в первом ряду, и точка!

— Нет. — сунул я шиноби в руки меч и начал рисовать на щеках красным завитушки Акимичи. — Просто стой и не дёргайся, а то получится криво.

— Но там маска, не…

— Ш! — резко шикнул я. — Маска всё не закрывает.

Медведь в нашем Хэллоуине отыгрывал роль наёмника-самурая: минимум хенге, максимум костюма. Я даже расщедрился и отдал ему парочку трофейных катан из тех, что попроще.

Седьмые сначала нафантазировали себя постарше, но я одобрил для АНБУ только облик Сакуры, лишь сказав, чтоб она стояла за спинами пацанов.

По старой памяти возгордившись от похвалы, Сакура быстро сдулась, надув щёки, но я на её гримасы внимания не обратил. Харуно просто сделала свою копию выше и скрыла лицо тенью от капюшона длинного плаща, оставив видимыми только алые полные губы, как у Куренай, да две чёрные прямые пряди до пояса. Саске и Наруто я посоветовал выбрать шевелюры фиолетового и синего цвета, а чтоб не морочиться с лицами — показал им рисунки масок, что они должны изобразить. Я был в роли капитана, облачившись в полный комплект брони АНБУ: чёрные водолазка, когтистые перчатки, мешковатые штаны и ботинки, да белый тощий жилет, по качеству напоминающий броники Кумо. На лицо как родная легла маска гиены. Для отвлечения и деталей изобразил себе длинную седую косу на плечо и нездорового, землисто-серого, цвета кожу на видимых частях. Пришлось изображать капитана АНБУ из-за субординации.

Что там говорит обычный джонин Конохи — это его дело. А вот когда говорит капитан АНБУ, это явно человек от Хокаге с определенными, порой достаточно широкими полномочиями. А поскольку главный и лучший переговорщик от сил Конохи здесь я, то пришлось мне гримироваться и напяливать на себя жилет АНБУ. Соответственно, свой летный мега-костюм я снял.

Не сильно большая потеря, если дело дойдет до боя. Кираса хороша, но удар косы все равно не выдержит. А отступать, бросив своих подопечных, я не собираюсь, даже если мне придется умереть.

Да и не помогут мне крылья в бою. Зал хоть и большой, но из-за кучи колонн и стягов, а также отсутствия ветра снежный доспех скорее будет помехой, чем преимуществом. А убрать их нельзя. Во-первых, весь пафос пропадет, а во-вторых, они или были ловушками, или якорями для ловушек. И вообще?! Почему я всё ещё зову свой костюм снежным? Пусть будет Фантом, как в той песне.

Вернувшись к декорациям, я скептически осмотрел труды рук своих. Было бы побольше времени, я бы слепил для дайме более помпезный трон, но пришлось брать что есть. Запасные стяги, словно лапки алого паука, протянулись от мешка с кирпичами за троном до самого верха, обнимая колонны и балки.

Подошедший Накатоми спросил:

— Не слишком ли… ново это будет выглядеть?

— Нет, если мы хотим пустить пыль в глаза, — но вспомнив, что выражение тут не знакомое, пояснил. — То есть выглядеть сильнее, богаче и влиятельней, чем есть на самом деле. Скромность тут будет лишней и приведет к жертвам и крови. А еще нужен занавес из рулонов, — снова ушёл я в свои мысли, — прозрачного тюля или органзы перед троном. Да. Чтоб гримасы дайме было сложнее считать.

— Мои гримасы? — изумился даймё. — Но у