Из Тени (Dragon Age) - Krilena

не простая заторможенность моторики, а настоящее онемение вплоть до плеча стало восприниматься организмом панически. Впрочем, уход от реальности мужчине сейчас и помог: какая разница, что там происходит с рукой, если всё равно борьба шла на ином от реального уровне? Магистр собственной магической сущностью, осмысленной магией, которой орудует с рождения, неуклонно продолжал провоцировать Якорь на отправку обратно в Тень энергии, им в обилии собранной из-за слишком уж благоприятной среды для нестабильной аномалии.

Каждая попытка изучить метку становилась целым приключением, непохожим на предыдущие. И конечно, это не могло не раздражать любителя науки и строгих законов, которые описывают все аспекты жизни. Но где нет чётких правил, на помощь приходит опыт. А опыта магистр уже набрался. Сейчас он был настойчив, даже резок в своих командах, теперь уже буквально заставлял Якорь работать по его правилам, а не «просил», как раньше. Да, это больно, да, это опасно, но так и должно быть. Ведь это он разумное существо, маг, а Якорь это магия, хоть и своенравный, но всего лишь инструмент.

Как итог очередная борьба, бесконечная в его сознании и почти мгновенная для реальности, закончилась, когда из Якоря с характерным треском и воем вырвалось несколько молниевых жгутов зелёного цвета, ударило в случайное место в воздухе и исчезло. Когда магистр открыл глаза, то увидел, что его задумка разрушений не принесла — в областях удара заметен только бледный ореол, что вполне обыденное явление в местах истощения Завесы. Никаких очертаний трещины в пространстве не было, значит, действия мага действительно не породили новый разрыв.

Когда Безумец опустил взгляд с неба, то наткнулся на вполне задумчивого Соласа, который согласился участвовать в авантюре в том числе из-за любопытства, и полностью его удовлетворил. Да, метка снова проявила своеволие: мужчина не собирался, чтобы возвращение энергии в Тень вообще как-то визуально проявилось, тем более в виде опасных жгутов концентрированной магии, однако в то же время Якорь и подчинился, потому что не навредил никому из присутствующих, чего, в первую очередь, маг и добивался. Пусть Якорь для него никогда не станет послушным посохом-катализатором, как когда-то мужчина амбициозно мечтал, однако хоть какие-то правила по работе с ним маг методом проб и ошибок выработал и сможет провернуть ещё что-то незаурядное (незаурядное на фоне раскурочивания взрывом целого здания, конечно). И кажется, довольный магистр решил не откладывать эту возможность в дальний ящик.

— Как типично для человека растрачивать в пустую такую силу, даже не изучив её, — беспринципно в тишину, которая наступила после завершения эксперимента, ворвался злобный, без доли былого ёрничества голос Морриган. Магесса и без того изнывала от вопросов к хромому магу, так ещё и выяснилось, что он несправедливо завладел каким-то воистину удивительным артефактом, способным управлять магией Тени, и не раскрывает его потенциал, а просто спрятал под повязкой.

— Я не наблюдал твоих научных публикаций, ведьма, и иных деяний, направленных на продвижение наук и сохранение магических знаний. Всё, что ты знаешь, исчезнет вместе с тобой, — от той, которая, как и он, собирала знания из жадного собственничества, мужчина не желал слышать лицемерных упрёков.

— Что-то я и про твои научные звания не наслышана. Даже орлейскому университету оказались твои байки без надобности.

— Значит, плохо изучила этот вопрос, — небывало надменно заявил сновидец, точно задетый тем, что какая-то южная дикарка смеет принижать его деяния как постоянного участника научного сообщества Империи Тевинтер… И пусть этого сообщества, как и той самой Империи уже давно не существует.

Перебранка сошла на нет, потому что всем было важнее узнать: вышел ли из задумки сновидцев толк, а не только красочное представление. Скорое появление среди отряда мальчика в широкополой шляпе стало само по себе ответом.

— Столько боли. Она стирает стены, — раздался отстранённый голос духа, находившегося сущностью где-то за пределами реальности. — Всему больно.

Совершив не совсем привычное для себя путешествие, Коул сразу оказался окружён воспоминаниями, которые сохранили древние стены. Дух столь впечатлился, что Соласу пришлось его отгородить от окружения, чтобы мальчик отряд хотя бы заметил. Только после этого ему можно было объяснить ситуацию и попросить о помощи. И, что ожидаемо, Сострадание бескорыстно согласился.

— Храм примет только ещё нереализованную месть? — спросила Лелиана, когда встал вопрос о выборе добровольца.

— По смыслу ритуала — да. Но думаю, в нашем случае сгодятся и старые воспоминания. Главное, чтобы они наиболее соответствовали требованиям Митал о смелости, справедливости и самоотдаче, — предположил Дориан.

Раз уж пошла речь о мести, Лелиана, не сомневаясь, хотела предложить свою кандидатуру. Уж у Канцлера решительности и беспристрастности в достатке, как и поводов мстить… достаточно вспомнить хотя бы историю со своей наставницей.

— Чтобы всё получилось наверняка, это должен быть маг, умеющий работать с духами, — заметив эту отверженность Соловья, огорчила Морриган.

Отряд, первым делом, посмотрел на Соласа как главного знатока Тени и духов.

— Это нарушение ритуала святилища. Я не рискну. И даже не просите, — главный кандидат тут же категорически отказался без всяких «но».

Следом отказался Дориан, ссылаясь на отсутствие в его жизни подходящих ситуаций, да и вовсе будучи магом-некромантом он привык работать с духами лишь как с материалом. Морриган умышленно выразила схожую позицию. И тогда методом исключения выбор пал на хромого мага, который, вопреки ожиданиям, выразил готовность без препирательств.

— Вы уверены? — выказала сомнение, но и не без беспокойства Лелиана, поскольку после не так уж и давно произошедшей битвы с демоном магистр опять решается вскрыть старые раны.

— Его же идея, — подначила магесса, жадно желая посмотреть, какие чудеса ещё покажет болтливый маг. А чудеса она точно увидит, поскольку не знала о его сновидческом происхождении.

Теперь уже Лелиана не оценила издевательского тона соперницы.

— Может, вы, леди Морриган, ошиблись, и не только магу под силу сделать что нужно?

— Лелиана, ваша попытка посеять зерно сомнения бессмысленна. Я уже дал согласие, — вмешался Безумец, поставив тем самым окончательную точку в своём решении.

Тратить драгоценное время на сомнительный спор, когда доброволец нашёлся сам, никто не видел смысла. Оставив тевинтерца наедине со своей задумкой, отряд предпочёл послушать наставления Соласа о важности дистанции и отойти в сторону, чтобы не помешать их авантюре.

— Опять рискуете. Мало вам одного раза? — только Лелиана, привыкшая стоять на своём, всё ещё была недовольна активностью сновидца и не упустила возможность ему об этом сообщить.

— Я должен отказаться и позволить рисковать вам? Ещё больше. Потому что работать с оберегом вам будет куда сложнее, чем мне как сомниари, — спокойно произнёс Безумец.

Пусть своему упрямству Соловей найдёт объективные причины, однако она не